Мохан Ракеш – Избранные произведения драматургов Азии (страница 158)
Д е в у ш к а. Отвратительный тип, который только что был здесь, ваш сообщник — вот в чем дело.
З о о л о г. Чепуха! Ничего подобного!
Д е в у ш к а. Тогда зачем же вам его выгораживать?
З о о л о г. А я и не выгораживаю. Просто боюсь, что полиция разнюхает про уэ, а это будет очень плохо…
Д е в у ш к а. Ах вот оно что… Вот что вас беспокоит! А не то, что вас поймают с поличным как мошенников?
З о о л о г. Ничего подобного. Вы ошибаетесь. Если паче чаяния о существовании уэ узнает широкая публика, не исключено, что газеты поднимут шум, и уэ у нас отберут, нам их ни за что не оставят…
Д е в у ш к а. Все равно я не верю ни единому вашему слову…
С л у ж а н к а
З о о л о г. Не делай этого. Их нельзя дразнить — они очень нервные.
С а м е ц у э. Уэ-э.
Х о з я и н. Может, воры хотели украсть уэ?
З о о л о г
Ш о ф е р. Значит, есть и другие люди, которые знают об уэ.
З о о л о г. Ну конечно же. Для тяжелобольных людей магнетизм уэ — первое средство. Люди, знающие об уэ, — это исключительно те, кто подверглись лечению с их помощью. Они, естественно, знают, какую ценность представляют собой уэ.
Х о з я и н
З о о л о г. Да, за ними нужен глаз…
Х о з я и н
З о о л о г
Х о з я и н. Что это они?
З о о л о г. Ну же, ну же, уэ, уэ…
С а м е ц у э. Уэ-э.
С а м к а у э. Уэ.
Д е в у ш к а
З о о л о г. Нервы у них напряжены. Перемена места… И к тому же они еще ничего не ели… Лучше, сэнсэй, начнем лечение завтра. Если мы их сегодня переутомим, величина спирита у них резко упадет.
Х о з я и н. О-о-о!
С а м к а у э. Уэ!
Х о з я и н
Д е в у ш к а. Куда же это годится? Я ведь вам только вчера говорила. А вы снова о плате за свет.
Х о з я и н
Д е в у ш к а. Я не о том, чтобы он горел. Прежде всего, свет опасно оставлять.
С а м е ц у э
С а м к а у э
3
С л у ж а н к а
У ч е н ы й. Какая ужасная ночь…
С л у ж а н к а. Да-да-да…
У ч е н ы й. Фу, вонь какая!
С а м е ц у э
С а м к а у э. Ш-ш. Не так громко!
У ч е н ы й. Гм, почему я мрачный? Это вас нужно спросить почему. Все изгадили, и хотите, чтобы я не был мрачным.
С а м к а у э
У ч е н ы й
С а м е ц у э. Ошибаешься, братец. Спичку зажигали не мы, а служанка, которая здесь живет… Ты только что с ней разминулся…
У ч е н ы й
С а м к а у э. Хотела посмотреть на мое лицо.
У ч е н ы й. Для чего? Как вы думаете?
С а м к а у э. Не знаю, но ее разговоры мне не по душе.
С а м е ц у э. Может, ты от нас что-то скрываешь? Если тебя что беспокоит, выкладывай, а?
У ч е н ы й. Да-да. Не исключено, что она сделала это потому, что твое лицо ей показалось знакомым…
С а м к а у э. А вдруг…
С а м е ц у э. Что?
С а м к а у э. А вдруг она моя сестра?
У ч е н ы й. Глупости. Будь она твоей сестрой, вы бы с первого взгляда узнали друг друга!
С а м к а у э. Но мы расстались тринадцать лет назад… и с тех пор ни разу не виделись…
С а м е ц у э
С а м к а у э. Ты видел, родинка?
У ч е н ы й. Да нет, такая случайность почти исключена. Чтобы через тринадцать лет здесь встретились сестры…
С а м к а у э. Нет, не такая уж это случайность. Мы родились в соседней деревне, совсем недалеко отсюда.