Надежда Борзакова – Девушка брата (страница 29)

— Ну, что, все повороты запомнила? — весело спросил Влад, наконец остановившись.

— Нужно было?

— Конечно, вдруг я тебя похитил, — в ноздри проник его запах — дурманящий, терпкий, а потом ко рту требовательно прижались горячие губы.

Я обвила шею мужчины руками, слегка прикусила его нижнюю губу, втянула в рот.

— М-м-м, так мы здесь и останемся, — хрипло прошептал.

Оторвался от меня, отодвинулся. Я услышала, как хлопнула водительская дверь через пару секунд после того, как в салон ворвался морозный воздух.

Открыв дверь с моей стороны, отстегнул ремень безопасности и снова взял на руки. Судя по звуку шагов, точнее хрусту снега, рядом с нами еще люди, двое или трое. Охранники, не трудно догадаться. Интересно, права я хоть примерно насчет их количества или нет? И прямо невероятно интересно, куда же это мы приехали.

Услышала, как тихо хлопнула дверь и стало теплее, потом почувствовала, что поднимаемся по ступеньками. Тихо раздвинувшиеся и сдвинувшиеся створки лифта, после того, как мы зашли внутрь, плавный и быстрый подъем наверх. Мы снова куда-то шли. В замке повернулся ключ, открылась дверь.

Пахло хвоей и мандаринами, а еще новым помещением.

Влад поставил меня на пол, щелкнул включателем и осторожно снял с глаз повязку. Я заморгала, фокусируя взгляд и радостно вскрикнула.

Новая квартира с еще неоштукатуренными стенами. Высокие панорамные окна, разноцветные огоньки на огромной пушистой елке, макушка которой почти достает до потолка. Тусклая лампочка, свисающая на проводе.

Возле елки — деревянный ящик, доверху заполненный мандаринами. Большой надувной матрац, застеленный бежевым кашемировым пледом с парой подушек сверху. Поверх еще одного перевернутого ящика для фруктов, стояли бутылки с «Перье» и пара бокалов.

— Хотел подождать до завтра, но не выдержал, — как можно небрежнее бросил Влад. — И Новый год в новом доме — символично, не?

Радостно завизжав, я повисла у него на шее. Поцеловала в смеющийся рот. А он подхватил меня на руки и закружил.

— Пу-устии, я хочу все посмотреть, — хохотала я.

Едва он послушался, выбежала из комнаты, Влад следом. Помимо этой были еще три, кухня и большая ванная.

— Рискнул чуток мебели прикупить, — он кивнул на угловую джакузи на двоих, — если не нравится форма, то мы можем….

Я не дала договорить, вновь поцеловав.

— Это значит, что нравится?

— Это потрясающе!

Снова взяв на руки, Влад отнес меня к елке. Поводя носом, я с удовольствием вдохнула запах хвои. Выключил свет, оставив только фонарики.

Пальцы мужчины потянули вниз молнию пуховика, сбросили его с плеч. Забрались под свитер, гладя кожу через тонкую ткань платья. Взявшись за края свитера, я одним движением избавилась от него.

Сняла с Влада куртку, джемпер. Обняв за талию, потерлась щекой о мягкие волоски на широкой груди, повела по теплой коже все еще холодным носом. Опустившись на корточки, он расшнуровал и снял с меня ботинки, провел горячими ладонями по затянутым в чулки ногам вверх, к бедрам.

Матрац упруго отпружинил, когда Влад опрокинул меня на него. Навис сверху, тяжело дыша, приник губами к шее, спустился по изгибу к ключице, оглаживая руками ягодицы. Задрал юбку на талию, развел широко ноги, вжимаясь между ними вставшим членом, упирающимся в ширинку.

Зарывшись в его волосы, я перебирала их, пропускала между пальцами. Ласкала твердые мышцы плеч и спины, наслаждаясь их сталью и бархатом кожи.

Влад нетерпеливо сдернул вниз лиф-бюстье, высвобождая грудь. Нежно смял чувствительные полушария, слега сжал затвердевшие горошинки сосков кончиками пальцев и нежно потянул. Острое ощущение отозвалось между налившихся кровью мокрых складочек.

Приспустил джинсы вместе с боксерами, обнажая подрагивающий от нетерпения член. Надел презерватив, сдвинул полоску белья и ударив бедрами, врезался в меня.

Опираясь на локти, нашел пылающие губы, проник языком в рот. Пробовал, смаковал мое частящее дыхание и стоны, которые выбивали его мощные и тягучие выпады внутри. Выгнувшись, я обхватила ногами бедра мужчины, прижимаясь теснее. Мы кончили вместе, не размыкая поцелуя.

Влад вынул член, стянул презерватив и отбросил его. Уложил меня себе на грудь и принялся водить кончиками пальцев по влажной коже. Потянулась к его губам, и мы слились в поцелуе. Вдруг подорвался, перевернулся и стал шарить по полу.

— Влад? — сипло выдохнула.

— Чуть не опоздал, — найдя телефон, он включил экран. Без двух минут полночь.

Я как-то машинально попыталась поправить платье. Смысла особого нет, ведь молния вырвана с мясом.

Ну и пусть. Растрепанные, вспотевшие, в остатках измятой одежды, разморенные после секса с искусанными губами. Без памяти влюбленные, опьяневшие от счастья в объятиях друг друга. В нашем новом доме. Пусть мы так и проведем грядущий год. И много-много тех, что последуют за ним.

Обхватив ладонью подбородок, Влад прижался губами ко рту. Его странно подрагивали.

— Выходи за меня, — прошептала заглядывая в глаза. В его, казалось, я видела скрытые электрическим светом фонарей звезды.

— Я согласна, — выдохнула в губы.

Безымянный палец обхватил теплый металл. Влад укутал меня в объятиях, притянул к себе, смял поцелуем губы.

Где-то вдалеке вспыхнули фейерверки.

Глава 46

— Ну, тебе все равно придется жениться только следом за мной, — кажется, Глеб позабыл о выбранной им же ранее стратегии «мудрого» поведения. — Все у тебя после меня, вторым номером. Карма.

— Главное, что навсегда, — был невозмутимый ответ Влада, заставивший меня раздуваться от гордости за его выдержку.

Глеб скрипнул зубами, сжал руки, лежащие на столе, в кулаки, но промолчал, поскольку разговор происходил в ресторане и кроме нас с Владом, Святослава с Милой и его самого с Нелли за столом были бизнес-партнеры — две супружеские пары. Одни, примерно, ровесники Глеба, вторые постарше.

Точнее, во второй паре старше был мужчина, а его спутнице в лучшем случае сравнялось двадцать два-двадцать три года. Тоненькая длинноволосая брюнетка с темно-карими глазами и неприлично огромным бриллиантом на безымянном пальце по имени Жанетта, держалась как-то испуганно даже, а не просто неуверенно. Сидела, затянутая в бордовую ткань платья как в скафандр, почти все время глядя в тарелку, к содержимому которой не притронулась, и пила белое вино малюсенькими глотками. Ну и молчала. Интересно, с чего она так, учитывая, что в статусе жены, пусть и третьей по счету и уж точно не впервые в такой компании?

Почему-то вспомнилось, какого мне было, когда начала выходить с Глебом «в свет». Как переживала, нервничала и огромным усилием воли пыталась выглядеть непринужденно и поддерживать беседы. Получалось-то у меня получше, чем у этой девчонки однозначно, несмотря на иной статус, но все равно… Тогда мне было неловко, я всегда была скована, играла какую-то роль, обдумывая чуть ли не каждое слово, прежде чем произнести. А теперь в подобных условиях мне совершенно спокойно, даже как-то привычно. Я говорю, если есть что сказать, и молчу, если говорить не хочется.

«Иные отношения, иное положение, иное самоощущение, Насть. Тут же не важно, как называться, важно кем являться по факту».

Супруга Жанетты звали Николай Викторович. «Второе рукопожатие», как прошептал мне, улучив момент Влад, намекая на его участие в благополучном исходе истории с Бобылевым. Высокий и поджарый, он ни разу не выглядел бы на свои сорок пять плюс, если б не почти полностью седые волосы лишь с несколькими оставшимися темными прядями. Колкие серые глаза, прямой нос и тонкие, почти незаметные губы с лихвой компенсировал хриплый приятный голос. Черная рубашка с расстегнутым воротом, золотая цепь, толщиной в палец навевала ассоциации с братками девяностых, как и проскальзывающие иногда блатные словечки. А его свойская манера держаться лишь подчеркивала осязаемо исходящую от этого мужчины опасность.

Нелли без умолку щебетала с Милой и второй женщиной — красивой сероглазой шатенкой лет тридцати. Та постоянно теребила свои постриженные под каре волосы, без нужды одергивала кремовую шелковую блузку и изо всех сил старалась перебить непрерывный поток речи. Звали ее Ниной. И был у нее «свой бренд косметики». Я даже о нем знала и даже пробовала. Китайская дешевка в красивых флаконах и палетках, по стоимости люкса. Но говорить об этом не стоило.

Ее муж был единственным, с кем я была знакома, пусть и шапочно, причем еще с времен отношений с Глебом. Игорь был из тех, кто сыплет пошлыми анекдотами, хамит официантам, паркуется, перекрывая вход в заведение и в общем ведет себя так, что часто хотелось ему врезать. Но с тем, что он депутат городского совета, сделать это решались немногие.

— А чего она не пьет? Залетела уже что ли?

— Точно нет, мы пока предохраняемся, — ответила сама со сладкой улыбкой. — Просто не люблю спиртное.

— Почему?

— Не употребляю ничего, что не делает меня лучше и не приносит удовольствия.

— То есть, если я завяжу с вискарем, то автоматически стану лучше?

— Вряд ли.

— Вот и я об этом, — хмыкнул мужчина, опрокидывая в себя очередную порцию.

Влад на несколько секунд уткнулся мне в висок, пряча улыбку.

Поговорив еще немного, все наконец распрощались. Забавной получилась первая в Новом году «нужная» встреча.

— Как тебе Николай Викторович? — спросил Влад, когда мы сели в машину.