Михаил Жебрак – Пешком по Москве – 2 (страница 27)

Александр Сумбатов-Южин.

Южин был коренастым, широкоплечим мужчиной с крупной головой на короткой шее. Большим носом его дразнили конкуренты в начале карьеры – рисовали на театральном заднике гипертрофированный профиль. Но он играл роли любовников! Чем брал Южин? Голосом, темпераментом, умом и образованием. Его голос по красоте и богатству модуляций сравнивали с голосом профессионального оперного певца. Темперамент на сцене Малого он сдерживал – отпускал только на гастролях, особенно в родной и понятной ему Грузии. Ум и образование? Южин написал пьесу в стихах «Царь Иоанн Четвертый» и отстаивал свою трактовку Иоанна в спорах с историками.

Первая гимназическая пьеса Сумбатова называлась «Чуть-чуть не Фауст», согласитесь, абсолютно современное название. Многие драматурги играли, многие актеры писали, но именно Самбатов-Южин – гениальный актер и талантливый драматург. Все его 16 пьес репертуарные – современные и легкие для актеров. В них: панорама жизни, характеров, российских областей, хороший слог. Его фраза эффектна, образы яркие. С этим специально боролся Чехов и, похоже, победил. Немирович-Данченко говорил, что искусство Сумбатова звенит и сверкает так, что вы за ним не видите жизни, а у Чехова за жизнью, как он ее рисует, вы не видите искусства… В начале ХХ века больше ставили Сумбатова, сейчас – Чехова.

Первый дом архитектора Федора Шехтеля находился на Петербургском шоссе. В 1896 году он возвел для своей семьи новый дом ближе к центру (Ермолаевский пер., 28, стр. 1). На покупку участка и стройку пошел гонорар за морозовский дворец на Спиридоновке, этот дворец мы скоро увидим. Участок удалось купить небольшой, на повороте переулка, и Шехтель построил дом в виде несимметричного замка с башенками и вольно состыкованными объемами.

Ермолаевский пер., 28, стр. 1.

Над парадной дверью в восьмигранной башне Франц поместил мозаику, символизирующую течение жизни: на золотистом поле распускающийся, расцветший и увядающий ирисы. За большим окном находится гостиная с необъятным камином в два человеческих роста. Как говорил Савва Морозов: «Фамилия Шехтель иностранная, а размах у Франца Иосифовича истинно русский…» Шехтель из поволжских немцев, но ощущал себя русским. После начала войны с Германией архитектор из патриотических соображений поменял имя Франц на Федора. Дом Шехтеля уже много лет занимает посольство Уругвая.

Трехпрудный пер., 11/13, стр. 1.

Трехпрудный пер., 11/13, стр. 2.

Окна квартиры Людмилы Гурченко выходят на Большой Козихинский переулок, но дом числится по Трехпрудному (Трехпрудный пер., 11/13, стр. 1). Актриса жила неподалеку, в доме 5 по Трехпрудному, но ей хотелось иметь квартиру побольше, с гардеробной комнатой. У актрисы скопилось 300 сценических платьев, а всего в коллекции Гурченко 1000 предметов гардероба: кроме платьев здесь платки, накидки, пояса. Есть костюмы покупные, подаренные и сделанные собственноручно в прямом смысле слова – Гурченко не пользовалась машинкой и шила руками. В 2004 году Людмила Гурченко купила квартиру в Волоцком доме. Два огромных корпуса, образовавших безымянный переулок между Трехпрудным и Большим Козихинским, построил в 1913 году для княгини Волоцкой архитектор Эрнст-Рихард Нирнзее (Трехпрудный пер., 11/13, стр. 1–2).

Таганская ул., 17–24.

Машкова ул., 1/11.

От угловой круглой ротонды с одной стороны отходят гостиная и кухня, с другой – гардеробная и спальня. От прежних хозяев остался камин, но его актриса не любила, не топила. Проемы заполнила зеркалами в пол – расширят пространство и позволяет увидеть себя целиком. Попадая в музеи-квартиры, я всегда любопытствую, насколько атмосфера соответствует духу хозяина, что дом может рассказать о характере владельца. Здесь вопросов нет. Квартира заполнена сияющей урановой посудой, яркими платьями, ангелочками – это дом актрисы, постоянно вспоминающей детство, привыкшей нести свет и красоту.

Большая Якиманка ул., 22, корп. 3.

Дом «Патриарх» вызывает споры уже двадцать лет. Архитектор Сергей Ткаченко, мне кажется, этим доволен, он любит провокационную архитектуру и считает, что раз цитирование в наше время продвигает имя, то и архитектор, строящий у всех на виду, может жить по законам шоу-бизнеса. Московские проекты Ткаченко не заметить невозможно: «Дом-яйцо» (Машкова ул., 1/11), желтый полуразрушенный колизей, установленный прямо на двухэтажной старинной застройке (Таганская ул., 17–24), дом-дуга с огромной аркой на Яузе (Попов пр., 4), псевдосталинский дом с огромным круглым окном на три этажа во фронтоне (Большая Якиманка ул., 22, корп. 3).

Дом «Патриарх» иронизирует над гламуром, над служением золотому тельцу. Дом с 28 многоуровневыми квартирами увенчан «Памятником III Коммунистическому Интернационалу» Владимира Татлина. На уровне пентхауса на карнизе стоят скульптуры работы Владимира Курочкина, изображающие строителей в античных одеждах, но с узнаваемыми современными деталями – строительной каской, портфелем: градостроитель, летописец, строитель с кирпичом, строитель с мастерком, каменотес, скульптор. У всех фигур лица крупных чиновников градостроительного комплекса Москвы. При тонкой скульптурной отделке все архитектурные детали здания нарочито утяжелены и упрощены. Дом «Патриарх» (Малая Бронная ул., 44) построен в 2002 году.

Малая Бронная ул., 44.

Если вы захотите посмотреть еще работы этого оригинального современного архитектора, то можете пройти чуть дальше по Ермолаевскому переулку, где с 2003 года стоит здание Росимущества (Ермолаевский пер., 3). Сергей Ткаченко говорил, что фасадом государственного агентства он отсылает зрителей к застройке Флоренции, где в узких переулках стоят неприступные огромные здания. Для Росимущества он создавал дом с имперским характером.

Большой Козихинский пер. 14, стр. 2.

Ермолаевский пер., 3.

Если здание Росимущества играет с элементами Ренессанса, то жилой дом с говорящим названием «Сад-лабиринт» 2004 года имитирует стиль ар-деко (Большой Козихинский пер., 14, стр. 2). Центральная часть комплекса в виде усеченной пирамиды должна была, по мнению Ткаченко, символизировать висячие сады Семирамиды. Но климат не позволил богато озеленить ступени террасы, и сад остался только в названии.

Ермолаевский пер., 9.

Удивительно, но архитекторы умели иронизировать даже в годы, когда шутки стоили дорого. В 1946 году архитекторы Николай Гайгаров и Михаил Дзисько из мастерской Ивана Жолтовского возвели для советских военачальников классический дом с колоннадой по всему фасаду (Ермолаевский пер., 9). Даже львов, как в дворянской усадьбе, на ворота посадили, а чтобы показать насколько советские генералы выше былых посетителей Английского клуба, пилоны подо львами сделали немыслимой высоты. В доме шесть больших квартир по 12 комнат. Здесь жили начальник главного штаба Михаил Малинин и главнокомандующий военно-воздушными силами Константин Вершинин.

Вершинин был внезапно понижен в должности и назначен командующим Бакинским ПВО. Это отголоски «авиационного» дела. После войны генерал Василий Сталин объявил, что его летчики часто бьются из-за плохих самолетов. По «авиационному» делу арестовали наркома авиационной промышленности, командующего ВВС и других военных и технических специалистов. Они были обвинены во вредительстве и измене Родине. Приговоры по этому делу были достаточно мягкие – 3–5–7 лет. Расстреляли одного маршала авиации Сергея Худякова. Его жена с малолетним сыном была сослана, взрослый приемный сын уволен из армии и также сослан.

Памятник Ивану Крылову. Скульптор Андрей Древин.

Название Патриаршие пруды подсказывает, что когда-то на этом месте был не один, а несколько прудов, и примыкали они к патриаршему подворью. В советское время блюли множественное число, напоминающее о старине, и единственный водоем назвали Пионерскими прудами. Чтобы поддержать новое название, в сквере у пруда в 1976 году поставили памятник Ивану Крылову работы скульптора Андрея Древина. Крылов проходил по детскому ведомству, его басни изучали в начальной школе.

Патриаршие пруды. Скульпторы с героями басен Крылова работы Даниэля Митлянского

Крылов изображен молодым, статным – смотрите, какой разворот плеч, а баснописец был настолько силен, что подростком, говорят, принимал участие в ярмарочных драках стенка на стенку. Платье на поэте просторное свободного покроя. Любил, любил поесть баснописец. Не счесть анекдотов по этому поводу. Как Крылов съедал по кругу все обеденные перемены дважды. Лицо Древин делал по многочисленным портретам популярного литератора, но слегка приукрасив. Современники вспоминают, что поэт был довольно колок, но со временем усвоил себе маску рассеянного увальня. Памятник посадили пониже, чтобы он не отрывался от гуляющей публики.

Вдоль аллеи расставили ширмы с героями басен Крылова. Этот бронзовый зверинец вылепил скульптор Даниэль Митлянский. Я однажды пришел сюда со своими учениками и предложил каждому подобрать себе персонажа. Затем все встали рядом с бронзовым прообразом, кто в роли лисы, кто – мартышки, а я фотографировал. Получилось очень выразительно.

Действие романа «Мастер и Маргарита» начинается на Патриарших прудах. В тени лип стояла будочка «Пиво-воды», где была только теплая абрикосовая. Напившись, Берлиоз и Бездомный сели на скамейку лицом к пруду и спиной к Бронной. Звонить по телефону Берлиоз побежал к Ермолаевскому переулку. Всю эту топонимику любители Булгакова помнят наизусть, споры вызывает только очень важный момент: а ходил ли трамвай по Бронной, ведь сегодня рельсов нет. Многие считают, что трамвай Булгаков выдумал.