Надежда Борзакова – Наследник от предателя (страница 18)
А-а-а-а!
У него есть сын. Пацан с его глазами. И с характером тоже - его. Вон как за мамку вступился. И не побоялся ведь. А Воронов, дурак, не заметил сходства. Он же, мать его, копия…
Маялся так до утра. Какой там сон? Все думал, что да как. Хотел ехать утром, но потом решил дождаться вечера. Нечего и думать о том, чтоб работой заняться. Все мысли о них. О Веснушке и их сыне. Сколько ей пришлось пережить… Ему Димон файл скинул. Уехала в столицу, пахала, как проклятая. При этом на заочке училась. А потом росла. Семимильными шагами просто росла. Выгрызала у жизни возможности. Совсем, как он.
Под офис к ней приехал в полшестого. С запасом, чтоб ее не провтыкать. Стоял, ждал. Полчаса, а ощущение, что месяц. Как увидел ее, стал пожирать глазами. Тоненькая, изящная. Волосы короткие, по ключицы. Он такое не любил у девчонок, но ей шло. Ей вообще все шло. С возрастом только краше стала. Созревшая. Яркая. Но в то же время такая же, как он помнил.
Как его увидела, строго брови сдвинула и губки поджала. Такие губки для поцелуев и улыбок, а не для строгих гримас. Воронов понял, как сильно хочет, чтоб она ему улыбалась, как тогда. Только ему, мать твою.
- Добрый вечер!
Как же вкусно она пахнет. Летом. Юностью. Любовью. Солнцем. Счастьем, мать твою.
- Добрый вечер, Артем Анатольевич.
- Поехали поужинаем, поговорить надо, - кашлянув, прохрипел он. Голос терял, во рту пустыня. Ехал весь такой подготовленный и уверенный, а вот сейчас перед ней…
- Рабочие моменты, пожалуйста, в письменном виде на мою рабочую почту. В рабочее время я вам отвечу…
- Веснушка, ну хватит уже, а! Это не смешно, - попытался за руку взять, но Веснушка увернулась.
- Я, кажется, говорила вам, Артем Анатольевич, что если попытаетесь выйти за рамки деловых отношений, то я закончу наше сотрудничество.
- Ладно, Ника, тогда поговорим прямо здесь. О нашем сыне, - выпалил он, потеряв терпение.
Веснушка побледнела. Так сильно, что Воронов на несколько секунд испугался, что в обморок хлопнется. Выходит, это правда. Не то чтобы он сомневался до этого момента, но…
- Не понимаю, о чем ты, - выдавила она.
- О нашем сыне, Ника. О мальчике с моими глазами, которого ты родила через восемь месяцев после того, как я уехал. И о котором мне не сказала.
- Руслан не твой. Не знаю, что ты там себе придумал, но…
- Я тест ДНК сделаю.
- Не будет никакого теста! - Веснушкин голос срывался, - На каком основании вообще…
- На том, что Руслан - мой. У нас одно лицо.
Зеленые глаза Веснушки наполнились слезами. Было видно, как сильно ее колотит. У Артема руки изнывали от желания обнять.
- Почему ты мне не сказала, Веснушка? - мягко спросил ее. - Почему?
- А ты мне почему не сказал о своей жене? - выплюнула она.
Как пощечина. И ведь крыть нечем. От слова совсем - нечем.
- Я наделал ошибок, знаю. Но я все исправлю, Веснушка.
- Ничего не исправить, Артем. У Руслана нет отца. У него только я. И так будет и дальше.
- Не будет. У него теперь буду я. У него и у тебя.
Глава 16
- Как у тебя все легко и просто. Раз - и готово, ага? Вот только мне уже не девятнадцать, Артем. Я уже не та наивная красивая дура, которая влюбилась в тебя по уши и с которой ты развлекся в командировке, а потом вернулся к любимой жене…
Поймала на себе взгляд прохожих. Осознала, что слишком сильно повысила голос и осеклась. В паникующем мозгу возникла мысль, а точнее напоминание о том, где мы находились. Возле бизнес-центра, где я работала, да еще и в конце рабочего дня. Чудо, что перепалку не застал никто из коллег. Сплетен бы было…
- Все было не так, Веснушка…
- Не так, да? Вы на тот момент уже не жили вместе, спали в разных комнатах, были супругами ради бизнеса и бла-бла-бла… Ах, ну или ты просто увидел меня, влюбился с первого взгляда по уши и осознал, что хочешь быть со мной, а не с женой и собрался развестись сразу после того, как…
- О, Артем Анатольевич, добрый день! Какая встреча, надо же…, - донесся из-за спины голос.
Подавившись словами, я застыла, как истукан. А Виктор Андреевич, которому и принадлежал этот голос, чуть ли не вприпрыжку подскочил к Воронову пожать руку.
- Жаль, что вы не предупредили о приезде, ну да ничего страшного. Мы всегда вам рады. Пройдемте в офис, прошу…
- Да нет, не нужно, - хрипло бросил Воронов, - Мы уже все обсудили…
- Тогда с вашего позволения я пойду, - перебила я. - Хорошего вечера и до свидания!
И, проигнорировав обращенный в мой затылок сверлящий взгляд босса, я быстрым шагом направилась к машине. Хотелось бежать, но я не могла этого сделать. Хотелось втопить в пол педаль газа, но и это было нельзя.
Руки дрожали так сильно, что даже не получилось с первого раза завести двигатель. А ехала я потом рывками. Так же, как когда только училась водить. Сердце билось, как пойманная в клетку птичка. В голове была полнейшая каша, а перед глазами - серые точки. Я едва дорогу видела.
По-хорошему, остановиться бы, но я не могла. Хотелось - больше всего на свете - сбежать. Куда-то на край света, вместе с Русланом. Где Воронов нас не найдет.
Мерзавец! Как же у него все просто. Захотел - использовал и выкинул, захотел - ворвался в жизнь, желая по-хозяйски в ней обосноваться. Не спросив, а нужен ли он мне. Сыну… Хотя, а какой Руслан ему сын? Сын, это тот, о ком заботишься… К кому ночами встаешь, памперсы меняешь, кормишь, купаешь… Любишь. Смотришь, как растет. Играешь. Время уделяешь. Лечишь, когда болеет и успокаиваешь, когда плачет. Мир показываешь. Защищаешь от всего на свете. Да обеспечиваешь в конце-концов.
У Руслана нет отца. Нет, никогда не было и не будет.
Хотя, это Воронов, скорее всего просто так сказал. Для красного словца. Чтоб впечатление произвести. Понадобились мы с сыном ему внезапно, ага, конечно. Разве что я и на пару-тройку ночей постель согреть - это да, вероятно.
А я-то, дура, поверила. Снова. Распсиховалась еще…
Сделала глубокий вздох. Подержала воздух в легких и плавно выдохнула. Потом снова и снова. Нечего психовать. Надо успокоиться. Ну что я, в конце-концов, не знала о том, что существует вероятность того, что Артем узнает о Руслане? Знала! Вот оно и случилось. Ну и что с того? Уж точно я не позволю травмировать психику сына появлением “потерянного” отца. И вообще, у него скоро другой отец будет. Паша. Простой, понятный, любящий и надежный. Да, не родной. Но это и не важно. Главное, что они классно ладят и что Паша любит его. И меня. Настолько сильно, что уже хочет создать семью.
А Воронов - это так… Покомпостирует мне мозги какое-то время и сольется. Он не из тех, кто будет напрягаться и шевелиться чтоб превратить “нет” в “да”. И уж точно такому, как он, не нужен ребенок. Более “обычным” и нормальным мужчинам свои дети не нужны, а тут он…
Заехала в школу за Русланом. И на некоторое время отвлеклась от всего, слушая рассказы сына о том, как прошел день. Дома взялась готовить ужин. Поставила заранее замаринованное мясо в духовку, сварила гречневую кашу. Когда все было готово, разложила еду по тарелкам и позвала сына.
На телефон пришло сообщение. Точнее, пришло оно еще в машине, но я и не думала читать при Руслане, ведь он имел привычку заглядывать в мой смартфон, а это мог быть Воронов. Взяла в руки, разблокировала… Черт!
A.Voronov:”Ника, я говорил серьезно. Я хочу быть в вашей жизни и буду. Сбегай сколько хочешь, это ничего не изменит. Но лучше выбери время и место для нашего знакомства с сыном или это сделаю я”.
Я выругалась про себя. Приказав себе подумать об этом позже, убрала смартфон в карман домашних штанов, снова позвала сына. Обычно мальчик прибегал через несколько секунд, но сейчас прошли уже минуты, а его не было.
- Увижу, что кто-то сел за компьютер не поужинав, поймаю и тогда…, - начала шутливо говорить я, подходя к его комнате.
Но та была пуста. А вот дверь в мою приоткрыта. И в проеме виднелся знакомый силует. Руслан сидел на полу, облокотившись спиной об изножье моей кровати и держал что-то в руках. Приблизившись я чуть не упала в обморок. В руках у сына был телефон и то самое фото.
- Ой, мама, - он испуганно подскочил на ноги, - а я тут это…
- Милый, помнишь, о чем мы с тобой договаривались? - как можно мягче сказала я, - Без разрешения не трогать вещи друг-друга…
- Помню, - смутился он, - но, мама…
Показал мне разблокированный смартфон, на котором было фото Воронова и фотографию.
- Это же он. Это мой папа.
Казалось, вся кровь прилила к моему лицу, а потому схлынула к ногам, заставив почувствовать головокружение. В голове тошнотворно заметались мысли. Как так? Ну вот как?
Я села на кровать.
- Не молчи, мам! Это он?
Встретилась взглядом с льдисто-синими глазами моего мальчика. Те были напуганы и полны надежды. Такой чистой, наивной, которая бывает только у маленьких детей, еще не познавших боли предательства и несправедливости этого мира.
- Иди сюда, - я похлопала рукой по месту рядом с собой.
Сын послушно забрался на кровать, держа в подрагивающих пальцах фотографию и телефон.
- Я все думал, кого же он мне напоминает. И вот только сегодня понял… Мам?