Миранда Блейн – Хрупкая тайна (страница 12)

Тобиас (с которого, собственно, все и началось) снова утыкается в книгу и не вслушивается в разговор.

– Держи своего друга на поводке, кэп, потому что в следующий раз я не буду сдерживаться. Даже присутствие девушки не помешает мне подправить ему лицо.

– Тебе мешает не присутствие Оливии, а маленькие яйца, – выплевывает Джо, слегка сжимая банку в руках, отчего капли пива начинают течь по его пальцам. – Так что прекрати делать из себя Хабиба, когда ты не больше, чем Кеннет Аллен.

Если паб в ближайшее время не загорится от их взаимодействия, я удивлюсь.

– Что ты сейчас сказал, Харрис?! – Дейв резко встает, отталкивая от себя Оливию, которая присасывается к его шее. Она громко ойкает, но не реагирует.

Джо, не терпя больше ни секунды, через стол хватает его за воротник рубашки.

Твою мать.

Мы с Тобиасом одновременно вскакиваем, стараясь оттащить парней, но они мертвой хваткой вцепляются друг в друга. Чертовы придурки, у которых вместо задницы шило, ищущее проблем. Хоть сам я и не самый спокойный человек, но всегда стараюсь вымещать злость на льду и на команде противников, а не на собственной.

– Эй, что происходит? – к столу подходит Себастьян Кофилд, нападающий, играющий со мной в одном звене. – Что вы, мать вашу, не поделили?

Я наконец делаю рывок и оттаскиваю Джо, в то время как Тобиас держит в захвате Дейва, пытающегося выбраться.

– Горшок они не поделили, – запыхавшись, проговариваю я, когда мой друг отталкивает меня.

– Тебе повезло, Флетчер.

– Пошел ты, Харрис! – кричит Дейв.

Себастьян вовремя подбегает к Тобиасу, чья хватка с каждой секундой слабеет, и останавливает Флетчера.

– Успокойся, мать твою, – я отпускаю друга и отталкиваю подальше, ближе к входной двери. – Себ, успокой Дейва, а я займусь Джо.

– Ни слова больше, – кивает он.

Себастьян Кофилд – тот самый парень, присутствие которого в команде приятно. На него всегда можно положиться и не бояться, что однажды он возьмет и нападет на вратаря из-за плохой тренировки.

Наша команда разваливается на глазах – и все из-за Дейва Флетчера. Половина игроков остаются на его стороне, а половина – на стороне Джо. Мы все еще одна из лучших команд на льду, но за его пределами наше взаимодействие превращается в зоопарк, где обезьяны между собой не способны поделить банан.

Все началось в прошлом году, когда Дейв начал приставать на вечеринке к Амалии, сестре Джо. Он знал, что ей на тот момент было всего шестнадцать, а самому ему – двадцать два. И Джонатана было не остановить от ярости. Впрочем, я не мог не согласиться с ним. Какого черта из всех девушек на планете Дейв выбрал его маленькую сестру, зная, кем она является?

– Я убью его, Коул, – Джо пытается сделать пару шагов по направлению к столу.

– Нет, ты останешься на месте, пока не успокоишься. Или я закину тебя на плечо, как девчонку, и увезу домой, – предупреждающе смотрю на него, преграждая ему путь.

– Он гребаный кретин.

Я устало закрываю глаза, делая большой вдох.

– Вы два придурка, которые не дают мне спокойно провести вечер.

– Мне срочно нужно выйти подышать, иначе я не успокоюсь, пока не увижу его окровавленное лицо, – уже тише произносит Джо и сразу выходит из паба.

Да, со времен нашей дружбы я стал верить в Бога, потому что каждый раз он помогает мне с Джо. Спасибо, Господь! Уверен, что к концу этого курса начну ходить в церковь и отмаливать грехи, потому что мой друг явно дан мне в наказание за проступки из прошлой жизни.

– Все нормально, Коул? – Себастьян подходит ко мне, протягивая сок. – Дейв с Оливией ушли в туалет: надеюсь, ей удастся успокоить его на ближайший год.

Я принимаю напиток и благодарно ему улыбаюсь.

– А я надеюсь, что ее минет лечебный.

Себ ухмыляется и снова надевает кепку, прикрывающую беспорядочно спадающие темные волосы.

– Я буду благодарен Оливии, если так и произойдет.

Тобиас тоже подходит к нам, отчего у нас с Себастьяном вырисовывается удивление на лице. Вратарь слегка улыбается; он редко находит язык с социумом (хоть мы для него и своего рода исключение), и все же это до сих пор кажется странным. Тобиас предпочитает затворничество, а игра в хоккей – лишь желание изобразить психически здорового человека.

– Что с Джо?

– Использует мамины практики в борьбе с агрессией, – перевожу взгляд на окно и замечаю друга, ходящего из стороны в сторону. – Пока не очень помогают.

– Джо можно понять. Я бы тоже остро отреагировал.

– И я, – соглашается Тобиас.

– Дейв все еще в нашей команде и играет с нами в одном звене, Себ. Поэтому каким бы придурком он ни был, ссоры не помогут нам выиграть кубок.

– Зато нам помогло бы выиграть кубок его отсутствие, – вратарь слегка тушуется, явно чувствуя себя некомфортно после комментариев Дейва.

– Сегодняшняя тренировка – не твоя вина. Все звено было рассредоточено, поэтому тренер к концу тренировки посадил голос от постоянных криков, – начинает Себ.

– То, что он сказал, – подтверждаю я.

Вратарь – самое уязвимое место для любой команды, и если защитники или форварды подпускают соперников ближе, позволяя делать броски, – это не вина Тобиаса.

– И не обращай внимания на Дейва. Мы все знаем, что он придурок. Так или иначе, но нам все равно придется продолжать играть с ним этот год, – протягивает Себастьян, облокачиваясь плечом о стену.

– Знаю, – Тобиас все еще крепко держит книгу в руках, – но все же лучше мне пойти домой. Надеюсь, остальные не посчитают, будто бы я нарушил традицию.

– Все нормально! Если что, мы скажем, что у тебя в книге случился переломный момент, и его необходимо пережить в одиночестве, – на прощание пожимаю ему руку. – И не забывай, что в час Флорес ждет нас всех на льду.

– Конечно, кэп.

Себастьян вместе со мной переводит взгляд туда, где собирается бо́льшая часть команды. Ребята танцуют, прижимая к себе незнакомых девушек, пьют и веселятся. Но завтра мы с Себастьяном посмеемся над ними, когда тренер после сегодняшней провальной тренировки устроит ад на льду.

– Как там поживает Мэдисон? – решаю спросить у него.

Мэдисон Паркер стала девушкой Себастьяна с конца прошлого года. Мы с ребятами делали ставки, как долго они будут избегать друг друга и изображать друзей детства. Все видели, как у форварда текут слюни от одного взгляда на эмоциональную студентку факультета журналистики.

– Все отлично, готовится к съемкам на телевидении.

Мэдисон – хороший человек; с ней приятно поговорить по вечерам. Не могу назвать ее подругой (хотя она себя таковой считает), но она является той девушкой, которая имеет мою безусловную поддержку. Как минимум я благодарен ей за форварда Себастьяна Кофилда. Только решив все их недомолвки, игрок под номером 87 наконец начал по-настоящему показывать, чего он стоит.

– А у тебя как с Хлоей?.. – осторожно начинает Себ. – Видел ее сегодня в университете: если честно, выглядела она паршиво.

– Мы больше не вместе, – пожимаю плечами, делая очередной глоток сока. – Не думаю, что это из-за меня.

Сложно назвать наше общение с Хлоей отношениями. Мы оба нуждались в сексе, но не хотели тратить время на поиски. Друзья с привилегиями? Да, думаю, этим мы и были. До середины лета.

– Мэдисон подумала, что она плохо переживает ваше расставание.

– Так это она попросила тебя разузнать? – ухмыляюсь, поглядывая на него.

– Да, – честно признается Себ. – Ты же знаешь ее. Она слишком переживает за друзей.

– Передай ей, что причина точно не во мне. Мы с Хлоей приняли это решение вместе и остались в хороших отношениях. Прошло полтора месяца, вряд ли ее это все еще волнует.

– Спасибо. А то без ответа я мог бы не возвращаться домой.

Причина прекращения опции привилегий для нас с Хлоей крылась в том, что мы оба перестали видеть в этом смысл. Я решил, что все лето посвящу тренировкам, а она, в свою очередь, поняла, что готова к отношениям, которые со мной у нее не получится построить. Как-то раз, проснувшись рано утром у меня дома, Хлоя подошла ко мне и спросила, получится ли у нас когда-то выйти за рамки друзей по сексу, на что я честно ответил: «нет». Мы поговорили без скандалов и криков и остались хорошими знакомыми, которые в будущем будут сухо поздравлять друг друга с праздниками.

– А ты не разговаривал с ней?

– Мы встретились недавно в университете на одной из лекций, поговорили от силы пару минут и разошлись. Я не заметил ничего странного в ее поведении.

Мы уважаем друг друга – и это важный аспект, по которому Хлоя и я все еще общаемся, поэтому Мэдисон зря беспокоится. Я не стремлюсь обижать девушек. Тем более тех, которые делали мне минет.

– Надеюсь, он ушел? – перед нами резко появляется разъяренное лицо Джо.

– Оливия вместе с ним в туалете. Думаю, им нужно еще как минимум двадцать минут, чтобы она залатала его душевные раны, оставленные тобой, – друг после моих слов немного успокаивается и вскоре возвращает непринужденную улыбку.

– Двадцать минут? Минимум сорок. Флетчер не выйдет так рано: ему нужно показать всем нам, что он бог секса, который заставляет девушку стонать на протяжении часа, – смеется Себ.