Надежда Черпинская – Лебёдушка для Серого Волка (страница 10)
Поприветствовав хозяина, Рагнер стал расспрашивать, где тут можно раздобыть съестного и купить лошадь. Оказалось, что в поселении был свой рынок. И сейчас, в предпраздничные дни, торговля на нём шла каждый день.
Обрадованный такими новостями Рагнер вернулся обратно к своим.
Вскоре они действительно добрались до шумных торговых рядов. Рынок здесь, конечно, не мог похвастать размахом, далеко ему было до столичных, но всё необходимое Рагнеру удалось найти.
Самое главное, что повезло купить неплохую лошадку для Ильмы, седло и сбрую, а ещё тёплый плащ.
А после они все вместе заглянули в небольшую таверну – подкрепились наваристой грибной похлёбкой и горячими пирогами.
Вот теперь можно было продолжать путь. Покидая это гостеприимное селение, вся дружина Рагнера лучилась улыбками. Посветлела даже злючка Ильма.
***
– Не замёрзла? – заботливо осведомился Рагнер, придержав Беляну и поравнявшись с Ильмой.
Дорога уже пару часов шла по лесу, по обе стороны от неё высились огромные сугробы, приходилось ехать гуськом, друг за другом. Рагнер, разумеется, держался впереди, Лебёдушка за ним, дальше Киран, и все остальные.
Но вот сейчас наконец-то выбрались на открытую прогалину: здесь и снега было поменьше, и дорога пошире. Чуть в стороне, справа, виднелись заснеженные заросли.
А пока по просторной поляне можно было ехать рядом и разговаривать. Или даже устроить здесь небольшой привал.
Рагнер надеялся, что ему всё-таки удастся разговорить Ильму. Сейчас, пока они вдвоём, а все остальные пусть немного, но отстали. Вечером в пещере она ведь тоже не стала откровенничать при всех, а ему о своих злоключениях рассказала.
Но, кажется, сегодня Лебёдушка не была настроена на беседы. Только головой качнула.
– Нет, что ты! Плащ очень тёплый. Благодарю!
– Может, отдохнуть хочешь? – не унимался Рагнер.
– Не стоит из-за меня время терять, – холодно отозвалась девица.
– Как хочешь, – пожал плечами Рагнер, – но лошадям всё-таки нужен отдых. Спускайся!
И сам первым спрыгнул с Беляны, поймал под уздцы лошадь Ильмы, протянул руки, чтобы помочь с седла сойти.
Думал, не примет гордячка его помощь, но она неожиданно соскользнула прямо в его объятия, так что у Рагнера на миг сердце с такта сбилось, когда её тёплое дыхание его щеки коснулось. Коснулось-то щеки, а тепло стало душе, будто солнышко в груди засияло.
Но радость была недолгой. Ильма поспешно отстранилась.
А через миг, не глядя на него бросила, как милостыню:
– Благодарю, Рагнер! За всё благодарю! И за помощь, и за лошадь, и за плащ этот. Ты не думай, я в долгу не останусь. Отец за всё это тебе деньги вернёт. К награде в довесок. За добро твоё, и мы добром отплатим.
– О! Вот как… Благодарю за щедрость! – взъярился Рагнер. Нагнал её в два шага, дёрнул зло за плечо. И выпалил в лицо: – Да не нужны мне твои деньги! И награда не нужна! Думаешь, я с тобой ради серебра нянькаюсь? Думаешь, не будь твой отец богачом, я бы тебя там, в лесу, в сугробе, бросил? Ну и дура же ты тогда, Ильма! За тебя тут каждый жизнь положить готов… А ты всё звонкой монетой меряешь. А мне от тебя одна награда нужна… Чтобы верила мне, чтобы врать в глаза перестала!
– Я тебе верю, я тебе… не лгала! – Почему из всей его гневной речи, Ильма обиделась лишь на последние слова. Раскраснелась мгновенно, синие глаза от слёз заблестели.
– А как это называть? – чуть сбавил накал Рагнер, но бил словами по-прежнему хлёстко. – Ты ведь знаешь, почему именно тебя выкрали, знаешь… Разве это не ложь?
Рагнер скрипнул зубами и развернулся обратно к лошадям.
И тут ему в спину долетело:
– Ладно… Я скажу. Хочешь правду – будет тебе правда! Знаешь, кто я такая?..
***
Приглашаю в мою эпическую НОВИНКУ
"ИСТИННАЯ ЛЮБОВЬ ИМПЕРАТОРА ДРАКОНОВ"
https://litnet.com/shrt/nqxf
12 Нежданно-негаданно
Рагнер сперва не поверил в то, что услышал. Обернулся, шагнул ближе, не сводя с Ильмы глаз. Ничего не спросил – ждал, что Лебёдушка дальше скажет, лишь брови вскинул – мол, ну, говори!
Но она, испугавшись собственного порыва, тоже умолкла. Шумно вздохнула, будто вместе с воздухом смелости набиралась для признания.
И Рагнеру вдруг стало не по себе. Нехорошее предчувствие в груди закопошилось.
Что же такое поведать хочет эта несносная девица, отчего такую великую тайну из этого делает?
На миг Рагнер даже усомнился, а нужна ли ему эта правда. Может, пусть лучше всё так остаётся, как есть? Как говорится: «Слово, что птица, упорхнёт – обратно не воротишь». Вот откроется она ему сейчас…
А вдруг это признание навсегда разведёт их с Ильмой в разные стороны? Не зря же она молчала всё это время. И так между ними всё непросто, а если…
Рагнер горько усмехнулся и мысленно отвесил себе оплеуху: «Вот же дурак!
Кто он ей? Лишь случайный попутчик, которого она вынуждена терпеть до поры до времени. Выбора у неё нет, вот и терпит. А после… Забудет его Лебёдушка, едва домой, под отцовское крыло воротится.
А вот он… он, кажется, её забыть уже не сможет…
Сердце сдавило болезненно от этой безрадостной мысли, и в какой-то миг Рагнер уже готов был малодушно отступить.
Но вопреки его желанию с языка само собой сорвалось:
– И кто же?
– Я… – Ильма ещё раз судорожно втянула воздух. И вдруг, вместо долгожданного ответа… испуганно вскрикнула: – Рагнер!
Синие глаза Лебёдушки широко распахнулись. Она метнулась к нему, вцепилась в плечи и дёрнула в сторону. Да с такой силой, что они с Ильмой ненароком поменялись местами.
От столь резкого разворота Рагнер едва устоял на ногах, непроизвольно схватился за девку… И тотчас ощутил, как она вздрогнула, глухо охнула, побледнела и вдруг стала медленно оседать в снег.
В первые мгновения Рагнер даже не понял, что произошло – лишь неловко пытался удержать внезапно лишившуюся чувств девицу. Не вышло, и они повалились вместе в сверкающий белый снег.
Но зимнего холода Волк сейчас не чувствовал – разве эта стужа могла сравниться с тем леденящим ужасом, что сковал его тело и душу?!
Рагнер осел на колени, бережно прижимая к себе Ильму. Обнимая одной рукой, чуть отстранился, заглянул в побелевшее лицо, с тревогой окликнул несколько раз. Но Ильма даже глаз не открыла. Напрасно Рагнер пытался её расшевелить…
Вдруг рука наткнулась на что-то чужеродное, неуместное. Рагнер приподнял немного Лебёдушку и в недоумении уставился на стальное острие, торчащее из её плеча.
Не стрела, не болт. Скорее тонкая игла. Однако смертоносное жало вонзилось в девицу с такой силой, что прошило и плащ, и шубку, и… неизвестно, как глубоко вошло в тело.
Взгляд Волка невольно метнулся в сторону заснеженных кустов. Враг мог таиться только там. Но зоркие глаза ратника по-прежнему не замечали ничего подозрительного.
Сонная тишь. Правда, благодать тотчас была нарушена топотом копыт и шумным дыханием лошадей. К Рагнеру как раз подлетели все остальные.
– Что стряслось? – ещё не спешившись, крикнул Вальд.
– В Ильму стреляли, – прорычал Рагнер. Сейчас он готов был убить себя за то, что допустил такую оплошность, не уберёг Лебёдушку. Обещал защищать, а сам… – Проверьте там! Осторожнее! Не знаю, что это за… Похоже на заговорённые иглы…
О таком оружии Рагнеру слышать не доводилось. В обычных арбалетах использовали болты намного толще и больше, и увечья от них оставались серьёзнее. Однако, даже получив стрелу из лука или болт из арбалета, далеко не всегда раненый вот так сразу в забытье впадал. Так что сейчас Рагнер в первую очередь подумал о яде или магии.
Игла явно была непростой.
Рагнер слышал, что князю Аррдену от отца в наследство нечто такое досталось.
Может, Ильму настигла такая же заколдованная иголочка?
Рагнер без раздумий выдернул опасную находку, с ненавистью глядя на испачканное кровью стальное остриё. Боялся ещё хуже сделать, однако, в нём жила надежда, что чары спадут, если от иглы избавиться.
Но и это не помогло. Оставалось только надеяться, что яд на игле не смертельный, что Ильму ещё можно спасти. Нужно срочно найти лекаря…
Волк поднялся, прижимая к груди безвольное девичье тело. Ноги вязли в рыхлом снегу, но он упорно шёл к лошадям.