Мишель Херд – Жажда опасности (страница 3)

Глава 2

Закончив разговор с Сальвадором Кастро по поводу медицинских поставок, я встаю из-за рабочего стола. На ходу набрасываю пиджак на плечи и иду к двери. Выйдя из кабинета, ловлю урчание пустого желудка личной помощницы.

– Вы можете идти, – бормочу я и без лишних слов направляюсь к лифту.

Едва уловимое бормотание за спиной заставляет меня резко остановиться. Я смотрю на мисс Блейкли, осознавая, что последние две недели она методично испытывает мое терпение, и поднимаю бровь.

– Вы хотите что-то сказать, мисс Блейкли?

Она берет сумку и подходит ко мне с весьма недовольным видом.

– Если в следующий раз задержите меня до девяти, будьте добры хотя бы накормить меня.

Бросив на нее суровый взгляд, я жестко говорю:

– Неужели вас не научили пользоваться доставкой?

Ее брови сдвигаются к переносице.

– Я умею заказывать еду.

– Тогда то, что вы ничего не ели сегодня, – исключительно ваша заслуга.

Боже, я уволю ее. Почему же, черт возьми, так трудно найти компетентного помощника?

Она проходит мимо меня и говорит:

– Значит, за рабочим столом можно есть? Я этого не знала. Так гораздо удобнее. Хорошего вечера, мистер Витале.

Стиснув зубы, следую за ней к лифту. Клянусь, она просто пустоголовая кукла. Когда я впервые увидел ее, она была так ослепительно красива, что я чуть язык не проглотил. Светлые волосы, всегда уложенные мягкими локонами, зеленые глаза, выделяющиеся на фоне фарфоровой кожи. А как ей идут веснушки, рассыпанные по переносице.

Не говоря уже о ее идеальных формах – все на месте. А попка так и манит мою ладонь, особенно когда она накосячит или выбесит меня. Но за последние пару недель влечение развеялось, ведь она только и делала, что доводила меня до белого каления.

Мы заходим в лифт. Я улавливаю тонкий шлейф ванильных духов, ведь она стоит очень близко ко мне. Ее макушка едва достает до моего подбородка; без каблуков, наверное, она была бы мне по плечо.

Она переминается с ноги на ногу – похоже, туфли доставляют ей дискомфорт.

В лифте повисает густая, напряженная тишина, пока мы спускаемся на первый этаж. Как только двери открываются, она устремляется к выходу. Я бросаю ей вслед:

– Принесите удобную обувь на смену, чтобы надевать, когда сидите за столом. Может, тогда и настроение у вас улучшится. Перестанете быть такой капризной.

Цокот ее каблуков резко обрывается. Она поворачивается ко мне, едва сдерживая гнев.

– Я всегда относилась к вам с уважением, мистер Витале. Может, вам стоит последовать собственному совету и сменить обувь, раз уж это вы вечно не в духе.

Она поворачивается, и ее светлые волосы рассыпаются по плечам. Расправив плечи и высоко подняв голову, она направляется к выходу. Меня переполняет злоба. Как она посмела бросить вызов мне, своему начальнику! Кажется, дерзости в ней больше, чем ума.

Если бы она знала, кто я на самом деле – один из главарей коза ностра, может, тогда до нее бы дошло, насколько смело или глупо она себя ведет. Мои сотрудники живут в абсолютно другом мире, для них мафия – это «Крестный отец», не больше.

Покачав головой, я двигаюсь к выходу. Там меня ждут мои охранники Лоренцо и Майло. Когда я в Vitale Health, моей компании по поставкам медицинского оборудования, они дежурят в помещении для охраны.

Они со мной с восемнадцати лет и уже стали семьей.

– Вы не можете ее уволить, – напоминает Майло. – В этом году вы сменили четырех помощниц. Если и пятую выгоните, это дурно скажется на репутации.

Я качаю головой, бормоча:

– Если в последующие две недели она не соберется, я вышвырну ее ко всем чертям. Тогда ты займешь ее место.

– Ни за что, – фыркает Майло. – Лучше пулю словить, чем подписаться на такую пытку.

Я хмурюсь.

– Хочешь сказать, что работать со мной – сущий ад?

Мы выходим из прохладного здания в знойный вечерний воздух.

Господи, когда уже наступит зима.

Майло, ухмыляясь, распахивает заднюю дверь «Мерседеса».

– Только в офисе.

Я перевожу взгляд на Лоренцо, который до сих пор не проронил ни слова.

– Ты с ним согласен?

Он складывает руки в универсальном жесте «Я в этом не участвую»:

– Я – Швейцария.

Я опускаюсь на заднее сиденье бронированного гелика, вздыхая. Знаю, со мной непросто работать. Я пытался быть мягче со своими сотрудниками, но ничего не выходит. Стоит мне расслабиться и начать вести себя с ними дружелюбно, как они тут же косячат, и я срываюсь. Замкнутый круг.

Сев за руль, Лоренцо спрашивает:

– Куда?

– В Paradiso.

Остальные капо держат банальные стриптиз-клубы, казино или ночные бары, я же владею Paradiso – клубом для взрослых, где разрешено все, если члены клуба подписали согласие.

Там есть приватные комнаты, а за безумные деньги можно брать взрослые игрушки, какие только существуют на рынке.

Хотя я владею клубом, где стираются все границы, я сам никогда ни в чем не участвую. Через камеры видеонаблюдения, установленные для того, чтобы в клубе никто не умер, я видел, на какие странные вещи способны люди.

Майло заезжает на охраняемую парковку за клубом. Выйдя из машины, я прохожу в клуб через черный вход, который охраняется моими людьми. В вопросах безопасности я не терплю компромиссов и трачу на защиту своего бизнеса баснословные суммы.

Я сразу же направляюсь в свой офис, чтобы переодеться. Весь персонал носит черную униформу: брюки карго и черные водолазки. На лицах – балаклавы с изображением черепов, скрывающие их лица. На водолазках сотрудников слово Paradiso напечатано серебряным шрифтом, а на моей – золотым. Это единственное, что отличает меня от них.

Облачившись в форму, я натягиваю балаклаву и выхожу проверить персонал. Мало кто знает, что я владелец Paradiso, и мне пока не хочется ничего менять.

По пути в комнату для охраны я скольжу взглядом по серым стенам и черной плитке. Интерьер, выдержанный в темных тонах, придает клубу атмосферу запретного места.

Переступив порог комнаты для охраны, я обвожу взглядом свою команду, а затем смотрю на многочисленные мониторы.

– Все хорошо? – осведомляюсь я, наблюдая, как миссис Гилберт в сопровождении двух мужчин, явно вдвое младше нее, заходит в комнату. Пока ее муж пребывает в уверенности, что она играет в боулинг с подругами, она приходит сюда предаться совсем иным развлечениям.

В моем распоряжении достаточно компромата на всю нью-йоркскую элиту, чтобы похоронить их всех.

– Да, сэр, – отвечает Брайан, поднимаясь с кресла и направляясь ко мне с планшетом в руках. Он показывает мне экран и говорит: – У нас два новых члена. Проверку прошли, сегодня их первый визит. Членство мистера Дюгрея аннулировали, так как он устроил драку с мистером Бишопом из-за того, что тот отказался быть связанным во время секса.

Я снова смотрю на мониторы. Взгляд задерживается на экране, где двое членов просто обнимаются на кровати. Я замечаю подобное все чаще. Иногда людям просто нужно, чтобы их обняли.

Я киваю, пока Брайан обо всем мне докладывает, и, когда он заканчивает, выхожу из комнаты для охраны и отправляюсь на обход клуба.

Когда Paradiso только открылся, я лично проверял всех членов клуба, но со временем я делегировал эту обязанность Брайану.

Иду в главный зал, где члены клуба могут общаться друг с другом за напитками. Плюшевые диваны, круглые столы с высокими стульями, папоротники, смягчающие мрачный интерьер.

Убедившись, что все в порядке, я возвращаюсь в кабинет. Пора заняться делами.

Vitale Health и Paradiso – мои единственные законные бизнесы. Помимо них, у меня есть автотранспортная компания, которую я использую для перевозки оружия под видом кондиционеров для Ренцо, моего ближайшего друга и капо. С другими главарями «Коза Ностры» – Дарио, Анджело и Дамиано – меня связывают прочные отношения, но Ренцо для меня – как брат.

Хотя мои легальные компании приносят стабильный доход, основное состояние я делаю на печати фальшивых денег для Сальвадора Кастро и Лины Диас. Взамен они поставляют мне медицинское оборудование.

От рассвета до глубокой ночи я адски занят на работе. Я позволяю себе отдохнуть, только когда играю в покер с другими главарями «Коза Ностры» или когда они устраивают какие-нибудь мероприятия.

Видимо, бесконечная работа – главная причина, почему в тридцать пять я все еще не обзавелся семьей. Ну и тот факт, что я терпеть не могу большинство женщин из моего круга общения.