Мира Армант – Красный волк. Ветер с востока (страница 13)
А Анаис была прекрасна! Прекрасна и ужасна своей судьбой.
Глава XII. Лечение по-деревенски
Авак дослушал историю Оливера и молча принялся убирать со стола.
– Что? – удивленно спросил Оливер. – Не понравилась история? Ничего не говоришь! Плохая история?
– История интересная, – кивнул Авак, – но ты прав, сложно в нее поверить. Столько хубу за один рассказ!
– А нам вот, на нашем острове трудно поверить в то, что люди на себе землю пашут и не могут запрячь двух волов. Им, видите ли, жалко животинку! Да я, если кому на Пэй расскажу – засмеют. И знаешь, что еще скажут? Как вас назовут? Идиотами! Вот так, брат! А веру вашу я очень уважаю. Даже подумывал принять ее. Но отказался, потому что не смог бы работать и сдох бы в канаве.
– Не сдох бы. Аман тебе помог бы. Он всем помогает, за всеми смотрит, потому что мы и есть он. И я, и ты! Просто, ты болен. Ты слеп и не видишь истины.
Крестьянин скрылся за дверью и Льенар, до того безучастно слушавший долгий рассказ Оливера, ибо ничего не понимал, наклонился к нему и шепотом спросил:
– Все нормально?
– Ты о чем?
– Ты так долго что-то говорил, теперь он ушел… Все хорошо?
– Да – Оливер криво улыбнулся. – Все хорошо! Я сделал заказ на ужин.
– Такой длинный?
– Да, я, знаешь ли, привередлив в еде. Не ем, что попало! Люблю, чтобы рис проварился как надо, чтобы специи – только лучшие. Ну и так далее! Потом он еще немного препирался насчет…
Но тут вернулся Авак со сложенной чистой белой материей и тазом, и Оливер замолчал, глядя с непониманием на крестьянина. Авак застелил стол и поставил на него таз. Снова ушел и вернулся с кувшином и лоскутами тонкой ткани, на которых лежали засушенные травы.
– Давай руку, – приказал он Оливеру, – городские не умеют лечить ожоги. – Он полил на повязку воду и стал очень осторожно её разматывать, периодически вновь смачивая тряпицу, – Шуарвали туманит разум их лекарям. Они жиром ожоги лечат. Это неправильно. В жиру заводится зараза. Тут нужны травы, которые заразу убивают. Вот посмотри, – он кивнул на пучок, лежащий рядом, – шишвара. Лучшая трава. Возьми в рот немного и жуй. Сделай кашицу.
– Жевать? – недоверчиво переспросил Оливер.
– Да. Она горькая, а ты потерпи, если не хочешь руку потерять. Могу я пожевать, но лучше ты сам. Своя слюна лучше.
– А ты лекарь, что ли? – спросил Оливер.
– Ты когда-нибудь из Алхабры выходил? Или только сейчас, когда изгнали? Любой крестьянин – лекарь. С каждой мозолькой бегать к лекарям – кушать нечего будет. Меня отец учил, отца моего – его отец, мой дед. Жуй, давай!
Наконец, он снял повязку и удовлетворенно кивнул. Льенар разглядел клеймо на руке Оливера. Бордовый ожог с черными обугленными краями, по форме похожий на три кольца переплетенных между собой.
– Значит, вор, – сказал Авак, – ну… все лучше, чем богохульник. Рана чистая, пусть так и останется. Аман, помоги!
Он промыл ожог водой, протирая и промакивая чистыми тряпицами.
– Плюй на рану! – скомандовал Авак.
Повязав длинную узкую полоску, он с удовлетворением осмотрел свою работу. Повязка получилась аккуратной и даже красивой. Ровные слои ткани образовали перекрещивающийся узор.
– Старые тряпки собери. Ночью сожжем на дворе под Аманом, а я прочту молитву. Все будет хорошо. Вот эту нитку, – он извлек из кармана красную тонкую нить, – повяжи сверху. Она защитит. Чтобы Шуарвали не добрался до твоей раны, и не оставил там заразу.
– Ты смотри-ка, – Оливер, усмехнувшись, покосился на Льенара, – он и лекарь, и священник! Спасибо, Авак! Давай я помогу тебе убрать все это!
– Только тряпки собери. Остальное я сам.
Глава XIII. Наёмный помощник
Через полчаса Авак накрыл на стол обед. Рисовая каша в керамических плошках, овощи и корнеплоды на деревянном подносе и, конечно, чай. По кхальской традиции ели руками, иногда обмывая их в мисках с водой. Для Чикуцы хозяин выделил большую деревянную плошку и от души положил ей каши.
– Долго вы собираетесь у меня прожить? – спросил Авак.
– У моего друга Ли есть одно дело в Алхабре, – облизывая пальцы, ответил Оливер, – это займет недели три, может больше.
– Почему же он не живет в городе? Зачем с вором в деревню пришел?
– Я же сказал тебе! Он мой друг. Друзья в беде не бросают.
– Будешь мне говорить про воровскую дружбу? – рассмеялся хозяин.
– Вот что… Ты просил золотой за молчание? Тогда зачем сам говоришь о том, чего не знаешь?
Авак обиженно махнул рукой и отвернулся.
– Не обижайся, – продолжил Оливер, – если хочешь помочь, так и скажи. Нам нужен человек, который сможет пройти в город и говорит на кхали. Как понимаешь, это не я!
К удивлению Оливера, Авак заливисто засмеялся, хлопая по коленкам своими скрюченными от тяжелого труда пальцами:
– Э-э-это… – захлебывался он смехом, – это уж точно!
Успокоившись, он продолжил:
– Но никаких грязных дел я делать не буду!
– Само собой! Только говорить. Разговаривать с людьми. Передавать записки. Искать кого-нибудь… Только простые, чистые дела.
– Это можно. Но…
– Это даже не сомневайся. Все будет оплачено. У тебя найдется крестьянская одежда для Ли? Он станет ходить с тобой. Будто немой.
– Конечно, найдётся. Скажу, что это мой больной шурин.
– Да хоть дочь! Главное – не привлекать внимания!
– Если он не будет брать с собой собаку, сойдет за кхала. Похож. Волос черный, борода. Но не крестьянин. Гладкий весь! Вон руки какие! Разве, что за писаря… Он что, из знатных каких?
– Вор он! Вот и руки гладкие, – ответил Оливер, а сам задумчиво посмотрел на Льенара, на его красивую, прямую спину, гладкие волосы, изящные пальцы.
Глава XIV. Разговор перед сном
Авак отвел им лучшую комнату в доме, устроил свежие постели и, после вечерней молитвы с сожжением старых повязок Оливера, оставил их одних.
– Что там у тебя в торбе? – спросил Льенара Оливер.
– А ты еще не заглядывал? – с улыбкой ответил Льенар.
– Я – вор, а не твоя жена. Ты женат, кстати?
– Нет. Но был, – ответил Льенар и достал из торбы книгу и принадлежности для письма.
– Ох ты! Ты что же, и вправду писарь?
– Я купил это на базаре. Не смог пройти мимо. В Фортрессе это стоит целое состояние. А тут… на базаре всё это за один золотой! Представляешь?!
– За фортресский золотой?! – возмущенно воскликнул Оливер.
– Да! Один золотой за все!
– Это стоит один кхальский золотой, – в порыве безудержного веселья Оливер завалился на постель, – тебя обсчитали раз в пять. А то и в шесть.
Льенар любовно погладил обложку книги, потрогал пальцами безупречно ровный срез страниц.
– Все равно, – сказал он, – недорого.
– Да. За знания, это – не дорого. Надо отдать им должное, во многом они нас переплюнули. Особенно по части наук разных. Что ты будешь делать со всем этим богатством?
– Пока не знаю, – перелистывая белоснежные страницы проговорил Льенар, – буду что-нибудь записывать. Кхальский язык, может быть. Или свои мысли. Или сны. Я еще не решил.
– Всё понятно! – улыбнулся Оливер. Он закрыл глаза и уже серьезно спросил у Льенара. – Слушай, хотел у тебя спросить, зачем тебе этот колдун? Ты его знаешь?