Мила Любимая – Давай забудем друг друга (страница 30)
– Маша, вот ты бы как поступила на моем месте?
Ладно. Она бы просто сожгла мудака. Глупый вопрос. Или отстрелила ему яйца…
Когда домофон успокоился, взорвался телефон. Однако не особо настойчивый абонент выждал пару гудков, да на этом и прекратил активные действия.
– Все! – Маша хлопает в ладоши. – К черту Тарасова!
К черту!
Мы вместе строили планы. Нашли этот дурацкий бар на набережной, даже сходили туда вместе и столик забронировали. Да я в это платье дурацкое вырядилась только для того, чтобы ему понравиться. Увидеть восхищение в глазах любимого…
Ладно, если бы у него были архиважные дела и он не смог приехать. Разве я бы этого не поняла? Но ни звоночка за весь день, ни сообщения, ничего вообще.
Самые прекрасные дни в моей жизни – с ним. Наша бесконечная переписка, которая почти не заканчивалась. Да и то только потому, что кто-то из нас с телефоном в руках отрубался. Как он смотрел на меня… словно я единственная. Лучшая в его жизни, и других не надо. Мы проводили вместе буквально все свободное время. Ник мог приехать посреди ночи, чтобы тупо привезти кофе и пожелать приятных снов.
Никита Тарасов, который не романтик ни разу!
Прокручиваю в голове время на учебе. Филатову и компанию, других гарпий, которые тянули свои когти к моему Нику. Причем в моем присутствии. Словно всерьез не воспринимали. Как будто я для них временный предмет интерьера. Космы бы повыдергивала этим воблам крашеным.
Вдруг Ник просто наигрался в отношения? Ему стало скучно со мной. Смотреть дурацкие фильмы, гулять до рассвета и целоваться, будто подростки, на каждом шагу. Зачем, когда есть такой цветник? Сегодня можно Миру, завтра Катю, а на следующий день и Анжелу.
И не звонит. Почему он больше не звонит?
– Слышь, Медуза Горгона, ты скоро телефон свой в камень превратишь. – Маша переворачивает мой смартфон экраном вниз. – Вот, так лучше. Закажем еще по коктейлю, что скажешь?
– Конечно, но выбирай сама. – Я задумчиво прикусываю нижнюю губу, без особого интереса оглядываясь по сторонам.
Наш столик располагался на застекленной террасе. Мы еще в прошлый раз с Ником подумали, как здорово тут может быть летом в солнечную погоду. Да и в октябре очень даже неплохо…
– Мысли все о нем и о нем. – Маша бросает передо мной меню, пребывая не в самом своем лучшем расположении духа. – Мира, у тебя мозги напрочь сахарной ватой покрылись? Ау, где моя веселая подруга, которой на Никиту Тарасова с высокой колокольни?
Сломалась.
Проиграла холодную войну, а теперь страдает по парню, которого нет.
Вполне возможно, я все придумала и не было у нас с Ником никаких отношений. Это я сама восприняла происходящее слишком серьезно, а один любвеобильный мальчик просто периодически спит с одной девушкой. Чаще, чем с другими.
Потому что я для него такая же, как и все. Если любишь кого-то, ценишь, то помнишь день ее рождения, и никакие друзья не напоминают о том, что ты знатно накосячил. Я видела их переписку, тут и слов лишних не надо.
– Возьми и позвони ему, блин! – окончательно выходит из себя Савельева. – Или между вами все. Сам прибежит, как миленький, зуб даю.
Прибежит – это не про Никиту Тарасова.
Сам сказал, либо принимай, либо нет.
Главное, Маше не проболтаться, как он меня уломал, а то с живой не слезет, пока все нотации мира не зачитает.
– Очень сильно сомневаюсь. – Я отрицательно качаю головой, продолжая разглядывать меню, но строчки плывут перед глазами расплывчатыми пятнами, мешая сосредоточиться. – Он не такой.
– Мужик либо хочет, либо не хочет, – с умным видом заключает Савельева, приговорив последний шот. – Сейчас будем разводить твоего Ромео на ревность.
– Ма-а-а-ш, – с опаской тяну я. Вот не узнаю свою лучшую подругу! Что это за коуч-тренер по амурным делам нарисовался? – Может, не надо?
– Не надо, Мира, встречаться с мужиком, который только и делает, что сердца бьет направо и налево. Снайпер фигов!
Маша схватила за руку какого-то парня и толкнула его ко мне, вынудив плюхнуться рядом.
– Девочки, – он аж осмелел, по-свойски закинув мне руку на плечо, – селфи на память? Я за! Только девушке моей не говорите…
Божечки!
Куда меня Савельева втянуть решила? Тем более Ник на этот банальный и тупой крючок не клюнет. У него так-то мозги есть.
– Иди к своей девушке, – практически приказывает Маша незнакомцу. Тот разочарованно глянул в ее сторону, но навязываться не стал. Безобидный алконавт… – Вот, дело сделано.
Ох, нет! Какое такое дело еще?
Машка перевернула свой телефон, чтобы я смогла прочитать последнее сообщение, отправленное Тарасову.
Кошмар! Что значит бывшая? Эпический трындец, а не Маша!
– Савельева, он не приедет! – стону я в голос, беспомощно запустив руки в волосы. – Не приедет!
– М-м, ну с чего ты взяла? – Маша с аппетитом уплетает пирожное, и ровным счетом ничего больше ее не беспокоит. – То есть ты в своем парне не уверена? Странно, что вы вообще встречаться начали, знаешь ли.
Что же странного в том, чтобы хотеть быть с тем, кого любишь и забыть не можешь? Столько времени прошло, а я ничему так и не научилась. Думала, переболела и внутри все чувства перегорели, но Ник снова разжег пожар и тушить его явно не собирался. Ему нравится, как я горю. С ним. Им.
Но самое ужасное – не знать. Взаимно ли? Хоть на самую маленькую часть? Он не говорил, что любит. Кроме того, что просто хочет меня. И секс у нас прекрасный, самый лучший. Не представляю, что могла бы доверить свое сердце и тело кому-то другому. Не пожалела нисколько, что смогла его дождаться. Но он…
– Счет, будьте добры! – Маша подзывает официанта и сама расплачивается. Деловая колбаса… – Князева, на выход. Давай, шевелись.
– Ты зачем заплатила? – возмущаюсь я, притопнув ногой для убедительности. – У меня день рождения.
– Переведешь мне завтра, – только отмахивается она. – А сейчас домой тебе надо, несчастная именинница.
До моего района добирались быстро. Все-таки мы с Машей нормально сегодня потусили, вон уже и светает.
Прямо у парадной стояла машина Ника. На скамеечке и он сам сидел. Рядом какая-то коробка и букет цветов. Букет – лишь слово. Выглядели цветочки так, словно он этим веником с бомжами местными дрался. Причем без видимого успеха. Лепестками весь асфальт усыпал. Вот бабульки с утра ругаться будут…
Ник мрачно пялился в экран смартфона и обеими руками прижимал к себе куртку.
– Я к себе. – Машка практически выталкивает меня из салона. – Всыпь хорошенько ему. Без боя не сдавайся, поняла? И требуй в качестве извинений долгий, жаркий секс.
Я улыбнулась, помахала подруге на прощание и медленно подошла к Никите, старясь двигаться как можно тише.
Он поднял голову и улыбнулся.
– Привет.
– Привет. – Сердце принялось стучать едва ли не со скоростью света, мешая нормально дышать.
– Я все испортил? – почти шепчет он.
– Никита, знаешь…
– Тихо. – Он тепло и заразительно улыбается, словно пятилетний малыш, разворачивая свою гигантскую джинсовку. Совсем чуть-чуть, чтобы я могла увидеть маленький пушистый белый комочек. – Разбудишь подарок.
– Котенок? – Я в восторге прижимаю руки ко рту. – Специально для меня?
– Не совсем, – усмехается Ник. – Собирался приехать и надрать тебе задницу, но услышал его и… пришлось залезть на дерево. Зверь бойкий оказался, вон всю физиономию расцарапал. Потом в дурацком букете запутался. Не понравился я ему. Тарахтит, слышишь, как трактор шерстяной.
Никита такой Никита! Про пафосные цветы я все же угадала.
– Хорошенький. – Глажу пушистика одним пальцем. – Маленький такой, совсем крошка. Он не может не нравиться. Признайся, специально растопил мое ледяное сердце?
– А то ж! – смеется Тарасов и молча направляется к двери моей парадной. – Все девочки любят котиков. И меня. Вот тебе двойная доза, Князева.
Вот негодяй!
Мой наглый негодяй….
– Ты невыносимый! – шиплю я ему в спину, но послушно иду следом. Обещаю себе, что обязательно выскажу ему.
Все!
– За это ты меня и любишь.