Надежда Борзакова – Наследник от предателя (страница 16)
- Слушай, я тут кое о чем поговорить хотел, - сказал Паша, поглаживая мое голое плечо.
Мы отдыхали после секса и, честно говоря, мне больше хотелось подремать на его упругом и накачанном плече, чем о чем-то говорить. Но что ж поделать. Я подняла голову и посмотрела в его лицо. Широкоскулое, по-мужественному доброе, оно сейчас ощущалось родным и уютным. Карие глаза смотрели сосредоточенно и внимательно, словно он пять минут назад не сексом занимался, а решал какую-то задачку по алгебре.
- О чем?
- Ну, помнишь, я рассказывал, что хочу открыть свою школу самбо?
- Помню.
- Ну и вот подумал, а что если нам сделать это вместе? Взять в банке кредит на открытие бизнеса и создать совместное дело? Ты бы по рекламе была, а я по всему остальному. Знаешь, жаль твой и мой талант растрачивать для работы на дядю, надо же как-то расти… Что скажешь?
Честно говоря, мой мозг сейчас работал в замедленном и расслабленном темпе, а потому что сказать я особо не знала.
- Что молчишь? Только не говори, что боишься того, что я тебя хочу использовать и кинуть на деньги, - хохотнул он.
Вроде бы весело, но в голосе звучала какая-то обида даже. словно бы Паша всерьез решил, что я ему не доверяю.
- Ника, я хочу чтоб у нас все было серьезно. Ты и Руслан дороги мне и я хочу в будущем сделать нас семьей… Я понимаю, все это слишком быстро, мы всего-то три месяца вместе, но я так чувствую. И хочу, чтоб наша семья в достатке жила. Чтоб все было. Но для этого, как я считаю, оба вкладываться должны. Так сказать, одному быстрее, но вместе - дальше.
Сердце сладко заныло от его слов. Семья. Паша хочет со мной семью. Со мной и Русланом. Хочет стать ему отцом, которого мальчику так сильно не хватает. Любит меня настолько сильно, что готов поднимать настолько серьезные темы всего через пару-тройку месяцев знакомства. Какой мужчина поступит так же во взрослом возрасте?
- Не молчи, Ника, - он нервно хохотнул. - Я тут, считай, тебе предложение сделал. Мягко говоря, слегка нервничаю.
- Я… Я просто, ну, - запнулась я, - Все это так неожиданно…
- Скажи прямо, если нет, - он убрал руку с моего плеча и сел в постели спиной ко мне. Тусклый свет ночника скользнул по напрягшимся рельефами, подсветил разноцветную татуировку в форме огнедышащего дракона, которая змеилась по позвоночнику.
- Ну, Паша, - я привстала, обняла его со спины. - Ты мне… Тоже очень дорог и я хочу быть с тобой.
- Да? - он чуть повернул голову и слегка улыбнулся.
А мне вспомнилась другая улыбка. Насмешливая, страстная, самоуверенная, довольная… От которой ямочки на щеках и огонь в льдисто-синих глаза. Как долго еще он будет стоять перед глазами? Еще и в такие моменты, как этот? Сколько можно…
- Да, - кивнула я, а он развернулся и, начав целовать, снова уложил меня в постель.
Поздним вечером я вернулась домой. Руслан уже крепко спал в своей кроватке со Спайдерменом в обнимку. С игрушкой, которую подарил Паша. Мысленно я представила как бы мы жили втроем. Я бы готовила ужин, потом бы мы ели его все вместе за столом на кухне. Обменивались бы новостями за день. По выходным ездили бы на атракционы, либо в кино…
Сколько же лет я мечтала о такой жизни и вот теперь она у меня будет. От этой мысли сердце наполнялось уютным теплом. С этим ощущением я и уснула. И снилось мне что-то приятное. Увы, резко проснувшись от звонка будильника, я не могла вспомнить, что именно, только ощущение.
Приняв душ и уложив волосы, я поставила вариться овсянку для себя и сына. Когда та была почти готова, пошла его будить.
- Сынок, просыпайся, - сев на край кровати Руслана, я погладила его по курчавой темноволосой голове.
- М-м-м, еще пять минут, мам, - простонал он, кутаясь в одеяло.
- Пять минут? Хорошо…
Забравшись под одеяло, принялась его щекотать. А мальчик радостно засмеялся и завизжал, пытаясь увернуться от моих рук.
- Ма-а-ам, ну хва-а-атит!
- Ты же сказал, пять минут, - хохотала я.
- Все, встаю! Встаю!
- Давай, умываться и завтракать, - сказала я, выходя из комнаты.
Направилась в кухню. Там уже сварилась каша. Разложив ее по тарелкам, я добавила кусочки банана и яблока и размешала, чтоб они успели отдать вкус. Кофе себе, чай для сына….
- У-у-у, каша, - простонал он, зайдя в кухню.
- Два раза в неделю, как договаривались, - хмыкнула я. - Ты слово дал.
- Та дал, дал, - мальчик сел за стол и принялся печально есть кашу.
Пару минут я сидела и любовалась им. Такой еще маленький и в то же время настолько уже взрослый. И так сильно похожий на…
Стоп! Хватит!
- Слушай, сынок… Что бы ты сказал, если бы мы с тобой и Паша начали вместе жить? Семьей…, - запинаясь, выпалила я.
Как же сложно такое спрашивать у ребенка, мамочки… Знакомить сына с “маминым другом” тоже та еще задачка, но это у меня прошло по касательной, так как Паша - тренер Руслана и они еще “до” были в классных отношениях. Раньше же в принципе этого делать не приходилось, так как никто из моих кавалеров “не доживал” до этого момента…
- Он что тебе предложение сделал? - радуясь возможности отложить ложку, спросил сын.
Я кивнула.
- Ну, он вроде бы нормальный, - проговорил сын после паузы. - Относится к тебе хорошо, достойно. Так что давай, я не против.
- Иди ко мне, - я раскрыла объятия.
Сын с важным видом помедлил, но все же подошел обниматься.
- Это что мы переедем отсюда к нему, да?
- Да, сынок. Не хочешь?
- Ну, я привык уже к этой квартире. Но ничего, привыкну и к новой…
Я чуть не разрыдалась. Вот как так получилось, а? Как я могу растить настолько зрелого и воспитанного ребенка. Всего лишь я… Юная и одинокая мама.
Вспомнилось как я беременной уезжала из родного города в столицу. Большую-большую, в которой меня никто не знает и которая не помнит и не знает всего, что произошло. В которой меня будет труднее найти, если вдруг отец решит отправить меня на аборт силой. В которой, где-то там, в одной из возвышающихся до небес многоэтажек он… Тот, кто предал, разбил сердце, использовал, бросил, от которого у меня ребенок под сердцем. Под разбитым вдребезги сердцем. Которого я никогда в жизни не хочу больше видеть и в то же время мечтаю хоть на секундочку… В последнем я бы ни за что и никому не призналась. Никогда-никогда в жизни.
Денег у меня тогда были копейки. Остаток последней зарплаты, что была получена до того, как родители узнали о моей работе и заставили с той уволиться, посадив в наказание под домашний арест. Да одолженные у Татки. Фактически только на билет и на пару-тройку ночей в хостеле.
Она отговаривала от переезда, но я была упряма и непреклонна. Родной город душил, ранил, терзал. Он все помнил. Все-все… И в нем было слишком опасно оставаться. Отец мог передумать. Найти. Отправить на аборт силой. Мало ли… Меня бы ничто не удивило. А там большой город. Проще затеряться, да и… Время же идет.
На этом же упрямстве и страхе я работу нашла и даже уговорила позволить временно ночевать в подсобке. После нашла и квартиру, точнее комнату у одинокого старика. Аркадия Александровича, царствие ему небесное. Чужой человек, а стал мне роднее отца. Детский врач до пенсии, он очень мне помог. Стать на учет в женскую консультацию, договориться с врачом на роды… Даже с Русланом маленьким сидел, пока я работала. А когда умер - внезапно, во сне, было ощущение, что я потеряла папу… Но я не могла себе позволить раскисать. У меня на руках был полуторагодовалый малыш, я оказалась на улице, так как ушлые родственники, забывшие об Аркадие Александровиче, пока тот был жив, быстренько объявились и, выставив меня из квартиры, стали ее делить между собой…
И снова я справилась. Ведь тогда уже в столицу переехала и Татка…
От воспоминаний меня окутала тихая грусть. Совсем ненадолго, ведь все это было уже давно прожито. Давно переболело. Прошло. А сейчас у меня была замечательная новая жизнь.
Я отвезла Руслана в школу, приехала в офис. Даже как-то так вышло, что не было пробок. А потому добраться получилось за двадцать минут до начала рабочего дня. Сделав себе кофе, села разбирать отчеты сотрудников. Середина месяца - самое время подводить частичные итоги. Алена с Сашей в общем и целом молодцы, как и Женя с Юлей, а вот у Иры все как-то печально и спустя рукава. Внутри появилось неприятное чувство от предвкушения необходимости сказать ей об этом на планерке, но я усилием воли подавила его. Я - босс. Это моя обязанность.
- Привет, Ника. Можно? - ровно в девять ко мне в кабинет постучались сотрудники.
- Заходите…
Выслушав отчеты, я зачитала план на остаток месяца и перешла к неприятному - к показателям. Отпустив остальных, попросила Иру задержаться.
- Ира, что скажешь?
- Ника, Фурсенко сам отвалился. Я не виновата, если ему все и всегда не так.
- Бакс за клик, Ира, это, мягко говоря очень и очень много. Понятное дело, что ему будет все не так.
- Я перенастраивала таргет трижды… Ну, не идет оно. Никому не нужны его освежители…
- Так, Ир, - оборвала я сбивчивый поток претензий-оправданий. - я делаю вид, что этого не слышала, а ты делаешь так, чтоб стоимость клика стала адекватной, то есть не более двадцати пяти центов, а конверсия выросла на десять процентов. Все это к концу недели, пожалуйста. В противном случае, извини, без премии в октябре.
Лицо девушки недовольно скривилось. Она открыла рот что-то сказать, но передумала.