Мохан Ракеш – Избранные произведения драматургов Азии (страница 80)

С у л т а н. Твой загородный дворец готов?

В е з и р. Он всегда готов к приему великого султана.

С у л т а н. Прикажи, чтобы туда привезли все, что следует, а потом исчезли. Знаешь, куда мы пойдем?

В е з и р. Куда вам будет угодно, мой повелитель.

С у л т а н. Помнишь, мы как-то встретили одного чудака, который мечтает стать султаном, чтобы…

В е з и р. …чтобы отомстить всему свету за свои неприятности?

С у л т а н. Он самый. Как его зовут?

В е з и р. Кажется… кажется, Абу Аза аль-Мугафаль.

С у л т а н. Вот к нему мы и отправимся сегодня вечером. Ты увидишь, какую потеху затеял твой султан. Только я хочу, чтобы никто ничего не знал об этом. Маймун будет думать, что я отправился спать в опочивальню. А мы выйдем через подземный ход, который уведет нас далеко от дворцовых стен.

В е з и р. А стража… разве не пойдет с нами?

С у л т а н. Ни одного человека.

В е з и р. Но в прошлый раз стражники издали следили за нами. Нужна осторожность, великий султан.

С у л т а н. Я сказал — ни одного человека. Помоги мне переодеться.

В е з и р (помогает султану снять его массивный роскошный наряд). Что чувствует мой повелитель, когда этот величественный наряд сползает с его плеч?

С у л т а н. Облегчение.

В е з и р. И больше ничего?

С у л т а н. Что за вопрос? Конечно, нет. (Постепенно обнажается.)

В е з и р (раздевается сам). А я, признаюсь, когда снимаю свою одежду, то ощущаю какую-то слабость и бессилие. Вам это может показаться смешным, но мне кажется, ноги у меня делаются ватные и почва уходит из-под них.

С у л т а н. Ты, верно, и дня бы не прожил, если бы потерял пост везира. Где штаны?

В е з и р. Вот они.

Продолжают переодеваться.

Затемнение.

Плакат: «Теперь весь народ вынужден жить переодетым».

На окраине города. Опершись о палку, стоит  У б а й д; на спине у него большой горб. Осторожно, украдкой он озирается по сторонам, кого-то ищет. Через некоторое время появляется  З а х е д  в одежде носильщика.

У б а й д. Я уже начал бояться, что ты заблудился.

З а х е д (весело рассматривая его). Клянусь честью, я бы тебя не узнал, если бы встретил случайно на улице.

У б а й д. Главное, чтобы меня не узнала стража.

З а х е д (пристально вглядываясь ему в лицо). А этот синяк?

У б а й д. Синяк настоящий. А что, заметно?

З а х е д. Еще бы, он совсем синий и опух.

У б а й д. Значит, еще одна небесполезная деталь.

З а х е д. Ты что, дрался?

У б а й д. Просто анекдот. Шел по базару, а у одного торговца яблоки в корзине лежали, такие красивые, аппетитные… Ну я и сунул себе пару яблок в мешок. А он заметил да как кинулся на меня. Убежать не могу, а в драку лезть боюсь — стражу позовут. Вот и пришлось дать себя поколотить, пока какие-то добрые люди не сжалились надо мной и не отбили меня. (Улыбается.) А яблоко-то у меня все равно одно осталось.

З а х е д. Ты сумасшедший, так рисковать из-за какого-то яблока. А представляешь, если бы тебя забрали, стали допрашивать и выяснили, что ты и есть именно тот, кого ищет вся городская стража.

У б а й д. Я же не для себя старался. Я подумал об Азе, и мне так захотелось преподнести ей яблоко.

З а х е д. Так можно погубить себя.

У б а й д. Ты же знаешь, как дорога мне эта девушка. Если бы не она, я бы не знал, куда мне деваться. У братьев я появиться не могу, а мечети кишат переодетой стражей. Аза уговорила свою маму приютить меня, она очень ласкова со мной и так любит слушать мои рассказы. У них мне живется спокойно, только вот слуга все дело портит. Он меня терпеть не может, злится все время. Боюсь, как бы он не доставил мне каких-либо неприятностей.

З а х е д. Значит, ты не смог привлечь его к себе. А жаль. Такие, как он, должны быть с нами.

У б а й д. У слуг положение двойственное. Конечно, логически они должны быть с нами, но на самом деле — ничего подобного. Жизнь господ очаровывает и привлекает их. И они колеблются между униженным повиновением и тайным желанием быть копией своих хозяев. Однако мы встретились не для того, чтобы обсуждать эти вопросы. Ну, что там у тебя?

З а х е д. Нам удалось найти одно местечко, где мы могли бы регулярно встречаться.

У б а й д. Хорошая новость. Ты известил всех?

З а х е д. Почти.

Вдалеке появляется  п р о х о ж и й. Убайд, заметив его, толкает Захеда и принимает прежнюю позу.

У б а й д (тоном нищего). Да сохранит аллах вас и детей ваших…

З а х е д (увидев прохожего, подыгрывает). Пусть тебе сам аллах и подает. (Отходит в сторону.)

Прохожий приближается к Убайду.

У б а й д (причитает). Милостыня это как зерно, а от зерна рождается семь всходов. (Когда прохожий поравнялся с ним, Убайд хватает его за полу накидки.)

П р о х о ж и й. Фу, оставь меня!

У б а й д. Да сохранит аллах детей ваших, да откроет он перед вами добрую дорогу.

П р о х о ж и й (с отвращением отталкивает его). Сказал, оставь меня. (Удаляется, ворча.) Скоро доживем до того, что милостыню будут просить с ножом у горла. (Уходит.)

Захед снова подходит к Убайду.

У б а й д (смеется). Доживем, доживем, осталось недолго.

З а х е д. До чего доживем?

У б а й д. Этот человек тут напророчил, что когда-нибудь милостыню будут просить с оружием в руках.

З а х е д. Тогда и нищих не будет.

У б а й д. И нам не надо будет скрываться. Ну, говори скорее дальше, а то сейчас настанет час молитвы, появится много прохожих.

З а х е д. С текстом обращения все согласны. Абдалла его размножит. К празднованию дня восшествия на престол все будет готово.

У б а й д. А как его распространять?

З а х е д. Разбросаем по всем улицам, это нетрудно. Но вот многие думают, что в этот день можно было бы добиться чего-нибудь посерьезнее…

У б а й д. Чего? Покричать «Долой султана!» и всем дружно отправиться за решетку?

З а х е д. В народе столько сейчас накипело недовольства и разочарований, что достаточно было бы одного шага. И тогда зашатается трон, а перед нами откроются новые возможности.

У б а й д. Правильно. Народ устал от нищеты и дрожит от страха, но время еще не пришло. Передай всем, кто сомневается. У султана сейчас один выход — усилить пытки и казни. Нам нужно действовать тайно, чтобы избежать жертв. А вот когда окрепнем, то выступим — ни раньше, ни позже.

Слышится голос муэдзина. Вдали показываются  д в о е  п р о х о ж и х.

У меня есть еще разговор — о том, как нам действовать в дубильне. Но здесь становится опасно. Послезавтра у восточного кладбища. (Тоном нищего.) Да сохранит аллах вашу молодость…

З а х е д (дает ему милостыню). На закате солнца… (Уходит.)