Мила Олсен – Пока ты не полюбишь меня (страница 61)
Он встает.
Я уже готова сказать, что обращусь в полицию, если он меня выставит. Но мы оба понимаем: конечно, я этого не сделаю.
Брендан молча открывает дверь, разделяющую жилой отсек и кабину. И на мгновение мне кажется, что я сошла с ума. Онемев, я смотрю по сторонам. Ни елок, ни сосен, ни берез. Мы уже не в лесу, а на большой парковке, на которой стоят несколько старых фургонов. По асфальту прыгает дрозд и что-то клюет. Я вдруг ощущаю полнейшую растерянность.
– Брен… как… то есть… что…
Ни одной связной мысли. Ошеломленная, я встаю, подхожу к окну над раковиной, отодвигаю занавеску… и там тоже вижу холодную серую парковку под холодным серым небом. За парковкой – длинное приземистое бетонное строение. Перед ним – люди.
Кажется, что я брежу. К моей жизни это не имеет никакого отношения.
– Я ехал целый день. А ты… ты крепко спала и не знала. Я хотел сделать сюрприз.
У меня все туманится перед глазами.
– Серый вовсе не отравился, – рассеянно говорю я.
– Да, его укачало.
Я поворачиваюсь к Брендану. Мне очень хочется наорать на него… но я вижу, что он сидит, накрыв глаза рукой.
– Почему? Брендан, почему? Я не понимаю.
Он встает и крепко обнимает меня. Сердце у него бешено колотится, и он весь дрожит.
– Не понимаешь?
– Почему сегодня? Почему сейчас, после всего, что мы пережили вчера?
При мысли о том, чтобы оставить Брендана, мне делается страшно. Точно так же, как в самом начале, когда я думала, что обречена жить с ним вечно.
– Если не сегодня, то когда?
Брендан обхватывает мое лицо ладонями и ласково смотрит на меня. Глаза у него кажутся черными, как в первый день нашего знакомства.
– Я боюсь, что передумаю, если не отпущу тебя немедленно. Прямо сейчас.
– Сейчас?
Он проводит пальцем по моей щеке.
– Другого пути нет.
– Неправда…
Это жестокий удар. Я не могу уйти сейчас, я не готова, я страшно одинока!
Брендан прижимается ко мне лбом. Господи, когда он меня отпустит, мое сердце разобьется на тысячу крошечных кусочков и никто никогда их не склеит. В том числе я сама. Но я знаю, что момент настал. Это неизбежно. Может быть, так все и кончится. Может быть, так суждено.
– Лу… – никогда еще Брендан не произносил мое имя с такой нежностью. – Пойми. Так лучше. Однажды ты сама признаешь, что я поступил правильно. Может быть, сегодня это кажется ошибкой. Но в перспективе – все верно.
– А как же ты? – сдавленно спрашиваю я. – Вдруг у тебя снова случится приступ?
– Я буду представлять, что ты рядом.
Брендан осторожно выпускает меня, и я чувствую, что рассыпаюсь на части. В моей душе трещина, которая все ширится. Сердце вот-вот разорвется.
– Ты так много для меня сделала, Лу. Так много.
Его голос эхом отдается в этой трещине. Я полностью опустошена.
– А я могу сделать только одно. Отпустить тебя. Потому что я тебя люблю.
Он подходит к двери и распахивает ее. Пахнет непривычно. Не хвоей и лесом, а бетоном, мусором, людьми…
Я по-прежнему не в силах сделать ни шагу.
– Иди, пока я не передумал.
Его голос звучит так тоскливо. Брендан тоже опустошен. И вдруг я понимаю, как ему тяжело, как дорого он заплатил за свое решение. Брендану в сто раз трудней, чем мне. Я должна собраться с духом ради него, как бы ни болела душа.
– Я всем скажу, что сбежала от братьев, – с трудом выговариваю я.
– Они рассердятся.
– Да, Итан, наверное, будет злиться.
– Расскажи им правду. Полиция меня не найдет.
Но я боюсь вовсе не того, что полиция его найдет. Я живо представляю себе, во что превратится эта история. Я не могу изобразить Брендана чудовищем. Мне придется признать, что я его люблю. Так и представляю себя в полицейском участке: «Ты утверждаешь, что он тебя не насиловал? Да ладно. Ты добровольно занималась с ним сексом? Конечно, ведь он тебе угрожал. Ты просто не сопротивлялась, но это не считается согласием, понимаешь?»
Нет. Я не вынесу этих расспросов. То, что возникло между мной и Бренданом, будет уничтожено, если раскрыть тайну. Я не хочу, чтобы журналисты смаковали нашу историю. Не хочу, чтоб приставали ко мне с просьбами рассказать все и в подробностях. Случившееся навсегда останется нашей тайной. Оно бесценно. И если Итан возненавидит меня за побег, я смирюсь.
Я смотрю на Брендана, не решаясь уйти. Мне очень страшно. Но сейчас я должна быть сильнее, чем он. Я подавляю слезы и страх. Еще несколько минут продержаться, вот и все.
– А где мы? – спрашиваю я, стараясь говорить спокойно.
– В Британской Колумбии, – отвечает Брендан, лезет в верхний шкафчик и достает рюкзак. – Деньги, еда, одежда, газетные вырезки.
И вновь мне больно при мысли о том, как хорошо Брендан подготовился.
Он указывает на дверь.
– Вон там торговый центр и остановка междугородних автобусов. Вот маршрут и расписание, я это загуглил…
– У тебя есть телефон?
– В лесу нет связи, Лу. И потом, лучше нам не общаться.
– Ты прав.
Господи, как же сложно не плакать.
Брендан улыбается. Его глаза полны слез.
– Ты скоро поймешь…
– Пообещай мне кое-что, – говорю я, глядя на серую парковку и тщетно стараясь представить следующий шаг.
– Смотря что.
– Приезжай в следующем году в парк «Секвойя». Встретимся у информационного центра двадцать пятого июня.
Брендан непонимающе моргает.
– В этот день ты меня похитил, – напоминаю я.
Он издает странный короткий смешок.
– Я знаю!
– Если наши чувства не остынут, мы проведем лето вдвоем, – поспешно договариваю я.
Мне нужна хоть какая-то опора.
– Не знаю, хорошо ли это, Лу. Тебе лучше забыть меня. Мне-то уж точно надо забыть тебя.
– Но ты подумай, – шепотом говорю я, беру рюкзак и спускаюсь по ступенькам.