Мирон Брейтман – Северный маршрут (страница 3)
Что где-то летает Санта Клаус.
Что взрослые не врут.
И Колдуэлл подумал: я могу сказать правду. Могу объяснить, что это ошибка. Что Санты не существует. Что мы здесь следим за другими вещами – за страшными вещами, о которых детям лучше не знать.
Могу сказать правду и сломать чудо.
Или…
Или могу солгать.
Но будет ли это ложью?
– Санта, – сказал полковник Генри Колдуэлл медленно, словно каждое слово взвешивал на весах, – сейчас находится… – он посмотрел на карту мира на стене, – …над Северным полюсом.
В трубке тишина стала другой.
Лёгкой.
Полной надежды.
– Правда? – выдохнул ребёнок.
– Правда, – сказал Колдуэлл. – Готовится к вылету. Проверяет сани. Олени в порядке. Всё идёт по плану.
– Он скоро прилетит?
– Очень скоро. Но тебе нужно спать. Знаешь ведь правило?
– Какое?
– Санта прилетает только к тем, кто спит. Чем раньше уснёшь – тем быстрее он придёт.
– Я сейчас! – голос звенел от счастья. – Я сейчас побегу спать! Спасибо вам! Большое-большое спасибо, сэр!
– Спокойной ночи, – сказал Колдуэлл.
– Спокойной ночи!
Гудок.
Колдуэлл медленно опустил трубку на рычаг.
Он сидел неподвижно и смотрел на телефон. Чёрный телефон. Самый обычный.
Потом он поднял глаза.
Весь штаб смотрел на него.
Сержант Томас. Капрал Миллер. Лейтенант Харрис. Техник Джонсон. Все. Они смотрели и молчали, не зная, что сказать.
Кто-то в углу тихо хмыкнул.
Потом ещё кто-то.
А потом сержант Томас улыбнулся. Не широко. Не громко. Просто – улыбнулся.
И смех начал раскатываться по комнате. Негромкий. Тёплый. Не насмешливый, а добрый. Смех облегчения. Смех, когда понимаешь, что произошло что-то неожиданное, но хорошее.
Смех, которого здесь, в этом штабе, не было уже очень давно.
– Так, – сказал Колдуэлл, пытаясь вернуть голосу строгость, но сам не мог сдержать улыбки. – Возвращаемся к работе.
Смех стих.
Но что-то изменилось.
В воздухе словно стало теплее. Легче дышать.
Колдуэлл посмотрел на телефон. Потом на экраны. На светящиеся точки, которые двигались по невидимым траекториям.
И вдруг подумал:
Мысль была глупой. Нелепой.
Но она не уходила.
Снаружи шёл снег. Колдуэлл не видел его – здесь не было окон. Но он знал, что снег идёт. Тихо падает на землю. Укрывает мир белым одеялом.
И где-то там, в этом мире, ребёнок ложится спать, веря, что Санта Клаус летит к нему.
Веря, что чудо существует.
Колдуэлл откинулся на спинку стула.
Ночь дышала тихо.
И в этом дыхании была надежда.
Глава 2. Комната без окон
Штаб – это особое место.
Не такое, как дом. Не такое, как улица. Не такое, как любое другое место, где живут люди.
Штаб – это место, где нет окон.
Колдуэлл думал об этом иногда, в долгие ночные смены, когда время тянулось медленно, как мёд. Он думал: почему здесь нет окон? Официальное объяснение было простым – безопасность. Окна – это слабое место. Через них может проникнуть свет, звук, взрывная волна. Через них могут смотреть враги.
Но Колдуэлл знал другую причину.
Здесь не было окон, потому что люди, которые работают в штабе, не должны видеть мир. Они должны видеть только экраны. Только точки и линии. Только цифры и координаты.
Они должны забыть, что там, снаружи, есть небо. Что под этим небом есть города. Что в городах есть дома. Что в домах живут люди.
Потому что, если помнить об этом всё время, невозможно делать эту работу.
Невозможно сидеть и ждать сигнала, который может означать конец всего.
Колдуэлл встал из-за стола и прошёлся по комнате. Ноги затекли – он слишком долго сидел неподвижно. Он подошёл к большому экрану, который занимал половину стены. На экране светилась карта Северной Америки – от океана до океана, от Канады до Мексики. Зелёные точки обозначали свои самолёты. Белые – гражданские рейсы. Всё остальное было пустотой – тёмной, молчаливой.
– Что-нибудь интересное, капрал? – спросил он у Миллера, который сидел у радара.
– Нет, сэр, – Миллер не отрывал глаз от экрана. – Обычный вечер. Три коммерческих рейса на западном побережье. Один военный транспорт над Монтаной. Всё в пределах нормы.
– Хорошо.
Колдуэлл вернулся к своему столу. Сел. Посмотрел на часы.
Двадцать два тридцать восемь.
Ночь только началась.
Он взял папку с рапортами и начал читать. Техническое обслуживание радарной станции номер семь. Замена оборудования на посту номер четырнадцать. Запрос на дополнительный персонал от базы в Колорадо. Бумаги. Бесконечные бумаги. Армия состоит не только из людей и оружия – она состоит из бумаг, которые никогда не кончаются.
Он подписал один рапорт. Второй. Третий.