Мурат Карадениз – Кровь изменницы (страница 1)
Кровь изменницы
ПРОЛОГ
— Древнее пророчество
Империя Драконьих Домов, Люмен-сити, императорский дворец
10 лет назад. Ночь Кровавой Луны.
Луна висела над дворцом багровая, как свежая рана.
В такую ночь не спят. В такую ночь умирают.
Эдриан ван Крейн бежал по мраморным коридорам, и его собственное дыхание казалось ему чужим — хриплым, рваным, звериным. Кинжал в руке был всё ещё тёплым от крови. Не его крови.
Он не знал, чей это клинок. Он схватил его с пола, когда ворвался в драконий загон, когда увидел её.
Сильву.
Его сестру. Его наездницу. Его вторую половину.
Она лежала на каменном полу, раскинув крылья, и золотая чешуя её больше не искрилась — она была тусклой, серой, как пепел. Глаза, цвета расплавленной меди, смотрели в пустоту. А там, где должно было биться её сердце, зияла чёрная дыра.
Кто-то вырвал его. Руками. Без магии. Без пощады.
— Сильва, — прошептал Эдриан, падая на колени рядом с ней. Его ладони коснулись её морды, но она была холодной. Мёртвой. — Нет, нет, нет...
Он не плакал. Принцы Империи не плачут. Но внутри него что-то сломалось с хрустом, как драконья кость под сапогом палача.
А потом он увидел отражение.
В одной из чешуек Сильвы, ещё не успевшей помутнеть, мелькнула тень. Он повернул голову, и за колонной, в тени, стоял человек. Эдриан узнал его по силуэту, по тяжести плаща, по запаху дорогого вина и крови.
— Отец? — голос Эдриана сорвался.
Император шагнул вперёд. Его лицо было спокойным. Слишком спокойным. На его руках были кожаные перчатки — до локтей. И они были в чёрной, густой драконьей крови.
— Ты видел, что здесь произошло? — спросил император. Голос — стальной, холодный, как зимний ветер.
— Ты... — Эдриан не мог подобрать слов. — Ты убил её? Зачем?! Она была твоей дочерью!
— Она была драконом, — поправил император, и в его голосе не дрогнула ни одна нота. — А драконы умирают. Императоры — нет. Она узнала то, чего не должна была узнать. Тайну Искры.
— Искры? — Эдриан вскочил на ноги, сжимая кинжал. — О чём ты говоришь?!
— Ты слишком молод, мой сын. И слишком слаб, чтобы знать правду. Но я дам тебе один шанс, — император вытер руки о плащ и улыбнулся. — Возьми этот кинжал. Беги. Кричи, что ты убил дракона. Я сделаю вид, что поверил. Ты отправишься в изгнание, а не на плаху. Это больше, чем ты заслуживаешь.
Эдриан смотрел на отца и не узнавал его. Перед ним стоял не правитель Империи. Перед ним стоял монстр.
— Я не буду твоим козлом отпущения, — прошипел Эдриан.
— Тогда умри, — пожал плечами император и щёлкнул пальцами.
И в тот же миг из тени выскочила стража — десяток гвардейцев с мечами, с хищными улыбками, с глазами, привыкшими убивать по приказу.
Эдриан рванул прочь.
Он бежал по коридорам, сбивая факелы, опрокидывая вазы, чтобы задержать погоню. Позади выли гончие. Кровь стучала в висках. В груди разрывалась душа.
Он не убивал Сильву.
Но он был сыном убийцы.
И эта кровь — она была на нём, на его руках, на его совести.
Эдриан влетел в тайную комнату за тронным залом — туда, куда даже слуги не заходили без приказа. Там, среди пыльных свитков, стояла девочка.
Ей было, наверное, лет девять. Платиновые волосы, спутанные, падали на плечи. Серые глаза — огромные, испуганные, но в них не было слёз. Она стояла с поднятым кинжалом — детским, игрушечным — и дрожала, но не отступала.
— Не подходи! — крикнула она тоненьким голосом. — Я убью тебя!
— Тише, — выдохнул Эдриан, закрывая ей рот ладонью. — Я не причиню тебе вреда. Я бегу от них. Ты — ван Торн?
Девочка моргнула и кивнула. На её запястье он увидел родимое пятно в форме драконьей лапы. Чёрное, чёткое. То самое. Знак древнего рода. Знак Искры.
— Запомни, — прошептал он, снимая с шеи медальон, который дала ему Сильва перед смертью. Внутри медальона — чешуя дракона, чёрная, как уголь. — Тебя назовут убийцей. Твою семью — предателями. Но это неправда. Тот, кто убил дракона... — он запнулся, сглотнул горечь, — это император. Мой отец.
Девочка расширила глаза, но не заплакала. Она взяла медальон и спрятала его за корсет.
— Почему ты мне это говоришь? — спросила она шёпотом.
— Потому что у меня нет никого, — Эдриан усмехнулся, и в этой усмешке была такая тоска, что, казалось, она могла погасить солнце. — Я должен исчезнуть. Они будут искать меня, чтобы убить. Но я вернусь. Через десять лет, когда ты вырастешь, я вернусь. И ты мне поможешь.
— Помогу в чём? — спросила она.
— Поможешь мне сжечь эту империю дотла, — он наклонился и поцеловал её в лоб. Холодными, окровавленными губами. — Ты — Искра, девочка. Ты зажжёшь огонь, который уничтожит всех, кто предал Сильву. Ты сделаешь это, потому что у тебя нет выбора. Они убьют твою семью, если ты не убьёшь их первыми.
Он отступил к потайному ходу. Отодвинул каменную плиту.
— Как тебя зовут? — спросила девочка, когда он уже почти исчез во тьме.
— Эдриан ван Крейн. Законный наследник Империи, — он усмехнулся. — И самый разыскиваемый преступник во всех двенадцати мирах. Запомни это имя, Искра. И молись, чтобы мы никогда больше не встретились. Потому что если мы встретимся... значит, всё пошло по плану.
Плита закрылась.
Девочка осталась одна в тёмной комнате.
Снаружи выли гончие. Кричала стража. Где-то вдалеке император уже объявил награду за голову собственного сына.
А она стояла, сжимая в кулаке чёрную чешую, и смотрела на закрытый проход.
«Через десять лет», — прошептала она. — «Я буду ждать. Я всегда буду ждать, Эдриан. И я помогу тебе. Чего бы это ни стоило».
Она выбежала из комнаты и налетела на стражника.
— Я видела его! — закричала она, указывая в противоположную сторону от потайного хода. — Убийца побежал к северным воротам!
Стража рванула туда.
А девочка — настоящая Элинор ван Торн — прижала ладонь к груди, где бился медальон, и поклялась себе: она сохранит тайну принца. Она дождётся его. И она сделает всё, чтобы империя пала.
Но через три дня императорский совет обвинил её отца в убийстве дракона. Свидетелей не было. Улик не было. Истина не имела значения. Империи нужен был козёл отпущения.
И род ван Торн приговорили к казни.
Отсрочка — десять лет.
Ровно столько, сколько понадобится принцу, чтобы вернуться.
ПРОЛОГ: 10 ЛЕТ СПУСТЯ
Турция, раскопки древнего города, 15 июня, 15:42
Алиса Соболева, кандидат исторических наук, специалист по древним культурам и полная неудачница в личной жизни, стояла по колено в глине и смотрела на стену, которой не должно было существовать.
— Лен, — прошептала она в наушник. — Ты должна это видеть.