Мила Любимая – Давай забудем друг друга (страница 28)
В мыслях флешбэком пронеслись воспоминания нашего недавнего эротического забега. Низ живота предательски потянуло…
– Ма-а-аш! – с опаской зову подругу.
Если Савельева сейчас свалит, то Никита меня точно сожрет вместо пирога. Ну, или вместе.
Вот только моей лучшей подруги уже и на горизонте не наблюдалось. За компанию с Сотниковым, кстати говоря. Ну, Тарасов!
– Доедать будешь? – Одной рукой он продолжает держать меня за талию, вторая его конечность, перейдя все допустимые границы, шарит у меня под толстовкой. – Но я готов украсть тебя вместе с этим хлебобулочным изделием.
– Ник! – В сердцах бью кулаком по его груди. – Отпусти меня.
– Не могу, – притворно вздыхает. – Руки не слушаются, Мир. Они хотят тебя трогать, мозг бессилен.
Они ни то что хотят, вовсю лапают. Сжимают грудь, поглаживая горошинки сосков сквозь тонкий кружевной лифчик. Честное слово, я близка к тому, чтобы кончить у него на руках здесь и сейчас.
– Ник…
– Готов поспорить, ты там уже вся мокрая.
Если до этого я и не потекла, то после этих слов – да. У меня и соски встали торчком от возбуждения. Не говоря о свинцовой тяжести, которой налился низ живота.
– Мечтай.
Ник щурится, присмотревшись к моему смартфону на столе, и широко улыбается.
– Я записан у тебя как «Рогалик»?
Господи….
– Не твое дело.
– Можно уточнить?
– Жги.
– Я как булочка?
– Ты как законный муж козы, – ухмыляюсь почти беззлобно. – Тоже рогатый.
– Тогда я запишу тебя как «Карамелька».
Спасибо, хоть не чупа-чупс.
– Тарасов, ты можешь хоть на секунду притвориться, что ты взрослый и адекватный человек?
– Хм. – Он потерся носом о мою щеку. – Давай, на одну секунду.
– То, что произошло между нами… этого не должно было случиться. Ты просто иди и наслаждайся своей роскошной, счастливой и беззаботной жизнью.
– Ладно, – произносит, и, хмыкнув, Ник ссадил меня со своих колен. – Как скажешь, Карамелька.
И словно не он всего несколько минут назад лапал меня, где можно и нельзя. Не вешал на уши очередную порцию сказочной лапши.
Его ответ ударил наотмашь в сердце своим холодом, безразличием, равнодушием.
А ты чего ждала? Что он на коленях будет ползать и о шансе умолять? Может быть, встречать каждый день и кофе привозить твой любимый?
Размечталась! Но неплохо было бы…
На последнюю пару я шла, будто на казнь. Понуро опустив голову и нервно кусая губы. Правильно ли поступила? Не буду ли после жалеть о том, что отвергла его? А если бы у нас могло получиться?
Если бы…
Нет, бред.
Это ведь Никита. Он не любит – он пользуется.
По расписанию дальше была физкультура. Все уже переоделись в спортивную форму и слонялись по залу от безделья. Девчонки расположились кучками на скамейках, парни – кто-то гонял меч по залу, а остальные собрались возле тренажеров.
Поспешив в раздевалку, я распахнула дверь, но так и зависла, словно вкопанная. Ручка стала моим ориентиром в этом жестоком и злом мире.
Потому что увиденное ударило снежной лавиной и выбило почву из-под ног. Ник и Катя, капитан чирлидеров. Сидят слишком близко друг к другу. И я точно не хочу ждать того, что произойдет дальше. Невыносимо больно будет смотреть на то, как он целует другую, обнимает ее. Так, как обнимал меня.
Козел!
И полчаса не прошло, а он уже и замену нашел, сволочь бессердечная. Шанс ему подавай. Вот я дура наивная!
Явно дело здесь поцелуями не ограничится…
Круто развернувшись, я побежала прочь сломя голову.
Не разбирала дороги, больше технично передвигала ногами, чтобы не свалиться где-нибудь безвольной куклой. А хотелось тупо забиться в угол и дать волю чувствам. Поплакать, может быть, сделать куклу Вуду в виде Тарасова на пару с Машей и всего его истыкать иголками.
Влетев в главный гардероб, что располагался в холле универа перед самым выходом, словно за мной демоны ада гнались по пятам, я забралась на широкий подоконник, обхватив голову обеими руками. Рюкзак со злости швырнула в неизвестном направлении. Здесь меня точно никто не потревожит. Большинство студентов уже разошлись по домам, а остальные на последних парах.
Вот сейчас немного приду в себя, заберу куртку и домой…
Почему из всех на земле я полюбила именно его? Отдала ему свое сердце без раздумий? А он не возвращает назад! Не позволяет спокойно дышать, жить без него. Болезнь, у которой есть диагноз, но нет лекарства. От любви не существует вакцины, и не появится в мире средства, что излечит меня от этого страшного недуга.
Я! Так! Больше! Не! Могу!
– Дура ты, Князева, – знакомый голос взрывает в голове салюты и одновременно запускает мое персональное извержение вулкана. – Дура, но моя. Не знал, что умеешь так ревновать.
Ник сгребает меня в охапку и прижимает к себе. Гладит по спине, по волосам, губами собирает соленую влагу с щек.
– Уйди! – прихожу в себя я и принимаюсь в исступлении колотить его по широким рельефным плечам. – Уйди!
С губ сорвался совсем болезненный всхлип, и Ник забрал мои страдания поцелуем. Нежно и аккуратно раздвинул губы своими, его пальцы заскользили по шее, чтобы собрать волосы в хвост и заставить меня запрокинуть голову назад. Я снова себе не принадлежала…
Слабая! Какая же я слабая в этих сильных руках!
Он внезапно прервал поцелуй, посмотрел на меня голодными и жадными глазами, словно был готов взять прямо на этом подоконнике.
Я знаю, что готов…
И он бы меня прямо здесь трахнул, если бы не видеонаблюдение. Впрочем…
– Говорю один раз. – Ник пристально смотрит в мои глаза и твердо произносит каждое сказанное слово. – Я уйду, если ты действительно этого хочешь. Бегать за тобой, словно глупый подросток, больше не стану. Оттолкни или доверься мне, Мира.
Довериться?
Знал бы он, как это безумно сложно!
Не я же всадила ему нож в грудную клетку по самую рукоять! Не разбила вдребезги!
– Никит, – я набираю в грудь побольше воздуха, – мне очень страшно.
– Знаю, малыш. – Одним резким движением он помогает мне слезть с подоконника и протягивает вперед свою широкую ладонь. – Просто иди ко мне.
И я подписала себе смертный приговор.
Но сейчас это было неважно. Просто хотела быть с ним, и гори все синим пламенем!
В конце концов, не бывает бывших. Бывает только тайм-аут в отношениях.
Глава 16
Минное поле