Монтегю Джеймс – Мистические истории. Призрак и костоправ (страница 27)

– Да, с почты уехала после шести, – ответила Ливи. – А что?

– Было уже довольно темно; как вам удалось так хорошо разглядеть этого безволосого? Я ходил по болотам весь вечер и совершенно уверен, что в коттедже Скалли окно не светилось.

– Я не помню, горел ли свет в комнате, – немного подумав, отозвалась Ливи. – Знаю только, что его голову и лицо видела совершенно отчетливо.

Больше к этой теме не возвращались, разве что полковник запретил Ливи подвергать себя риску, разъезжая по Мур-роуд в одиночестве. После этого трое мужчин стали осматривать дорогу и стеречь в засаде этого безволосого – то ли бродягу, то ли призрака. На следующий вечер их терпение было вознаграждено: в курительную комнату поспешно вошел Чаддам и сообщил, что в живой изгороди под окном столовой слышится кашель. Час был ранний, хотя вечернее небо затянули облака и вокруг уже стемнело.

– На этот раз я с ним разберусь как надо! – воскликнул полковник. – Тихонько выйду через черный ход и затаюсь в живой изгороди у дороги, рядом с воротами в поле. Вы двое должны изловчиться и подогнать его ко мне. На фоне неба он будет хорошо виден – а если вздумает драться, я всажу в него заряд четвертого калибра.

Полковник прокрался вдоль дороги, а остальные принялись осматривать заросли и изгородь. Флаксман Лоу был крайне удручен тем, что приходится решать интересную загадку столь лобовым способом. Тем не менее он понимал, что в данной ситуации противиться воле полковника бесполезно. Когда, обойдя изгородь, они с Чаддамом встретились, то увидели длинную фигуру, которая неуклюже, но быстро ковыляла по дороге в ту сторону, где укрылся полковник.

Оба стояли не шевелясь и ждали развития событий, но минуты текли одна за другой, а напряженная тишина не прерывалась. Затем отправились на поиски полковника.

– Эй, полковник, у вас все в порядке? – крикнул Чаддам, приближаясь к воротам, что вели в поле.

Полковник выпрямился не без помощи Чаддама.

– Вы видели его? – прошептал он.

– Кажется, да. Почему же вы не стреляли?

– Потому что, – сказал полковник хрипло, – у меня не было оружия!

– Но вы же взяли с собой ружье?

– Да.

Флаксман Лоу зажег свой фонарь, и, когда вокруг разлился свет, в траве что-то блеснуло. Это оказался приклад от ружья полковника. Чуть дальше они натолкнулись на ружейный ствол из дамасской стали, согнутый и скрученный в шар, словно это была тонкая проволока. Полковнику пришлось объяснить:

– Я увидел, что он приближается, и думал шагнуть навстречу, но впал в ступор – и не мог шевельнуться! Ружье у меня выхватили, а сопротивляться не нашлось сил – не знаю почему. – Он взял ружейный ствол и внимательно его осмотрел. – Я сдаюсь, Лоу. Человеческие руки на это не способны.

За ужином Флаксман Лоу неожиданно обронил:

– Похоже, недавно здесь было землетрясение.

– Откуда вы знаете? – спросила Ливи. – Ходили к карьеру?

Лоу ответил, что нет.

– Это было совсем небольшое землетрясение, такое слабое, что даже газеты не потрудились о нем упомянуть! – продолжала Ливи. – Мы не почувствовали никакого толчка и, по сути, ничего не знали о нем до тех пор, пока нам не рассказал доктор Петтерпед.

– Должно быть, случился оползень? – предположил Лоу.

Прелестные глаза Ливи широко раскрылись.

– Похоже, вам все-все известно, – удивилась она. – Да, оползень был как раз у старого карьера.

– Я хотел бы завтра осмотреть это место, – сказал Лоу.

На следующий день, когда полковник и двое приглашенных им соседей отправились к охотничьим угодьям, Флаксман Лоу в сопровождении Чаддама пошел исследовать оползень.

Они остановились на краю возвышенности. По другую сторону низины с множеством заросших камышом озер виднелся неровный красновато-бурый склон и на нем – крутой срез с обнажившимися пластами. Правее этого места находился старый карьер, а в сотне ярдов левее – одинокий дом и извилистая дорога.

Спустившись в низину, Лоу долго не покидал топкую площадку между дальним краем карьера и местом недавнего оползня. Он старательно простукивал слои молоточком, уделяя особое внимание узкой черной трещине, вокруг которой возился в сосредоточенном молчании, сопя и принюхиваясь. Наконец он позвал Чаддама.

– Вот здесь был небольшой выброс газа – редкого газа, – сказал он. – Я почти не надеялся найти его следы, но сомнений нет.

– Еще бы! – усмехнулся Чаддам. – Вы так сказали, будто сами при этом присутствовали.

– Нет, в самом деле, картина очень даже убедительная. И вы говорите, это произошло недели две назад?

– Пожалуй, чуть больше. За пару дней до моего падения в пруд.

– Нет ли в округе больных – в этом коттедже, например? – спросил Лоу, присоединившись к Чаддаму.

– С какой стати? Этот газ – он что, ядовитый? Тут живет один из служащих полковника, по имени Скалли, у него была пневмония, но он уже шел на поправку, когда случился оползень. С тех пор ему становится все хуже и хуже.

– А с ним кто-нибудь есть?

– Да, семья полковника послала за женщиной, чтобы ухаживать за ним. Скалли – очень славный парень. Я часто его навещаю.

– По-видимому, так же поступает и этот безволосый господин, – добавил Лоу.

– Нет-нет, и это самое странное. Ни Скалли, ни сиделка, которая за ним присматривает, ни разу не видели человека, соответствующего описанию Ливи. Не знаю, что и думать.

– Первое, что нужно сделать, – немедленно забрать Скалли отсюда, – решительно распорядился Лоу. – Давайте пойдем к нему.

Скалли выглядел вялым и сонным. Глядя на двух посетителей, сиделка опечаленно покачала головой:

– Он слабеет день ото дня.

– Немедленно заберите его отсюда, – повторил Лоу, когда они вышли наружу.

– Мы могли бы пригласить его в Лоу-Риддингс, но, кажется, он слишком слаб для переезда, – с сомнением ответил Чаддам.

– Мой дорогой друг, для него это единственный шанс выжить.

Члены семьи Дэймли устроили все для переезда Скалли к ним в дом при условии, что доктор Томсон из Нербери даст свое согласие. Поэтому во второй половине дня Чаддам отправился на велосипеде к врачу в Нербери, чтобы это обсудить.

– На вашем месте, Чаддам, – напутствовал его Лоу, – я постарался бы вернуться прежде, чем стемнеет.

К сожалению, доктор Томсон посещал больных и не вернулся до наступления темноты, когда перевозить Скалли было уже слишком поздно. Покинув дом врача, Чаддам поехал на станцию – узнать о посылке из библиотеки Мьюди[113]. Книги пришли; Чаддам достал пару томов, чтобы миссис Дэймли могла немедля погрузиться в чтение, но, пока он прилаживал книги ремнем к рулю велосипеда, он вдруг сообразил, что если не поедет домой по Мур-роуд, то к ужину ему не успеть.

Итак, он свернул на пустынную дорогу, которая вела через верещатник. Сумерки сгущались, постепенно переходя в ясную холодную ночь, на бледном прозрачном небе поднялась луна. Обширная вересковая пустошь, сиреневая днем, при лунном свете сделалась черной как смоль, и через нее тянулась вдаль белая лента дороги. Чаддам, вдыхая свежий ночной воздух, проворно катил по ровной поверхности, подгоняемый легким ветерком.

Вскоре он достиг ската возле коттеджа Скалли. Слева, вдалеке, где располагался карьер, чернильным пятном лежал под нависшей над ним скалой пруд. В доме было темно, и он казался еще более заброшенным, чем обычно.

Нырнув под мост, Чаддам услышал кашель и быстро оглянулся.

На железнодорожном мосту постепенно распрямлялась длинная, нескладная фигура, которую он однажды уже видел. Было нечто странно нечеловеческое в этом отчетливо различимом на фоне сравнительно светлого неба, развинченном силуэте и в скошенной набок маленькой голове, на которой торчала шапка с остроконечными ушами.

Когда Чаддам снова обернулся, то увидел, что существо на мосту взметнуло вверх длинные руки и спрыгнуло вниз на дорогу с высоты почти тридцати футов.

Тут Чаддам что было мочи нажал на педали. Теперь он понял, что свалял дурака, пустившись в путь: по его прикидкам, от дома его отделяла добрая миля. Сначала ему послышалась чья-то поступь, затем показалось, что все стихло. Твердая поверхность дороги быстро скользила под колесами; об экономии сил нечего было и думать, единственной его целью стало не сбавлять скорости.

Внезапно велосипед резко дернулся, и Чаддама выбросило на дорогу. Падая, он оглянулся и увидел крохотное бесцветное зверское лицо, покрытое от ярости потом, и оно стремительно на него надвигалось!

Чаддам вскочил на ноги и стрелой помчался вперед. Бегал он великолепно, но сейчас скорость ничего не решала, и с таким же успехом он мог состязаться с гепардом: у странного существа с ногами и руками истощенного Геркулеса, чьи костлявые колени при каждом рывке, казалось, подскакивали к жуткой физиономии, было явное преимущество. Чаддам добрался до вершины ската с тошнотворным ощущением собственного бессилия. Он уже видел вдали Лоу-Риддингс, и навстречу ему по дороге стлался слабый свет. Еще один отчаянный бросок – и он почти достиг светлой полосы, но тут чья-то рука сжала его плечо будто тисками и, казалось, вросла в тело. Чаддам бросился наугад в сторону дома. Увидел блеск дверной ручки, а через миг рухнул головой вперед на плетеный коврик в прихожей.

Очнувшись, он прежде всего спросил:

– Где Лоу?

– Разве вы с ним не встретились? – удивилась Ливи. – Я… то есть мы… беспокоились, что вы задерживаетесь, и я уже собиралась вас встречать, но мистер Лоу спустился вниз и настоял на том, что пойдет сам.