Мира Володина – Корпоратив со вкусом мести (страница 2)

Максим посмотрел на неё. Взгляд был странный – смесь усталости и раздражения.

– Рина, ну сколько раз говорить? Не могу я сейчас. Вот решу вопросы с её отцом, тогда…

– Тогда что?

– Тогда всё изменится. Обещаю.

Она кивнула. Она всегда кивала.

Кот сидел на подоконнике закатив глаза: – «опять эта сказка про белого бычка».

Воскресенье было похоже на субботу. Только Максим был чуть рассеяннее, чаще смотрел в телефон, отвечал на сообщения односложно.

– Вика? – спросила Марина.

– Ага. Пишет, что скучает. – Он усмехнулся. – Скучает она. По кому?

Марина промолчала.

Вечером, перед отъездом, он обнял её крепко-крепко.

– Спасибо тебе, зайка, – прошептал он. – Ты у меня самая лучшая. Если бы не ты, я бы сошёл с ума с этой семейкой.

– Переезжай ко мне, – сказала она.

– Обязательно. Вот решу вопросы…

Он ушёл. Марина стояла у окна и смотрела, как он садится в такси (машину он так и не пригнал, оставил где-то на соседней улице), как машина исчезает за поворотом.

Марина пошла в спальню, легла на его подушку и вдохнула запах. Сандал, цитрус, счастье.

Оторвавшись от подушки, Марина налила себе кофе и устроилась на кухне с телефоном. Листая ленту, она наткнулась на своё старое фото – год назад, море, Сочи. Единственный отпуск за последние три года, который она провела не в ожидании Максима.

Она тогда поехала с Катей. Катя весь отпуск пыталась открыть ей глаза: – Рина, ну посмотри на себя, – говорила Катя, лёжа на шезлонге. – Ты красивая, умная, а сидишь и ждёшь, когда этот придурок соизволит выбрать тебя. Он не выберет. У него бизнес, тесть, статус. А ты – просто любовница.

Марина обиделась тогда. Целый день не разговаривала с Катей, ходила по набережной и думала: «Она ничего не понимает. У нас любовь. А его жена… она же его использует. Папины деньги, связи, статус. А я люблю просто так».

Марина верила в эту теорию свято. Как верят в приметы, в гороскопы и в то, что если очень сильно захотеть, то Вселенная обязательно подстроится.

«На чужом горе счастья не построишь», – любила повторять бабушка. Марина кивала, но потом появился Максим, и теория трансформировалась.

Во-первых, это не чужое горе. Виктория сама виновата. Во-вторых, настоящая любовь всё преодолеет. В кино же преодолевает.

В кино, правда, обычно показывают развод и свадьбу. А в жизни – три года обещаний и запах на подушке.

Но Марина старалась не думать об этом. По утрам она думала о хорошем. Например, о том, что в пятницу у неё день рождения и они снова увидятся.

Она закрыла глаза и представила:

Вот он звонит в дверь. Пятница, вечер. У неё день рождения. Она открывает – а на пороге стоит Максим. С чемоданом. С маленьким, но очень выразительным чемоданом.

– Рина, – говорит он. – Я ушёл от неё. Навсегда.

Она замирает. Не верит.– Что?

– Я всё решил, – он улыбается той самой улыбкой, от которой у неё подкашиваются колени. – Надоело врать. Надоело прятаться. Я хочу быть с тобой. Каждый день. Каждую ночь. Навсегда.

Она бросается ему на шею. Он кружит её по прихожей. Кот возмущённо спрыгивает с подоконника – его чуть не задели чемоданом.

– А как же работа? – шепчет Марина. – А её отец?

– Плевать, – говорит Максим. – Найдём новую работу. Переедем в другой город. Купим квартиру. Заведём кота.

Марина смеётся сквозь слёзы. Она счастлива. Наконец-то. После трёх лет ожидания. После стольких ночей в одиночестве. После всех этих «скоро», «потерпи», «вот разведусь».

Они стоят в прихожей, обнявшись, и она чувствует, как всё становится правильно. Мир наконец-то встаёт с ног на голову, но в хорошем смысле. В самом хорошем.

Я люблю тебя, – говорит он.

– Я тоже, – отвечает она. – Я так долго ждала…

Дзы-ы-ы-ынь!

Марина подскочила на стуле, расплескав кофе. Телефон орал как сумасшедший. На экране высветилось: «Такси приехало. Жду 3 минуты».

– Чёрт! – Марина глянула на часы. 8:45. Она опаздывала. Опять.– Чёрт, чёрт, чёрт!

Она заметалась по квартире: схватила сумку, влепилась плечом в дверной косяк и вылетела на лестничную клетку.

В такси она пыталась отдышаться и привести мысли в порядок. Мечты развеялись, осталась только лёгкая грусть и запах кофе на блузке.

«Ничего, – подумала она. – В пятницу день рождения. Может, он сделает сюрприз. Может, именно в пятницу всё изменится».

Кот остался на подоконнике. Он смотрел вслед убегающей хозяйке и думал о том, что люди – удивительные существа. Они готовы верить во что угодно, лишь бы не видеть правду. Но он не вмешивался. Котам не положено. Он только покосился на красное платье, висевшее в шкафу – то самое, которое ещё сыграет свою роль, – и удовлетворённо прищурился. Люди такие предсказуемые.

В офис Марина вошла ровно в 8:59.

– Мариночка, привет! – пропела Лерочка с ресепшена. – Ой, а ты какая сегодня! Прямо светишься!

– Спасибо, Лер, – улыбнулась Марина.

– Платье новое? – Лерочка прищурилась. – Сиреневое тебе очень идёт.

– Старое, – соврала Марина. Платье было новым. Она купила его специально к сегодняшнему дню, чтобы Максим увидел, какая она красивая, и подумал: «Зачем мне Вика?»

Лерочка понимающе кивнула. Ей было двадцать три, она носила розовые кофточки и верила, что если хлопать ресницами, мужчины будут падать к ногам. Иногда это работало. Лерочка была единственной в офисе, кто не знал про Марину и Максима. Или делала вид.

Остальные знали. Марина поняла это по взглядам, по шёпоту за спиной, по тому, как замолкали разговоры, когда она подходила к кулеру. Офис – серпентарий.

– Привет, – раздалось сзади.

Марина обернулась. Катя стояла с двумя стаканами кофе и смотрела на неё как врач на пациента, который отказывается верить в диагноз.

– Как выходные? – Катя протянула кофе. – Твой американо.

– Спасибо. Нормально. Фильмы смотрела.

– Одна?

– Одна.

Катя хмыкнула.

– Рина, я же вижу. Ты светишься. Как женщина, которая хорошо провела выходные с мужчиной. У которого жена и дети.

– У него нет детей.

– Это всё, что ты можешь сказать? – Катя покачала головой. – Ты правда думаешь, что он её бросит? Через три года?

Марина сделала глоток кофе.

– Он обещал. Просто надо подождать. Там бизнес, её отец – владелец компании. Он не может просто взять и уйти.

– Или он просто кормит тебя завтраками, – спокойно сказала Катя. – Это удобно. Ты есть, ты ждёшь, ты не требуешь ничего, кроме нескольких дней в месяц и обещаний.

– Ты не понимаешь. У нас любовь. А она… она его не любит. Использует. Она даже не знает, какой кофе он пьёт!

– А какой?