Мира Володина – Корпоратив со вкусом мести (страница 8)

И вышла.

Он остался один.

Стоял посреди кабинета, смотрел на дверь и чувствовал, как внутри что-то разрывается.

«Что я наделал? – подумал он. – Зачем я это сказал?»

Он хотел побежать за ней. Хотел догнать, объяснить, сказать, что она не права, что он любит, что…

Что? Что он мог ей сказать? Что будет ждать? Он и так три года заставлял её ждать. Что изменится?

Он сел в кресло, закрыл лицо руками.

Вспомнил, как смотрел на неё тогда, на корпоративе. Как она улыбалась, как светилась. Как потом, в такси, держал её за руку и думал: «Вот она – та самая».

А теперь?

Теперь она ушла. И он сам виноват.

– Идиот, – прошептал он. – Какой же ты идиот. Но бежать за ней не стал. Потому что боялся. Потому что всегда боялся..

Зазвонил телефон. На экране – „Вика“. Он сбросил. Потом набрал сообщение: „Задерживаюсь на работе“. Очередная ложь

По коридору она шла, высоко подняв голову. Смотрела прямо перед собой, чтобы не видеть лиц. Но видела краем глаза.

Леночка с ресепшена смотрела с открытым ртом. Тётя Зина стояла в дверях бухгалтерии и качала головой. Катя вышла из своего кабинета и сделала шаг навстречу.

– Рина…

– Потом, Кать. – Марина остановилась на секунду. – Я позвоню. Обещаю.

– Ты как?

– Я – никак. Но буду жива. Наверное.

Катя смотрела на неё, и в глазах её стояли слёзы.

– Ты только держись, – сказала она. – И знай: если что – я всегда рядом. И если тебе когда-нибудь понадобится помощь – я лично оторву этому козлу всё, что можно оторвать.

Марина улыбнулась сквозь слёзы.

– Спасибо, Кать. Ты лучшая.

– Иди уже, – Катя махнула рукой. – А я тут пригляжу, чтобы твой кактус не спёрли.

Марина рассмеялась. Сквозь слёзы, но рассмеялась.

Она прошла к своему столу. Достала из ящиков личные вещи – фотографию мамы, блокнот, несколько ручек, запасные колготки. Всё поместилось в маленький пакет.

Ничего не забыла.

Кроме трёх лет жизни.

В дверях она столкнулась с Максимом. Он стоял, прислонившись к стене, и смотрел на неё. Взгляд был странный – смесь злости, растерянности и сожаления.

– Рина, – тихо сказал он. – Не уходи. Давай поговорим.

– Нечего говорить.

– Я не хотел… я не так сказал…

– Именно так. – Марина посмотрела ему в глаза. – Именно так ты и думаешь. И всегда думал. Я была для тебя любимой игрушкой. Спасибо, что открыл глаза.

Она развернулась и пошла к лифту. За спиной слышался шёпот – офис обсуждал сцену. Кто-то сочувствовал, кто-то злорадствовал, кто-то просто смотрел, как разворачивается драма.

Лифт открылся. Марина вошла, нажала кнопку первого этажа.

Двери закрылись, отрезая её от прошлой жизни.

В лифте она наконец разрешила себе заплакать.

Дома она собрала вещи за час. Много ли надо человеку, который столько времени прожил в режиме ожидания? Джинсы, свитера, пара платьев, косметичка, ноутбук.

Кот сидел на подоконнике и наблюдал за сборами с выражением, которое трудно было перепутать: «Ну наконец-то до тебя дошло».

– Не смотри на меня так, – буркнула Марина, закидывая в сумку зарядку. – Я всё правильно делаю.

Кот фыркнул. «Конечно, правильно. Только долго думала».

– Я слышу тебя, – сказала Марина. – Даже если ты молчишь.

Кот усмехнулся. Котам не нужны слова, чтобы выражать своё мнение.

Красное платье, так и не надетое, она бросила на кровать. Подумала – и всё-таки взяла. Не для него. Для себя. Для новой жизни.

– Поедешь со мной? – спросила она, глядя на кота.

Кот посмотрел на неё с выражением «а ты сомневалась?».

– Тогда собирайся. У нас автобус через два часа.

Кот спрыгнул с подоконника и направился к переноске. Он был готов к переменам. В конце концов, коты – существа свободные. Они не привязываются к месту, они привязываются к человеку. А этот человек, несмотря на всю её дурость, была его человеком.

Марина закрыла дверь, кинула ключи в почтовый ящик и вышла на лестницу с сумкой в одной руке и переноской с котом в другой. Кот из переноски одобрительно мяукнул. Прощай, Москва, – сказала Марина. Она не знала, что в этот момент он уже сидел в машине напротив её дома.

Максим сидел в машине напротив её дома и смотрел на окна. Свет погас. Она ушла.

– Куда ты поедешь, Рина? – прошептал он. – Что будешь делать?

Он хотел позвонить. Но номер был заблокирован.

Он хотел поехать за ней. Но не знал куда.

Он хотел всё исправить. Но понимал, что поздно.

– Идиот, – сказал он себе в сотый раз. – Какой же ты идиот.

Он завёл мотор и поехал домой. К жене. К жизни, которую выбрал сам.

И впервые за долгое время ему было по-настоящему страшно.

Автобус мерно гудел, унося её прочь от Москвы. За окном проплывали берёзки, деревни, придорожные кафе с яркими вывесками. Марина сидела у окна и смотрела, не видя.

Кот в переноске на соседнем сиденье периодически подавал голос, напоминая о себе вздыхая. «Люди такие громкие. Но ничего, поплачет и перестанет.»

– Я знаю, кот, – отвечала Марина. – Я тоже в шоке.

Кот фыркал в ответ. «Я не в шоке. Я всегда знал, что этим кончится. Просто надеялся, что ты поймёшь это пораньше».

– Ты мог бы и сказать, – буркнула Марина.

Кот посмотрел на неё с выражением «Я говорил. Ты не слушала».

– Ладно, проехали.

В голове крутились слова Максима. «Радуйся, что такой мужик на тебя внимание обратил». «Ты вообще никто». «Одолжение делал».

Три года она считала, что они любят друг друга. Три года она думала, что он – тот самый, ради которого можно подождать, потерпеть, простить.