Мюррей Лейнстер – Танки (страница 9)
Дерек выключил луч.
– Быстро в комнату, кому говорю! – процедил он сквозь зубы.
Уцелевшие дворяне в панике бросились наутек. Дерек снова подошел к перилам балкона.
– Мой народ! Да, я Александр. Я не думал, что вы так быстро узнаете меня. Но вы правы – пришло время вернуть то, что принадлежит мне по праву. И я буду править справедливо!
Он все еще сжимал в руке цилиндр, зорко оглядывая комнату позади себя. Я вспомнил о Робаре. Тот ушел в соседние покои вместе с королем. Видели ли они нападение на Дерека? Но наверняка слышали, как толпа скандировала имя Александра. Странно, что они до сих пор не появились.
Вспоминая те минуты на балконе, я вдруг ловлю себя на мысли, что в тот момент совершенно забыл о Хоуп. Перед самым нападением она стояла рядом со мной. Теперь ее нигде не было видно. Я встревожился, но следующая секунда вымела все мысли из моей головы. Из глубины дворца донесся пронзительный женский крик. Девушка кричала, а затем истошно завопила:
– Король мертв!
Дерек бросился ко мне:
– Чарли, это же...
Крик повторился:
– Король мертв!
Мы ворвались в смежную залу. Нам никто не препятствовал – во дворце не осталось никого, кто посмел бы перечить Дереку. Перепуганные дворяне падали перед ним на колени:
– Александр, пощади нас! Мы верны тебе!
Дерек пролетел мимо них. В соседнем кабинете мы обнаружили распростертого на полу короля. Из раны на его горле толчками изливалась багровая кровь. Судя по всему, он лежал здесь один, пока на него не наткнулась зашедшая служанка. Король был еще жив. Дерек склонился над ним. Леонто приоткрыл глаза.
Он слабо прохрипел:
– Робар... убил меня. Робар и эта... проклятая Багряная Сенсуа...
Голос его затих. Взгляд остекленел. Дерек бережно опустил его голову на пол.
И будто в подтверждение ужасной вести, колокол на дворцовой башне заунывно зазвонил. На сей раз это был не частый набат, а мерный, погребальный звон. Толпа внизу сразу все поняла. До нас долетели крики:
– Смерть! Смерть пришла!
Дерек поднялся, его глаза горели яростным огнем:
– Развязка близка, Чарли! Я не хотел, чтобы все обернулось именно так, но...
Он не договорил. Резко развернувшись, он бросился обратно на балкон. Внизу вновь поднялось смятение, толпа бурлила, выкрикивая:
– Король мертв!
На краю сада сквозь общий гомон прорезался визгливый, истеричный женский смех.
Дерек прокричал:
– Да, король мертв! – Он выдержал паузу и добавил: – Если вы признаете меня... если вы верны мне... я взойду на престол!
Его слова потонули в восторженном реве:
– Александр! Король Александр!
Он вскинул руки, призывая к тишине, но толпа не унималась:
– Король умер! Да здравствует король Александр!
Ликующий клич прокатился по саду, эхом отдаваясь в стенах замка. У главного входа угрюмо переминались с ноги на ногу солдаты Леонто.
Дерек стоял, празднуя триумф. Его руки были простерты над толпой ладонями вниз. Но вдруг на круговом мостике у самой вершины башни началось какое–то движение. Стражники попятились назад, освобождая место для новых действующих лиц. Я замер как вкопанный, не веря собственным глазам. На самом верху стоял огромный мужчина в кожаных одеждах, за широкий пояс которого был заткнут меч. Упрямая круглая голова, тяжелое лицо, устремленное вниз...
Робар!
А перед собой он держал хрупкую девушку. Хоуп! Он крепко прижимал ее к себе, обхватив мускулистой рукой за грудь. С замиранием сердца я понял, что произошло. В суматохе Хоуп отошла от меня. Все в комнате были увлечены Дереком. Робар, хладнокровно прирезав короля, незаметно пробрался в комнату, схватил Хоуп, зажал ей рот и утащил на башню.
А ведь я обещал Дереку уберечь эту девушку от беды! Ужас и чувство вины захлестнули меня, парализовав волю. Я не мог ни думать, ни шевелиться – лишь стоял и тупо глядел вверх. Робар прикрывался Хоуп как щитом. Низкие перила едва доходили ей до колен. Один неверный шаг – и она полетит на камни сада с огромной высоты. Он сжимал ее мертвой хваткой, и в его свободной руке зловеще сверкнул кинжал, прижатый к белоснежному горлу девушки. Робар закричал:
– Тихо там, внизу! Александр, ты предатель! Молчать всем!
Дерек поднял голову. Победное выражение лица мгновенно сменилось маской отчаяния. Он смотрел на башню, потрясенный. Толпа внизу тоже притихла. Гвардейцы на нижней платформе перестали кричать и уставились на новых актеров, столь неожиданно занявших сцену. Робар снова закричал, на сей раз обращаясь к страже:
– Я говорю от имени вашего короля Леонто! Этот Александр – изменник для всех нас! И он бессилен против меня! Я бросаю ему вызов! Посмотрите на него! Пусть попробует применить свое проклятое оружие!
Дерек безмолвствовал. Одно лишнее движение – и кинжал Робара перережет горло Хоуп. Смертоносный луч Дерека был здесь бесполезен: выстрели он сейчас, и луч испепелил бы Хоуп вместе с ее мучителем.
Увидев нерешительность Дерека, солдаты короля приободрились. Один из них крикнул:
– Он ничего не может нам сделать! Смотрите, он струсил!
Люди в саду узнали Хоуп. Они стали выкрикивать ее имя:
– Господин Робар, не губите нашу Хоуп!
– Я не трону ее! Но только если вы сделаете то, что я скажу! Убирайтесь из сада, расходитесь по домам! А я сам разберусь с этим предателем!
Он повернулся к страже:
– Ступайте наверх и схватите его! Он вам ничего не сделает! Схватите изменника! Если он не сдастся или если чернь посмеет напасть на вас, я убью Хоуп!
Дерек стоял, мертвой хваткой вцепившись в перила балкона. Под пристальным взглядом Робара он не смел даже шелохнуться. Я же стоял чуть поодаль, в полумраке комнаты, прямо за спиной Дерека. Обо мне никто не думал. Снаружи меня не было видно. И вдруг я, до сих пор бывший лишь пассивным наблюдателем, провалившим свое единственное поручение, отчетливо понял, какова моя роль. Мой выход. Моя партия в этой безумной драме.
Я отступил назад, вглубь темной залы. Несколько испуганных придворных и служанок все еще толпились здесь, прильнув к окнам и завороженно глядя на разворачивающуюся на улице трагедию. Никто не обратил на меня внимания, но я уже точно знал, что должен делать.
Я развернулся и опрометью бросился из залы в полутемный, опустевший коридор замка.
Глава 10. Моя роль
Я скользил тенью по почти пустым коридорам. На нижнем этаже я обнаружил, что многие гвардейцы отступили внутрь здания; они кучковались в проходах, ожидая вестей от своих товарищей на платформе, чтобы понять, что делать дальше. Времени у меня было в обрез: я понимал, что через считанные минуты они ринутся наверх, чтобы скрутить Дерека.
Я замер у стены неподалеку от главного входа, укрывшись густой тенью. Выбраться наружу я не мог – там было слишком много солдат.
Я старался мысленно ориентироваться в пространстве. Крыло, на котором высилась башня, находилось примерно в двухстах футах от меня. Если я не мог выйти на улицу, придется пробовать изнутри, продвигаясь по этому коридору. Я молил бога, чтобы не ошибиться. Я пытался точно рассчитать, где именно должна находиться башня.
В коридоре царил полумрак, и в этом крыле замка в тот момент, к счастью, никого не оказалось. Я дошел до угла и повернул налево. Из оружия у меня был только кинжал. Я обнажил его. Но мне никто не встретился. Я миновал двери множества пустых комнат. Все окна на этом нижнем этаже были забраны решетками. Снаружи доносились яростные крики толпы.
Наконец я добрался до конца крыла. Каменная лестница здесь вела наверх. Я прикинул, что нахожусь прямо под башней, и эта лестница наверняка вела прямо в нее. Я поднялся на несколько ступеней, чтобы проверить свою догадку. Все подтвердилось. Робар переманил на свою сторону солдат, которые находились здесь. Он отослал их вниз с мостика башни, и теперь они охраняли эту лестницу.
Я крадучись поднялся еще на несколько ступеней, стараясь не издавать ни звука. Сверху доносились их голоса. Там горел свет. Я видел ноги некоторых из них – они плотно запрудили ступени. Я тихо отступил назад.
Пробиться в башню отсюда было невозможно. Один, вооруженный лишь кинжалом, я не мог ринуться вверх по лестнице на дюжину вооруженных до зубов людей; тем более что любой поднятый мной шум мог напугать Робара на верхотуре, и тот с перепугу прирезал бы Хоуп.
Я замер на мгновение, лихорадочно соображая и обдумывая свои действия. Меня била крупная дрожь. Теперь все зависело только от меня. Я должен был во что бы то ни стало проникнуть в башню. И главное – нужно было спешить.
Я спустился обратно на нижний этаж. По моим ощущениям, я все еще находился футах в двадцати над землей. Слишком высоко. В десятке шагов дальше по коридору я заметил лестницу, ведущую вниз, в подвалы замка на уровне земли. Я мысленно зафиксировал, куда именно повернул и какое расстояние прошел. Затем спустился по ступеням.
Там была пустая полуподвальная комната. В ней царила кромешная тьма. Я лег прямо на земляной пол. Я мысленно воссоздал расположение башни: она находилась чуть выше меня и в нескольких шагах в стороне. По меньшей мере футов сто пятьдесят вверх до того самого мостика–балкона, где Робар удерживал Хоуп. Я сосредоточился на этой картине, молясь, чтобы не ошибиться в расчетах.
Еще я молил о том, чтобы удача оказалась на моей стороне. Это был отчаянный, безумный риск, но я примерно представлял, что находится на этом самом месте в моем родном Нью–Йорке. Лежа на боку в абсолютной темноте, я нажал на кнопку механизма на запястье...