Mira Le – Девочки, это не измена? (страница 6)
Написала:
«Да, это было слишком.»
Посмотрела.
Слишком резко.
Стерла.
Написала:
«Немного.»
Слишком кокетливо.
Стерла.
Написала:
«Смотря для чего.»
И сама на себя посмотрела.
Нина, сказала я себе. Ты сейчас кто?
Женщина, которая оплачивает интернет и покупает творог? Или героиня дешёвого сериала, которая переписывается с чужим мужчиной, пока родной муж моется в ванной?
Я удалила и это.
Вода в ванной шумела. Павел что-то напевал себе под нос. Он всегда напевал в душе одну и ту же мелодию, которую я за двенадцать лет так и не смогла опознать. Возможно, он тоже не мог.
Я набрала:
«Не слишком. Просто неожиданно.»
Отправила.
Сердце стукнуло так громко, что я почти услышала его в чашке.
Ответ пришёл быстро.
«Я обычно осторожнее. Но сегодня почему-то не получилось.»
Я смотрела на эти слова и чувствовала, как по лицу расползается улыбка. Глупая, подростковая, совершенно неприличная для женщины, которая недавно спорила с управляющей компанией по поводу перерасчёта отопления.
Я не ответила сразу.
Надо было выдержать паузу.
Так делают взрослые уверенные женщины. Они не бросаются к телефону, не отвечают через четыре секунды, не сидят с лицом «меня выбрали».
Я положила телефон на стол.
Прошло пятнадцать секунд.
Взяла обратно.
Нет, пауза — это для женщин с устойчивой самооценкой. Я к ним в тот вечер не относилась.
«Будем считать, что это рабочее отклонение от протокола.»
Он ответил:
«Согласен. Зафиксируем в протоколе: тёмно-синее платье усложнило переговоры.»
Я тихо рассмеялась.
В ванной выключилась вода.
Я чуть не выронила телефон.
Срочно закрыла переписку, открыла приложение банка и сделала лицо женщины, которая проверяет коммунальные платежи. Почему-то мне показалось, что банковское приложение — алиби приличнее, чем пустой экран.
Павел вышел в полотенце, мокрый, распаренный, с волосами, торчащими в разные стороны.
— Ты чего смеёшься? — спросил он.
— Да так. Марина мем прислала.
— А.
Он не попросил показать мем.
И вот это было странно. Не потому, что мне хотелось показывать ему вымышленный мем. Просто одна часть меня хотела, чтобы он спросил. Чтобы заметил. Чтобы насторожился. Чтобы сказал: «Нина, что происходит?»
А другая часть молилась, чтобы он ничего не спросил.
В браке вообще много таких противоположных желаний. Хочется, чтобы тебя читали как открытую книгу, но только не те страницы, где ты сама себе неприятна.
Павел пошёл в спальню. Я осталась на кухне, глядя на телефон.
Артём больше не писал.
Это было правильно.
Это было ужасно.
Я помыла чашку, протёрла стол, убрала курицу в контейнер, проверила, закрыто ли окно. Сделала всё, что делает женщина, когда пытается доказать себе, что у неё нормальная жизнь.
Потом всё равно открыла переписку.
Последнее сообщение было моё.
«Будем считать, что это рабочее отклонение от протокола.»
Я перечитала его и вдруг ощутила стыд. Не острый, не сильный, а такой маленький, как камушек в туфле. Вроде идти можно, но каждый шаг напоминает.
Я ведь ничего не сделала.
Просто ответила на сообщение.
Просто пошутила.
Просто улыбнулась.
Вот именно с этого «просто» всё обычно и начинается.
В спальне Павел уже лежал под одеялом и листал телефон.
— Ты идёшь? — спросил он.
— Сейчас.
Я поставила телефон на зарядку на своей тумбочке. Экраном вниз.
Легла рядом.
Павел повернулся ко мне, поцеловал в плечо.