Милослав Стингл – Последний рай. Черные острова (страница 80)

Решения этой Ассамблеи заложили основы нынешнего независимого государства Самоа и определили его политическую систему. В 1960 году был опубликован окончательный проект Конституции. Это произошло 28 октября, а 9 мая 1961 года в Западном Самоа при участии наблюдателей ООН проводился общенациональный референдум. Островитяне должны были ответить на два вопроса: 1) согласны ли вы с Конституцией 28 октября? и 2) хотите ли вы, чтобы 1 января 1962 года Западное Самоа было провозглашено независимым государством?

Так как большинство островитян ответили на оба вопроса утвердительно, то ровно в полночь в последний день года по всему Западному Самоа зазвонили колокола бесчисленных церквей, а на следующий день на мачте перед зданием парламента в Мулинуу взвился флаг первого независимого полинезийского государства — Западного Самоа.

Я иду по зданию парламента. В центре его установлен огромный ритуальный сосуд для проведения церемонии кофепития. Вокруг стоят кресла депутатов с особым местом для председателя. Меня, естественно, интересует, кто и как вершит сейчас судьбами Самоа, какова политическая система этого государства.

Парламент состоит из сорока пяти депутатов. Но кто их выбирает? Этот вопрос был одним из самых сложных в тот период, когда подготавливалась Конституция Самоа. В конце концов было решено согласно национальным традициям предоставить избирательное право только матаи. Они стоят во главе аинг — больших семей, объединяющих группу братьев, их жен и их женатых сыновей. В редких случаях в такой семье живет и замужняя дочь со своими детьми.

А так как представители одной аинги часто живут в общей большой хижине, но матаи считаются «главой дома». Аинга и ее глава матаи — основная социальная ячейка на островах. Лишь матаи имеет право распоряжаться имуществом своей многочисленной семьи и вести ее хозяйство. Он регулирует все взаимоотношения между родственниками, руководит ежевечерними «общими собраниями» семьи, заботится о порядке, организует уход за стариками и больными. Поэтому я никогда не видел на островах Самоа полицейских. Как мне рассказывали островитяне, здесь нет необходимости и в социальном обеспечении, так как о каждом старике заботится его аинга.

Рядовые члены семьи — таулеле, или татуа (дословно: «люди без титула»), должны оказывать своему матаи должное уважение. Последний имеет право и на особое материальное вознаграждение. Когда дочь матаи выходит, например, замуж, то один из членов аинги должен подарить ей свадебное платье, другой — поставить продукты для свадебного пира и т. д.

Матаи, традиционные главы семейств, входящие в своеобразную местную «элиту», получили таким образом право голоса в новом государстве. По моим наблюдениям, на Тутуиле и Уполу в аингу входят, как правило, около двадцати человек. И так как примерно половина из них подростки и молодежь до двадцати одного года, то избирательным правом на Самоа пользуется примерно каждый десятый. В наши дни на Западном Самоа насчитывается около шести тысяч матаи, которые избирают сорок пять депутатов парламента. Еще два депутата представляют тех, кто не состоит ни в одной аинге.

Столь же сложной, как и вопрос о выборе депутатов, оказалась проблема, кого избрать главой государства. В конце концов островитяне сошлись во мнении, что первыми этот пожизненный пост займут представители королевских династий. От семьи Малиэтоа главой Самоа стал Малиэтоа Тунумафили II, от Тупуа — Тупуа Тамасесе Меаоле.

Итак, Западным Самоа правят два «короля». Как же называть такое государство? Естественно монархией. Ведь во главе его находятся два члена «королевских семей». Высказывалось предложение считать Самоа конституционной монархией, но оно было отвергнуто. Не годилась и такая форма правления, как «республика», отказались и от «княжества». Депутаты решили именовать свою страну просто государством. И поскольку островитяне всегда стремились к независимости, бывшие острова Мореплавателей стали независимым государством Западное Самоа.

Генеральная Ассамблея ООН, которую островитяне называют «отцом наций», поддержала предложение об образовании нового независимого государства. Оно обсуждалось в 1960 году, памятном году деколонизации, когда за одну только сессию в ООН вступило семнадцать новых членов. Однако Западное Самоа не обратилось с просьбой о приеме в члены ООН. Свое нежелание участвовать в работе этой организации правители Самоа мотивировали следующим образом: «Никто не станет прислушиваться к нашей точке зрения на берлинский вопрос или разоружение. А деньги, необходимые на представительство в ООН, мы намного лучше используем дома». Западное Самоа не дало также разрешения на то, чтобы иностранные государства открыли в Апин свои дипломатические представительства. Лишь Новая Зеландия имеет здесь верховного комиссара. При посредничестве новозеландского правительства свободное полинезийское государство решает свои внешнеполитические вопросы. Надо сказать, однако, что в некоторые организации ООН Западное Самоа уже вступило.

Во время моего посещения парламента на его высокой мачте уже реял флаг нового государства, которому исполнилось всего несколько лет. Оно делало самые первые шаги по пути вновь завоеванной свободы. И мне очень хочется, чтобы этот путь жителей Западного Самоа был прямым, ясным и мудрым.

«ТРОПОЮ ЛЮБЯЩИХ СЕРДЕЦ»

На полуострове Мулинуу помимо примечательного здания парламента я видел и Таиафау — могильник древних царей Самоа. Резиденция же нынешних правителей Самоа находится в Ваилиме, примерно в пяти километрах от Мулинуу.

Посреди большого сада здесь стоит двухэтажное деревянное здание, точнее, два связанных между собой белых строения — типичные английские коттеджи. Перед зданием — мачта, на которой развевается красно-синий флаг. С разрешения распорядителя в черном жилете и традиционном поясе лава-лава я вхожу в деревянный дворец и осматриваю приемный зал, расположенный на втором этаже. Это — официальная резиденция главы государства.

В наши дни во главе Западного Самоа находится продолжатель одного из монархических родов — Малиэтоа Тунумафили II[134]. И хотя это государство по конституции не является монархией, однако к его главе обращаются: «Ваше величество». А правительство, состоящее из девяти членов и ответственное перед парламентом, возглавляет человек, имя которого тоже достаточно известно в истории Уполу, — Фиаме Матаафа Фаумуина Мулинуу II.

Некоронованный государь Западного Самоа руководит страной из своего белого дворца. Дорога, которая ведет в Ваилиму, — одна из первых проложенных в труднодоступных внутренних областях Уполу. Причем местные жители построили ее не по распоряжению колониальных властей, а по велению своих сердец. Поэтому она носит столь необычное для транспортных коммуникаций название — «Тропа любящих сердец».

«Любящие сердца» — это островитяне. А тот, к кому их любовь обращена, был белым, хотя жил он здесь во времена, когда его соотечественники уничтожали деревни местных жителей, завоевывая их острова. Это — шотландец Роберт Льюис Стивенсон, автор «Острова сокровищ», «Черной стрелы» и других замечательных книг.

Стивенсон еще в детстве мечтал о восхитительных островах, согретых солнцем и убаюканных морем. Он писал о себе: «Я хочу уйти в страну золотых яблок…» Стивенсон посещал Эдинбургский ботанический сад и там, под кокосовыми и финиковыми пальмами, представлял себе удивительные картины ласковых стран, лежащих на краю света.

Вскоре он действительно покинул ветреную и холодную Шотландию. Но причиной тому были не мечты, а тяжелое легочное заболевание, которое под хмурым небом родины все время прогрессировало. Он уехал сначала на Ривьеру, а потом в Париж. Здесь Стивенсон познакомился с американкой Фанни Осборн, своей будущей женой.

На следующий год — писателю тогда исполнилось двадцать семь лет — Стивенсон отправился за леди Осборн в Америку. Долгий путь до Сан-Франциско подорвал его силы. Вместе с Фанни Осборн, теперь уже его женой, Стивенсон отдыхал в Давосе, потом вновь на Ривьере, на Азорских островах и в лесах близ канадской границы.

И все это время Стивенсон считал, что для его больных легких наиболее целительным будет пребывание в Южных морях. Поэтому в 1888 году он нанимает в Сан-Франциско судно под название «Каско» и на нем вместе с женой отплывает в Океанию. Стивенсон посетил Туамоту, Маркизские острова, Таити и, наконец, Гавайи.

Полинезия очаровала писателя. В восторге от «последнего рая», он решает продолжить свой путь по Океании. На борту уже другого корабля — «Экватор» — Стивенсон плывет на острова Гилберта и, наконец, на Самоа. Здесь автор «Острова сокровищ» находит свой «остров золотых яблок», о котором мечтал в хмурой Шотландии. Назывался он Уполу. Стивенсон с женой решили прожить на Уполу всю оставшуюся жизнь.

Очарование Полинезией не оказалось для писателя мимолетным. Стивенсон нашел здесь свой второй дом. В далекой Алии, у подножия горы, окутанной лианами и ветвями дикого кустарника, он покупает несколько гектаров земли и строит свой небольшой двухэтажный домик. А так «как рядом с новостройкой протекало пять речек, то писатель назвал свое новое жилище «Ваилима» (ваи в переводе означает «вода», лима — «пять»).