Н. Константинов – Всемирный следопыт, 1931 №05 цвет (страница 9)
— Ты понимаешь, Атыля, вы все стали б тогда строителями социализма в гиблом уголке приполярного севера. Тогда не надо было бы такскаться по морозу с ребятишками в поисках пищи. Пищу, жизнь вы стали бы делать сами. Сами, да! Понимаешь?
Атыляхан молча кивает головой. — Да, мы бы не стали бы тогда кочевать. Худо, когда морозишь жен и детей, но еще хуже, когда они умирают на твоих глазах от голода…
— Ты знаешь, Кие[4], то что ты сказал о Колыме, все уже есть в действительности. Вот смотри сам…
Он берет карту Колыми в руки. Хотя он и безграмотный, но в картах разбирается отлично. Проводя пальцем по рекам, он отмечает ногтем неправильности, и свои поправки чертит на прибрежном песке. Я слежу за движениями его руки, вычерчивающей разнообразные линии, штрихи и кружки. И не могу поверить: то ли он смеется, то ли это ожившая, но укрываемая кем-то до сих пор тайна…
Атыляхан высчитывает в уме довольно сложные расчеты — сколько верст будет от такой-то речки до такой, от такой-то горы до такой, сколько времени надо ехать — летом на лошадях, зимой — на оленях… в сторонке ставит черточки, кружочки — круглые перекрещенные палочки, обозначающие цифры. Он рассказывает мне, где, у какого изгиба речек, у какой горы, в каком лесу есть моховища для кормежки оленей, где летом растут травы, где удобнее ночевать.
В конце своих вычислений и рассуждений Атыляхан мне заявил, что долина Колыми около 3000 км, судоходна она почти до самых своих истоков и, самое главное, ее русло лежит в Сеймчане — в 700 км от Олы (Охотского побережья), а в Коркодоне и р. Шойдоне — всего лишь в 400–450 км от устья р. Элеуям или Ниргилян.
Я взял циркуль и отмерил на карте расстояния: от с. Олы до Сеймчана получается свыше 800 км, а от р. Вилиги или Широкой (по местному Ниргилян и Элеуян) тоже около 700 км. Значит: или русло реки Колымы должно соответственно, т. е. на 300–400 км передвинуться на восток, или Охотское побережье (Пенжинский залив) — на Запад. Это и есть то, что интересует меня…
Значит Колыма «сбежала» пропала со своего места, держала в могиле свой край, да еще вводила в заблуждение весь мир. Теперь надо только все это проверить.
5
Колымский край — это северо-восточная часть Якутской автономной республики — обширнейшая территория в 700 тысяч кв. км., расположенная по долинам двух рек: Колымы и Алазеи, впадающих в Ледовитый океан.
Эту территорию населяют: русские — около 1000 человек, остатки казаков и промышленных людей XVII века, сохранившие свою внешность, но материально и духовно отуземившиеся. Они занимаются исключительно собаководством и рыбоколовством. Якуты — около 3000 человек, явившиеся сюда одновременно с русскими (XII век) со своими стадами коров и лошадей, чукчи-оленеводы — около 700 человек[5] — единственный народ в России, который не был покорен русскими и, наконец, юкагиры (аборигены края) и ламуты — охотники и рыболовы в количестве около 6000 человек.
Доход населения края определяется следуюшими цифрами. Заготовляется при среднем нормальном урожае: белки — 100 000 штук — 160 000 руб., горностая — 30 000 штук — 90 000 руб., лисицы — 1000 штук — 25 000 рубл., песца — 70 000 штук — 210 000 рублей и прочей пушнины на 150 000 рублей. Оленьего сырья добывается на 25 000 рублей, мамонтовой кости (бивней) на 30 000 рублей, разных меховых изделий: ковры, кухлянки, перчатки, туфли и пр. — на 25 000 рублей. 715 000 рублей.
Это основные цифры дохода населения. Имеются еще подсобные заработки: перевозка товаров, различные работы и пр. Этот побочный доход выражается в примерной сумме 345 000 руб. Весь бюджет населения составляет приблизительно до 1 300 000 рублей. Но это не все. При надлежащей постановке дела бюджет населения должен значительно возрасти. Можно например заготовить и вывезти рыбы (нельмы, чира, омуля) минимально на 300 000 руб., дичи разной (гусей, уток и прочей птицы) — на 75 000 руб.
Все это зависит главным образом от того, насколько население будет снабжено охотничьими и рыболовными снастями. Но как наладить это снабжение… Здесь-то и упираемся мы в географию края. Поэтому-то и поставил я себе задачу проверить сведения, данные юкагиром Атыляханом.
На всех современных картах река Колыма обозначается в следующем виде: начало берет примерно из северных склонов станового хребта, у 144° ВД и 62° СШ и впадает в Ледовитый океан у 162° ВД и 69°31′ СШ. При этом отклонения в сторону от ориентировочной прямой линии на северо-восток не имеет. Общую длину реки дают нам простые арифметические вычисления по градусам — 1112,3 км. Не большее расстояние нам дает и вычисление по масштабам — 1275 км. Ширина реки в среднем течении 1½–2 км, все русло ее лежит в таком отдалении от побережья Охотского моря, что немыслимо даже говорить о каком-то пробитии туда пути. Так ли в действительности.
Над разрешением этого вопроса до нашего времени вряд ли кто задумывался, кроме, разве, купцов старого времени. Но они, зная действительное расположение реки, умышленно ее искажали, чтобы обеспечить монополию своей торговли.
В ученых центрах карты составлялись по материалам, которые давались случайно приезжими «начальниками» с особыми поручениями от торговых фирм или от губернаторов, вроде Калинникова и других, раскатывавших в виду условий «полярного климата», в глухих меховых повозках.
Такие горе-исследователи — купцы, «ученые» все возможные чинодралы — понятно не могли дать точных научных сведений. Без участия самого местного-населения, знающего всю топографию местности, производить какие-либо изыскания здесь нельзя. Поэтому мои изыскания при помощи местного населения, в частности юкагира Атыляхана привели к результатам, отвергающим старые данные о Колыме-реке.
Оказалось, что становой хребет, по которому идет граница Якутии с Дальним Востоком, лежит примерно на 100 км южнее, чем это указано на картах. Соответственно этому меняется и расположение вершин рек Ямы и Олы (южный склон), Буенды, Бахапчы и Колымы (северный склон). Последние значительно передвигаются на юг — ближе к морю.
Нужно еще отметить, что становой хребет на северо-востоке сменяется Яблоновым хребтом, а не Колымским, которого нет на свете. Западнее Яблонового хребта раскинулось огромное плоскогорье, охватывающее истоки рек Коркодона, Шойдона и других.
Дальше оказалось, что направление реки Колымы до впадения в нее реки Ясачной имеет крутую дугообразную форму, обращенную выпуклой стороной на восток, и приближается по сравнению со старым руслом к Пенжинскому заливу Охотского моря на 300–350 километров. Существуют даже тропы, идущие по рекам Коркодон, Шойдан и Балыгичан к верховьям рек Видига, Таватум, Широкая и Наяхан — впадающих в Пенжинский залив. По этим тропам ламуты ежегодно кочуют от моря до Колымы и обратно. Я сам в 1927–28 г. проехал вместе с ними одной из этих троп. От р. Колымы по р. Балыгичану — реке Дьегин — реке Омчук и до реки Вилига. Ехал на лошадях всего лишь 12 дней. Если считать, что мы проходили на неподкованных лошадях по острым камням в день 40 км, то всего получается 480 км. Расстояние — ничтожное, вдобавок населенное ламутами-оленеводами и укороченное судоходными реками Балыгичан и Шойдан. По этим рекам свободно можно сплавлять грузы на лодках или просто на плотах. Здесь в дальнейшем можно будет проложить шоссейную дорогу.
Другой путь — Сеймчан-Ола. Он имеет большее расстояние — километров 700, но зато в районе Сеймчана на речке Сириндикен — 1927 г. обнаружены золотые россыпи, имеющие запасы Алдана. Поэтому, начиная с 1929/30 года, после того как река Колыма «передвинулась» на восток, там уже строится автомобильная дорога.
Теперь, в связи с «переносом» реки Колымы на Восток, на 300–350 км и «удлинения» ее с 1200 до 3000 км страна начинает оживать. Северно-морской путь через Берингов пролив отходит все больше и больше на задний план и в дальнейшем будет служить лишь запасным путем.
Если карты нашего времени указывают чушь в отношении таких крупных географических единиц, как река Колыма, то понятно, какая должна быть путаница с обозначением более мелких единиц — речек, горных вершин, озер и даже населенных пунктов. Ясно, что вся система речек Колымского бассейна, начиная с устья реки Ясачной, меняется коренным образом.
Система их расположения в старом порядке не соответствует действительности. По карте река Горбуновка (Верхнеколымск соединяется с рекой Буней) и при впадении в Колыму образует с ней общее ущелье. На самом деле реки Буни нет. Есть две речки — Малая и Большая Горбуновки, впадающие в Колыму разно с промежутком в 15 км. Выше их — река Поповка. Впадает она в Колыму не в 40 км выше, а в 10 км ниже устья р. Шаманкино. Указываются еще реки Силуй, Сухуй и Лавдан, а между ними — еще несколько речек. Все эти названия в действительности обозначают одну реку — Шойдан. Наоборот, вовсе не указываются такие реки, как Балыгичан и другие, имеющие крупное экономическое значение, как реки судоходные, связывающие бассейн Колымы с теплым Охотским морем.
Сведения, данные местным населением (в частности Атыляханом), отвергавшие все старые данные, утвердившиеся во всем мире — вполне подтвердились. Специальная экспедиция НКПС во главе с инженером Молодых точно установила настоящее положение р. Колымы и части ее притоков (часть ими не была исследована) и тем самым подтвердила наши открытия, основанные на знаниях местного населения.