Мика Танака – По вашему расписанию (страница 3)
Ему нужно было переваривать весь этот ужас и неорганизованность, что годами поощряла Яна. Всё это было настолько немыслимо, что он не переставал вздыхать. Хотя прекрасно помнил, насколько мягкой и доброй она была по отношению к другим. Помнится, что получила нагоняй от соседского дедушки рядом с которым снимала жильё. Не знала, что не принято здороваться с незнакомцами. И всё равно каждый день приветствовала его вопреки, с тёплой улыбкой. А дедушка, в итоге, оттаял к ней и даже загрустил, когда квартира соседки-иностранки опустела.
Такеру привычно уселся в кресло и открыл папку с информацией о сотрудниках. Перелистывал личные дела, беглым взглядом изучал характеристику. Взгляд его остановился на женщине с волосами цвета пшеницы. Он никак не выделил её среди других сотрудников. Абсолютно ровное лицо, никаких эмоций. Глаза уставшие, но в то же время в них читается то, что Такеру так ценил в людях. Он чувствовал, что эти глаза сканируют куда больше, чем кто-либо мог бы увидеть глазами. Ольга Романенко, 40 лет, мать-одиночка, растит дочь. Хорошая характеристика по работе, но ничего выдающегося. Надёжная, но незаметная. С ней можно попробовать наладить диалог, простимулировать на лучшие результаты. Она и поможет включиться в работу в новом коллективе.
Идеально.
Он тут же набрал Йоко.
— Ольга Романенко. Пригласите в мой кабинет, — сказал он.
Ответ был дан практически сразу:
— Она сейчас подойдёт.
ГЛАВА III
— Оля, ты закончила вчерашний перевод?
— Погоди. Сейчас доем.
— С ума сошла, что ли? Хочешь его снова из себя вывести? Вон его цепная чихуашка блюдёт за всеми как. Не рабочая среда, а тюрьма. Ей Богу вот! Настоящая тюрьма! — не унималась рыжеволосая гламурная Наташа.
В этом офисе никогда не было организованности. Всё потому что начальница была не от мира сего. Позволяла своим подчинённым слишком много. Тем самым каждый работник был разбалован не в меру. Но вот настал момент, когда больше не спрячешься за спиной Яночки Петровны. «Офисные планктоны» давно уж начали судачить на тему того, кого же пошлёт им Господь Бог после незаменимой и любимой молоденькой Петровны, с которой жизнь была не просто малиной, а настоящим праздником. Женская половина коллектива начала переживать о том, что новое начальство больше не позволит им уйти пораньше. Кому-то хотелось просто слинять побыстрее без особой на то причины, кто-то бежал за ребёнком в садик, а кто-то торопился на очередное свидание. У каждой жизнь кипела по-своему. Только Такеру не был готов мириться перед капризом каждой.
— А ты ничего не слышала от другого отдела за этого дьявола?
— Не-а. Да как-то и без надобности, — пробубнила Ольга, запивая остатки вкусного шоколадного пончика чаем. — Своих забот хватает.
Наташа, её коллега, возведённая с недавних пор до статуса подруги, и сама не стремилась торопиться. Ведь однокурсники и одноклассники заполонили новостную ленту интереснейшими фотографиями с отпуска. Отпуска в странах, о которых Наташа могла только мечтать, если бы не набранные после развода кредиты. Импульсивные покупки всегда были её слабым местом. Рыжеволосая мечтательница с лёгкой тоской просматривала каждое обновление, погружаясь в монотонное и бесконечное свапанье. Зависть? Ещё какая. Ведь она снимает недешёвую квартиру. И просто не может позволить себе так легко слетать в Таиланд на недельку. А вот нашёлся бы какой-нибудь щедрый ухажёр... Впрочем, подобные идеи всегда заканчивались для Наташи печально. Она вынуждала Олю принимать на себя роль, если не собутыльницы, то хотя бы свободных ушей. Других у неё в наличии просто не было. А по-женски высказаться хотелось.
— Мне вот кажется, что это начало конца, — задумалась Наташа, не переставая омрачать себя счастливыми лицами знакомых. — То ли нас будут сливать, то ли ужимать, то ли...
— Натусик, давай без этих панических настроений. Мне ведь надо как-то Маргошу содержать.
Маргарита, Рита или же просто Маргоша для всех — дочь Ольги. Когда-то Ольга была уверена, что встретила надёжного мужчину на своём жизненном пути. Ложное чувство защищённости захватило женское сердце в плен. Долго добивался, ухаживал. Ожидаемо, она ослабила оборону перед уже бывшим мужем. Не даром говорят, что жизнь женщины похожа на сказку «Золушка». Только вот от чего она ушла, к тому и возвращалась после бала. Всякое уважение и взаимопонимание с Андреем было утеряно ровно после того, как отгремел звук печати штампа в их паспортах. Вся эта история начиналась постепенно. Андрею не понравилась бытовая жизнь обычных среднестатистических супругов. Он думал, что брак будет похож на праздник длиною в вечность. И дома всегда будет чисто, а жена всегда будет нарядная и с хорошим настроением. Стоило Ольге забеременеть, как он перестал воспринимать её, как женщину. Она потеряла для него всю привлекательность. Для него Оля была привлекательной исключительно при макияже и стройной фигуре. Где угодно: на работе, в клубе, в доме у общих друзей. В нарядной одежде, с огромным слоем тонального крема на лице, но только не послушной женой с ребёнком на руках. Ведь, как ему показалось, свою красоту она утратила, сливаясь с однообразной серой массой. Не обошло стороной и полное игнорирование проблемы постродовой депрессии у супруги. Этот брак был обречён довольно быстро, как оказалось. А сам Андрей быстро начал находить ей замену на стороне. Каждый раз новую.
Йоко «нарисовалась» возле их столов, как гром среди ясного неба. Нависла над женщинами, словно робот, сканируя их на любое несоответствующее телодвижение. На столе у Ольги в зоне видимости оказалось несколько крошек, на что непременно обратила внимание щепетильная к порядку японка.
— Вас ожидает господин Онда.
Ольга, конечно же, заранее не пыталась тешить себя тем, что японская надсмотрщица пришла по душу Наташи. Та лишь сочувствующе пожала плечами, демонстративно отворачиваясь в сторону своего ноутбука. Началась бурная имитация рабочей деятельности.
В сопровождении Йоко, Ольга вошла в кабинет, не постучав по привычке. Это было ошибкой.
— В следующий раз стучите, — ровным голосом сказал Такеру, не отрывая взгляд от документов.
— Извините, — ответила она тихо, но уверенно.
Такеру поднял глаза. Перед ним стояла женщина среднего роста, с волосами цвета пшеницы, не собранными в причёску, а аккуратно уложенными. Её лицо было приятным, но не примечательным. Глаза серые, спокойные. Она носила простой светло-серый костюм и чёрные туфли. Ничего лишнего. И эмоций себе лишних не позволяла, как и слов, в общем-то.
— Садитесь, — указал он в сторону кресла.
Она послушно села, сложив руки на коленях.
— Вы будете моей помощницей и координатором отдела. Моей землячке нужно будет время, чтобы вникнуть во всю эту внутреннюю «кухню». А пока что ваша задача — убедиться, что все работают эффективно. Я нацелен на удовлетворяющие мои критерии результаты. Если я не буду доволен — вы ответите за это. На вашей основной работе это никак не должно отразиться. Я по-прежнему ожидаю перевод документов и чертежей. К слову, он уже должен был лежать у меня на столе. Ровно в девять утра. Поторопитесь.
— Хорошо, — сказала Ольга.
Такеру ждал, что она скажет что-то ещё, но она молчала.
— У вас есть вопросы?
— Нет.
— Вы уверены?
— Да.
Он смотрел на неё с добрых несколько секунд. Что-то в её молчании его раздражало. Или, может быть, его раздражало то, что недостаточно взвинтила его своей немногословностью. Женщины от природы своей болтливы. А она же напротив — была слишком скупа на слова.
— Хорошо. Вы можете идти.
Романенко молча встала и направилась к двери. А он, словно хищник, провожал её своим тяжёлым взглядом.
— Ольга.
Она остановилась. Такая дерзость разожгла в Такеру нездоровый азарт. Он решил зайти дальше.
— Завтра с утра подготовьте мне подробный отчёт о том, как прошла работа каждого сотрудника за прошедший день.
— Хорошо, — ответила она и наконец-то вышла из «душного» кабинета нового руководителя.
Такеру остался один, слушая, как её шаги постепенно удаляются. Он вернулся к документам, но его внимание было рассеяно. Что-то в её спокойствии его беспокоило. Раздражение потихоньку начало сходить на нет. Невозможно, чтобы человек был настолько спокоен. Даже в Японии игра при плохой мине не может быть возведена до такого рода абсолюта. Что-то, да непременно треснет.
***
Ольга вернулась на своё место и сразу же почувствовала на себе заинтересованные взгляды коллег.
— Ну? — нетерпеливо спросила Наташа.
— Ну, — безэмоционально отозвалась её коллега.
Романенко ничего более не ответила. Лишь вернулась к незаконченным переводам. У неё было много работы, и сегодня она предпочитала дело разговорам. Показательно ставила благополучие Маргоши превыше всего остального. И это не могло не вызвать уважение. Каждый сотрудник знал, что она мать по призванию.
Наташа подъехала на кресле и тихонько спросила:
— Знаешь, он достаточно хорошо выглядит. Если бы не этот ледяной взгляд... Но он же японец, может, это у них так принято?"
— Не знаю, — безразлично отозвалась Ольга, продолжая монотонно постукивать пальцами по клавишам.
— Интересно, почему он переехал в Россию? Обычно японцы не любят уезжать со своего острова.
Ольга молчала. Её не интересовали личные дела начальника. Её интересовала только валюта за проделанную ею работу.