Мира Володина – Корпоратив со вкусом мести (страница 3)

– Американо чёрный без сахара.

И ты думаешь, что это – доказательство любви? – Катя вздохнула. – Рина, милая, я тебя люблю, но ты дура. Ты просто дура, которая верит в сказки. Посмотри на меня. Я два года ждала своего бывшего. Тоже верила, что он бросит жену. Знаешь, чем кончилось?

– Чем?

– Психологом и кучей потраченных денег. А он до сих пор с женой. И у них второй ребёнок.

– У нас все по-другому.

– Конечно, – кивнула Катя и ушла.

В 9:15 Максим написал в мессенджере: «Заходи».

Всего одно слово. Но от него у Марины внутри всё перевернулось. Она поправила платье, причесалась перед маленьким зеркальцем, которое держала в столе, и пошла.

Кабинет Максима находился в конце коридора. Дорога к нему занимала тридцать секунд, но за эти тридцать секунд Марина успевала прожить маленькую жизнь: вот она заходит, он улыбается, он встает, он подходит, он обнимает…

– Закрой дверь, – сказал Максим, даже не поднимая головы от бумаг.

Марина закрыла. Подошла к столу.

– Садись.

Она села на краешек стула. Всегда на краешек. Чтобы, если что, быстро встать и уйти. Но сегодня она не хотела уходить.

Максим поднял голову. Посмотрел на неё. Улыбнулся той самой улыбкой, из-за которой она соглашалась на всё.

– Красивое платье, – сказал он. – Новое?

– Старое, – соврала Марина.

– Врешь, – он усмехнулся. – Я все твои платья помню. Это новое. Тебе идет.

У Марины внутри всё растаяло. Он помнит её платья. Он помнит!

– Как прошёл вечер? – спросила она.

Максим поморщился. – Вика опять устроила сцену. Говорит, я мало времени уделяю семье. Какая семья, если у нас даже детей нет? Но ей лишь бы пилить.

– А почему у вас нет детей?

– Она не хочет. Говорит, фигуру испортит. – Он вздохнул. – На самом деле просто не готова меня с кем-то делить.

Марина промолчала. Каждый раз, когда он говорил о жене так, ей становилось легче. Значит, у них с Максимом есть будущее.

– Слушай, – он перегнулся через стол и понизил голос. – В пятницу увидимся? Я соскучился.

– А Вика?

– В четверг улетает в командировку. На все выходные.

– Значит, все выходные наши? – улыбнулась Марина.

– Договорились, – он подмигнул. – Иди работай, а то заметят.

Марина встала, направилась к двери. На пороге обернулась. Максим снова уткнулся в бумаги. Деловой, занятой. Как будто только что не было этого разговора.

В коридоре столкнулась с Лерочкой.

– Ой, а ты чего от Максима Юрьевича?

– Отчёты носила, – быстро ответила Марина.

– А-а-а, – протянула Лерочка. Взгляд у неё был странный. То ли знающий, то ли любопытный.

После обеда Марина пошла в бухгалтерию. Бухгалтерия в «СтройИнвестГрупп» – отдельный мир, населённый женщинами от сорока, которые знали про всех всё.

Тётя Зина, главбух, пила чай. При виде Марины сняла очки.

– Мариночка, зайди, прикрой дверь.

Марина зашла. Села напротив.

– Я тебе что хочу сказать, – тётя Зина отставила чашку. – Ты девочка хорошая. Работящая. Поэтому скажу как женщина женщине: он тебя водит за нос.

– Тётя Зина оглянулась на дверь. – Я тебе ничего не показывала, поняла? Просто имей в виду: я такие вещи за двадцать лет работы нюхом чую. У него всё на неё записано. Квартира, дача, страховка. Если бы он уходить собирался – тянул бы до последнего. А он оформляет. Значит, никуда не денется.

– С чего вы взяли? – внутри похолодело.

– Документы видела. – Тётя Зина достала папку. – Только никому не говори.

Она раскрыла папку. Договоры, выписки.

– Договор дарения. Квартира в центре. На Викторию Павловну. Дарственная на дачу. Тоже на неё. Страховка на двадцать миллионов. Выгодоприобретатель – она.

Марина смотрела на бумаги.

– И что? Он же с ней в браке, это нормально.

– Нормально? – тётя Зина усмехнулась. – Девочка, ты совсем глупая? Если бы он собирался уходить, он бы не оформлял на неё всё подряд. Он бы, наоборот, тянул. А он оформляет. Потому что никуда он не уйдет. Он при ней навсегда. Поняла?

– Поняла, – механически ответила Марина.

– Ничего ты не поняла, – вздохнула тётя Зина. – Ладно. Иди. Но запомни: я тебе говорила.

Марина вышла из бухгалтерии с папкой документов, которые нужно было отнести в архив. Ноги были ватными. В голове шумело.

Договор дарения. Квартира. Дача. Страховка.

Она попыталась вспомнить, что говорил Максим. «Я её не люблю, Рина. Я с тобой хочу быть. Просто надо подождать, пока бизнес стабилизируется. Ты же понимаешь, её отец… если я сейчас уйду, он меня уволит. А мне нужно на что-то жить, нам нужно на что-то жить…»

Три года она ждала, пока бизнес стабилизируется. Три года.

А он тем временем оформлял на жену квартиру, дачу.

«А может, они правы? – подумала она. – Может, я действительно дура?»

Она вспомнила вчерашний вечер. Как Максим целовал её плечи. Как говорил, что она самая красивая. Как обещал, что скоро всё изменится.

«Скоро». Это слово стало якорем, за который она держалась три года. Скоро. Скоро. Скоро.

А сколько можно ждать этого «скоро»?

Она достала телефон и набрала сообщение Кате: «Прости меня. Я дура. Давай поговорим?»

Катя ответила через минуту: «В семь. У «Кофеина». Придешь?»

Вечером того же дня Марина задержалась на работе. Надо было доделать отчеты, которые Максим попросил срочно. Она сидела в своем маленьком закутке, стучала по клавишам и старалась не думать о том, что увидела в папке у тёти Зины.

Вдруг в коридоре послышались голоса. Марина подняла голову. Голоса приближались.

– …я тебе говорю, это абсурд! – Это был голос Максима. Раздраженный, злой. – Твой отец не имеет права так поступать!

– Имеет, – ответил женский голос. Холодный, спокойный. Виктория. – Это его компания. Он может назначать кого хочет.

– Но я же его зять! Я столько для компании сделал!

– Сделал, – согласилась Виктория. – И за это тебе платят зарплату. И дали квартиру. И машину. Чего ты еще хочешь?