Монтегю Джеймс – Мистические истории. Призрак и костоправ (страница 26)

– Звучит вполне логично, – заметил Лейн Чаддам, третий из присутствовавших. – Полковник рассказал вам о нашем призраке?

Полковник не без раздражения покачал красивой седой головой.

– Все же вы не убедили меня, Лейн, что это призрак, – сказал он сухо. – По моему мнению, первопричина почти всего происходящего в нашем мире кроется в человеческой натуре.

– О каком призраке вы говорите? – спросил Флаксман Лоу. – Я ничего о нем не слышал, когда мы встречались с вами в прошлом году.

– Недавно обзавелись, – ответил Лейн Чаддам. – Что до меня, то я предпочел бы от него избавиться.

– Вы его видели? – спросил Лоу, закуривая длинную немецкую трубку.

– Да, и почувствовал!

– Как это?

– Судите сами. Он чуть не сломал мне шею – в этом я готов поклясться.

Лоу хорошо знал Чаддама. Это был длинноногий, спортивного сложения молодой человек, обладатель целой коллекции наград и кубков, упомянутый в «Бадминтоне»[110] в числе спринтеров, добившихся блестящих результатов на стометровке; он совсем не походил на человека, которому легко свернуть шею.

– Как это случилось? – спросил Флаксман Лоу.

– Пару недель тому назад, – ответил Чаддам, – я упражнялся в стрельбе у речки, где в прошлом году собаки загрызли выдру. Начинало темнеть, и я подумал, что вернусь домой через старый карьер и пальну в любую добычу, если она мне попадется. Двигаясь по противоположному берегу речки, я заметил невдалеке человека. Он стоял на песчаном островке у зарослей камыша и наблюдал за мной. Приблизившись, я услышал его глухой, похожий на мычание больной коровы кашель. Он не двигался с места, как будто поджидал меня. Мне показалось это странным – ведь там, среди болот и заливных лугов, чужаки не встречаются.

– Вы его хорошо разглядели?

– Я ясно видел его силуэт, но не лицо, потому что он стоял спиной к закатному солнцу. Он был высокий и какой-то нескладный, если можно так сказать; малюсенькая детская головка, а на ней меховая шапка с диковинно торчащими ушами. Когда я подошел ближе, он вдруг ускользнул прочь: прыгнул за большую канаву и скрылся из виду. Но я не обратил на это особого внимания; ружье было при мне, и я решил, что это просто бродяга.

– Бродяги не преследуют мужчин ваших габаритов, – заметил с улыбкой Лоу.

– За исключением этого типа, во всяком случае. Добравшись до того места, где он стоял (песок там мягкий), я поискал следы. Если учесть его рост, они должны были быть весьма крупными. Но следов не было!

– Никаких следов? Вы хотите сказать, что было слишком темно и вы их не разглядели? – вступил в разговор полковник Дэймли.

– Будь они там, я, конечно же, их разглядел бы, – спокойно продолжал Чаддам. – Кроме того, нельзя прыгнуть, как прыгнул он, не оставив позади себя вмятину. Песок был идеально ровный, потому что целый день дул сильный восточный ветер. Осмотревшись вокруг и не заметив ни малейших следов, я поднялся на вершину холма над карьером. Чуть погодя я почувствовал, что за мной кто-то идет, хотя вокруг никого не было видно. Помните терновый куст, нависающий над прудом в карьере? Там я остановился у края скалы, чтобы посмотреть, нет ли чего в воде. Нагнувшись, я ощутил, как что-то острое, похожее на стальное шило, ткнуло меня в поясницу. Падая, я постарался не угодить на обломки камней, и это получилось, но удар о воду был так силен, что у меня перехватило дыхание. Тем не менее ружье из рук я не выпустил и, выбравшись через минуту на выступ под обрывом, насторожился в ожидании дальнейших действий своего недавнего знакомца. Он тоже выжидал. Я не увидел его, но услышал. Из сумрака доносился его кашель – более мерзких звуков я не припомню. Полковник смеется надо мной, но, пожалуй, эти полчаса я провел так скверно, что и врагу не пожелаю. В конце концов я переплыл пруд и вернулся домой.

– Я посмеиваюсь над Лейном, – сказал полковник, – но местечко для падения, надо признать, дурное.

– Вы говорите, вас ткнули в спину? – обратился Флаксман Лоу к Чаддаму.

– Да, и палец его был тверже стали.

– А что об этой истории говорит миссис Дэймли? – немного погодя продолжил расспросы Лоу.

– Ни моей жене, ни Оливии я не сказал ни слова, дорогой Лоу! – воскликнул полковник Дэймли. – Зачем пугать их попусту? Кроме того, возник бы адский переполох, вздумай мы поохотиться в сумерках на уток или просто прогуляться. Но я за них боюсь: ведь они часто ездят в Нербери по Мур-роуд, а путь пролегает рядом с карьером.

– Они, как обычно, каждый вечер ездят за письмами?

– Да, как всегда. И не хотят брать с собой Стаббза, несмотря на все уговоры. – Полковник с несчастным видом посмотрел на Лоу. – Женщины – это ангелы, да благословит их Господь! Но с ними чертовски трудно ладить, потому как они непременно хотят дознаться что да почему.

– Итак, Лоу, что вы об этом думаете? – спросил Чаддам.

– Вы мне все рассказали?

– Да. Добавлю только: по словам Ливи, в зарослях кто-то жутко кашляет весь день напролет.

– Если все обстоит так, как вы описали, Чаддам, – уж простите, но в подобных случаях не исключены самые неожиданные шутки воображения, – я думаю, вы столкнулись с чем-то из ряда вон выходящим. Ваш рассказ не укладывается в рамки ни одной общепринятой теории.

Затем собеседники проследовали к дамам в гостиную, где застали миссис Дэймли, как всегда, за чтением романа, и Ливи, чей прелестный вид объяснялся частыми визитами в Лоу-Риддингс[111] Лейна Чаддама. Он приходился полковнику дальним родственником и пользовался этим преимуществом, чтобы подолгу гостить в Нортумберленде[112].

За несколько лет до описываемых событий полковник Дэймли купил и расширил большой сельский дом, стоявший на южной оконечности обширных и пустынных Нортумбрийских болот. Это была земля под сенью бледно-голубых небес, окаймленная на горизонте косматыми черными соснами.

От дома через обдуваемый ветрами отрог нагорья и вниз, к лощине, которую пересекал железнодорожный мост, шла узкая дорога, называемая Мур-роуд; далее следовал подъем к лежавшим выше верещатникам, и наконец дорога терялась в предместьях городка Нербери. Местность, ее окружавшая, была совершенно пустынной; на всем пути имелся один-единственный коттедж; дорога, представлявшая собой узкую полоску земли между железнодорожным мостом и карьером, проходила у самого крыльца. За карьером тянулись акры болотистой топи, лугов и заросших камышом прудов, которыми полковник распоряжался так умело, что утиная охота на его земле сделалась предметом зависти соседей.

Хотя Мур-роуд проходила по глухим местам, члены семейства Дэймли часто пользовались ею вместо большой дороги – скучной и гораздо более протяженной. Однажды вечером миссис Дэймли и Оливия отправились за письмами: не имея чем себя занять, они, естественно, всегда спешили получить почту; на станции их неизменно ждали посылки, которые можно было забрать в любое время. Из этого становится понятно, что карьер, облюбованный призраком, который напал на Лейна Чаддама, представлял реальную угрозу для обитателей Лоу-Риддингс.

На следующий день за завтраком Ливи рассказала, что чуть ли не всю ночь в зарослях кашлял тот же бродяга.

– Где именно? – спросил Флаксман Лоу.

Ливи показала на окно, смотревшее на ворота и густую живую изгородь, с которой еще не облетели хрупкие красноватые листочки.

– Интересуетесь бродягой, мисс Дэймли?

– Конечно! Бедняга! Как-то вечером я хотела пойти поискать его, но мне не позволили.

– Это было прежде, чем мы узнали, что он представляет такой интерес, – сказал Чаддам. – Обещаю: в следующий раз, когда он появится, мы его для вас отловим.

Такой план и в самом деле был намечен, но, хотя в зарослях снова слышался кашель, никто не видел, чтобы среди деревьев мелькнуло хоть одно живое существо.

Продолжением этой истории стало происшествие с Ливи. Немного взбудораженным тоном она рассказала собравшимся за ужином домочадцам, что только что видела кашлявшего бродягу.

Лейн Чаддам изменился в лице.

– Надеюсь, вы не хотите сказать, Ливи, что пошли искать его одна? – Вопрос прозвучал едва ли не сердито.

Флаксман Лоу и полковник благоразумно продолжали есть пирожки с устрицами, оставив без внимания слова девушки.

– А почему бы и нет? – мгновенно отпарировала Ливи. – Вышло так, что сегодня вечером я видела его в домике Скалли у карьера.

– Что? – воскликнул полковник Дэймли. – В домике Скалли? Я с этим разберусь.

– Почему вы все так настроены против этого несчастного бродяги?

– Напротив, – ответил Флаксман Лоу, – нам всем хотелось бы выяснить, кто он такой.

– Он такой странный на вид! Я ехала домой с почты одна и вблизи коттеджа у карьера услышала кашель. Вы же знаете, этот кашель ни с чем не перепутаешь. Я посмотрела в окошко – бродяга был внутри. В жизни не видела такого страшилища. Мертвенно-бледное, совершенно безволосое лицо, крохотная голова. В глазах у него была такая злость, что я тут же подстегнула Лорели.

– То есть вы испугались?

– Да нет, не очень, но лицо у него было такое нехорошее, что я умчалась оттуда как можно быстрее.

– Я думал, ты распорядилась отправить за письмами Стаббза, – вмешался полковник Дэймли с некоторым раздражением. – Ну почему эти девицы никогда не скажут прямо, чего хотят?

Ливи ничего не ответила, и после паузы Чаддам задал вопрос:

– Должно быть, по Мур-роуд вы проезжали примерно в семь?