Мо Цзе – Легенда о Юньси (страница 37)
– Хорошо, хорошо! Я смогу это вынести. Точно! Я терпела уже так долго! – в слезах ответила Чанпин.
Она изо всех сил старалась сосредоточиться на ощущении прохлады в ногах, но, пока убеждала себя, руки сами тянулись к лицу. Это было слишком больно!
– В ближайшие дни недуг может стать заразным, поэтому лучше не приближайтесь к ней, – напоследок посоветовала Хань Юньси.
Ее слова прозвучали словно проклятье. В императорском дворце семейная привязанность не может быть абсолютной: долг превыше всего. Поэтому императрица больше не придет навестить дочь до полного ее исцеления. Оставив с ней лишь нескольких служанок, вместе с Хань Юньси она поспешно вышла из комнаты.
Чанпин смотрела на удаляющуюся девичью фигуру, и благодарность в ее сердце снова сменилась ненавистью.
– Юньси, что это за яд? – с тревогой спросила императрица.
– Лишай. Должно быть, ваша дочь заразилась, когда приходила в темницу. Там очень грязно, не мудрено, что она подхватила заразу. Императрица, принцесса очень красивая, ей не следует без дела ходить в такие места.
Она прекрасно знала, ради чего дочь той ночью посещала темницу. Поняв, к чему клонила Хань Юньси, жена императора залилась краской. Невыносимо было слышать о таком постыдном поступке, однако, стиснув зубы, она молча вынесла этот позор. Гу Бэйюэ с улыбкой наблюдал за принцессой Цинь. Как и ожидалось, эта девушка находила выгоду в любой ситуации и возвращала себе все, что ей причиталось.
Спустя долгое время императрица снова заговорила:
– Сколько времени потребуется для исцеления?
– Нужно вывести яд и все пройдет. Я выпишу рецепт, ингредиенты необходимо подготовить как можно скорее, – серьезно ответила принцесса, заходя в комнату. Императрица, следуя за ней по пятам, распорядилась принести тушь и бумагу.
Обычно противоядие состоит из нескольких трав, однако Хань Юньси составила список на две страницы. Но разве императрица могла заметить подвох? А вот наблюдавший за происходящим Гу Бэйюэ еле сдерживал смех. Ну и девушка! Она точно пишет рецепт?
Конечно нет! Хань Юньси просто воспользовалась ситуацией, чтобы достать редкие травы! Некоторые из перечисленных ею ингредиентов спорили друг с другом и не могли сочетаться в одном лекарстве. Когда принцесса исписала второй лист, лекарь Гу решил, что на этом все, но она вдруг взяла третий и вывела: «Десятичешуйчатый панцирь цикады».
Перед тем как войти во взрослую жизнь, цикада сбрасывает панцирь. Он считается классическим ингредиентом в китайской медицине, однако обычно состоит лишь из девяти чешуек – десятая же делает его настоящей редкостью! Императрица, конечно, не могла этого знать. А вот придворный целитель, сведущий в запасах лекарств во дворце, растерянно посмотрел на список.
– Вот рецепт. Пожалуйста, поручите кому-нибудь принести эти ингредиенты как можно скорее, тогда я смогу приготовить противоядие, – серьезно сказала Хань Юньси.
Императрица взяла список и не глядя передала Гу Бэйюэ.
– Господин Гу, поручаю это дело вам. Найдите все что нужно и побыстрее.
«Интересно, она действительно считает, что это легко?»
Но разве можно обвинять человека в незнании? Не сказав ни слова, придворный лекарь кивнул и немедленно вышел.
Днем он нашел все лекарства из рецепта Хань Юньси, кроме редкого панциря цикады. Императрица недоверчиво взглянула на Гу Бэйюэ.
– Разве его нет во дворце? Вы хорошо искали?
– Да, госпожа. Уверен, в наших запасах нет этого ингредиента. – Он сделал паузу и, взглянув, на Хань Юньси, продолжил: – Это бесценное лекарство. Мне известны только два таких: одно находится у императрицы Северного государства Ли, а другое…
– Где же?
– У наложницы И. Не знаю только, было ли оно использовано.
– У наложницы И? – удивленно переспросила императрица.
Об этом Хань Юньси знала и раньше, иначе не включила бы его в список ингредиентов. Она видела панцирь в комнате наложницы И, хранимый словно сокровище. Говорят, он предназначался Мужун Ваньжу в качестве приданого, и, каждый раз видя его, она становилась несказанно счастливой. Теперь нужда поставила императрицу в затруднительное положение: непросто заполучить то, что находится в руках соперника. Немного поколебавшись, она сказала:
– Юньси, почему бы тебе самой не переговорить со свекровью?
– Госпожа, у моей свекрови доброе сердце. Она всегда готова помочь другим, но… – Напряжение в комнате нарастало. – Если бы я обратилась к ней с этим вопросом, пришлось бы рассказать о недуге принцессы. Но вы вчера ни словом не обмолвились об этом…
Сказанное посеяло в уме императрицы подозрение, что все это было сделано намеренно. После возвращения Хань Юньси во дворец Цинь наложница И обязательно бы допросила ее о произошедшем, и та оказалась бы перед дилеммой: раскрыть секрет Чанпин или нет. Первое оскорбило бы императрицу, второе – наложницу И. Но если бы принцесса исполнила просьбу и обратилась за помощью к наложнице, никто бы не смог обвинить ее в непочтительности. Осознав это, жена императора пришла в негодование. В прошлом она недооценивала Хань Юньси, а эта выскочка, как оказалось, обладала недюжинным умом и талантом. Принцесса терпеливо наблюдала за душевными метаниями императрицы. На самом деле в медицинской сумке уже лежало готовое противоядие, и сейчас она лишь пользовалась удачным случаем пополнить собственные запасы. Можно сказать, это плата за лечение. Кроме того, десятичешуйчатый панцирь цикады мог решить проблему свекрови и повысить ее репутацию в глазах всего придворного общества.
Глава 44
Месть сладка
Взгляд императрицы потемнел. У нее не оставалось другого выхода, кроме как усмирить гнев и попросить о помощи. Бесцветным голосом она наконец сказала:
– Юньси, попроси наложницу И. Просто скажи, что Чанпин заболела, но не раскрывай деталей. Нехорошо, если все вокруг узнают о ее недуге.
– Не переживайте, моя свекровь – тоже часть императорской семьи. Она не станет распространяться о болезни вашей дочери.
Как и полагалось хорошей невестке, Хань Юньси защитила свекровь от нападок. Императрица лишь кивнула.
– Конечно, просто… болезнь Чанпин заразна и к тому же обезобразила ее лицо. Ни к чему, чтобы другие знали об этом. Моя дочь еще не замужем. Ей нужно сохранить репутацию, согласна?
– Да. Тогда скажем, что у принцессы сердечная болезнь и панцирь цикады необходим для приготовления лекарства.
– Хм, пусть будет так. Так ты сможешь попросить наложницу И о помощи? – осторожно спросила императрица.
Ранее ей уже пришлось отодвинуть гордость и попросить наложницу о снисходительности. Совершенно не хотелось делать это снова. Если бы Хань Юньси согласилась, получилось бы избежать подобной участи. Однако, вопреки ожиданиям, принцесса покачала головой.
– Яд все еще может распространиться, поэтому я должна оставаться возле принцессы. Пожалуйста, поручите эту задачу кому-то другому.
Вновь услышав о серьезности болезни, императрица занервничала. Сейчас она могла рассчитывать только на Гу Бэйюэ. Лекарь беспрекословно согласился выполнить поручение госпожи и сразу же направился во дворец Цинь. Весь день от него не было вестей.
Все это время императрица провела в нервном ожидании в зале для приема гостей. Хань Юньси же наказала слугам не беспокоить ее по мелочам и, под предлогом приготовления лекарства, расположилась в подсобке, чтобы зарегистрировать в системе нейтрализации добытые растения и травы, которые не встречались в современном мире. А так как противоядие давным-давно было готово, она достала из медицинской сумки самые обычные ингредиенты и для вида смешивала их друг с другом.
Устроившись рядом с очагом, Хань Юньси размышляла о жизни во дворце Цинь. Свекровь обвиняла ее в потере репутации из-за того, чего она не совершала. Сейчас представился шанс исправить это недоразумение и порадовать наложницу И. Раз Чанпин больна и нуждается в таком драгоценном лекарстве, у нее не будет причин отказать принцессе в просьбе. Хань Юньси ни капли не сомневалась в этом. Она улыбнулась собственным мыслям. Должно быть, Мужун Ваньжу будет кусать локти, когда ее приданое достанется другой.
Ближе к закату двери дворца отворились и на пороге показался Гу Бэйюэ с наложницей И. Никто не мог предвидеть, что она пожелает приехать лично.
Императрица, не дожидаясь, пока гостья первая скажет что-нибудь, натянуто улыбнулась:
– Госпожа И, это всего лишь лекарство! Как жаль, что из-за него вам пришлось приехать в такую даль. Моя дочь не достойна подобной чести!
Лицо наложницы посуровело, и она строго произнесла:
– Императрица, как вы могли скрыть от меня такую важную новость! Думала, Чанпин приехала за Юньси, чтобы вместе провести время во дворце. Кто бы мог подумать, что она явилась сюда лечить принцессу! – Взглянув на невестку, она продолжила: – Если бы знала, что она во дворце ради этого, я бы никогда ее не отпустила! Разве эта девчонка разбирается хоть в чем-то? Как она может лечить Чанпин? А если сделает только хуже?
У Хань Юньси сердце ушло в пятки. Императрица встревоженно посмотрела сначала на нее, а затем на Гу Бэйюэ.
– Такого не может быть! К тому же придворный лекарь здесь и наблюдает за процессом лечения.
– Наблюдает? Пусть тогда сам и лечит, так безопасней. Она – обманщица! Дурит людей, а сама ничего в целительстве не понимает. Если бы все было не так, называли бы ее в народе неудачницей из семьи Хань? Совсем недавно ее поместили в темницу как раз из-за этого. Кого она может вылечить?