Михаил Вертепа – Беглецы (страница 11)
Проходя мимо стражи, Медвер взглянул на них исподлобья. Ангил объяснил им, что они пришли в город, чтобы продать шкуры и мясо, которыми переполнен сундук, путешествовавший за спиной Тарпана. Повезло, что стража попалась ленивая, – они просто взглянули на сундук, гиганта, всех остальных путников и пропустили их в Аринор. Этот город был в разы больше того, который находился рядом с деревней Медвера: стены тут, казалось, царапают небо – настолько они были высоки, – врата не пропустят даже сквознячок, А дома… дома тут были высокие – минимум три этажа, – А рыночная площадь не имела границ и была полностью заполнена столь разными людьми. От каждого прилавка доносились призывы взглянуть на товар, но пробраться туда было непосильной задачей. Над всей этой кипящей толпой царили запахи: сладковатый запах специй с востока перебивался острым запахом специй с юга, душистые перцы одним своим видом вызывали на кончике языка жгучее ощущение, различные шкуры распространяли вокруг себя устойчивый запах дичи, знакомый каждому охотнику, кислый запах пота исходил от каждого человека, железный привкус крови во рту вызывался многочисленным мясом на прилавках, в носу останавливалась пыль, заставлявшая людей чихать в полтора раза чаще, непонятный мальчику запах постоянно стоял где-то между горлом и легкими, напоминая что-то между подгоревшей карамелью и элем, а острый виноградный аромат впивался в обонятельные органы и вживался в них целиком.
Они пробирались сквозь плотную субстанцию, состоящую из людей, следовали за Ангилом, который точно знал, куда им нужно. Мальчик ловил случайные взгляды, перехватывал взоры, направленные на Аду и Лизу, и хмурил брови, думая, что так он выглядит опаснее. Нырнув с рыночной площади в узкий переулок, они прошли его до середины, и тут лучник нажал на что-то в стене, открыв потайную дверь. Вошли все, кроме Медвера и Ады – их Ангил оставил, чтобы они следили за обстановкой снаружи. Они стояли так какое-то время, но в один момент в переулок скользнули трое мужчин: один был чуть ли не больше Тарпана, мышцы перекатывались под кожей, напоминая мышцы лошади во время галопа; второй был очень низок, но коренаст; а третий – худой и жилистый, среднего роста, одетый дороже двух других. Этот третий свил в воздухе какие-то фигуры, которые через секунду бесследно растворились; громила пробасил что-то, на что коротышка ответил ему царапающим и высоким голосом. Раздались далекие крики, люди куда-то бежали, а эти трое скрылись в толпе.
Ангил выскочил из-за потайной двери, завел в здание детей и велел им бежать с остальными, а сам перешел площадь и взбежал на стены, где суетились занятые делом солдаты. С такой высоты ему открылось нечто ужасное: на Аринор пришло вражеское войско. Но как оно подошло так близко? Почему его никто не заметил? Лучник понял, что тут замешан еще кто-то, у кого имеются
Решившаяся на быстрый штурм, темная масса суровых воинов двинулась на стены города, неожиданно разбуженного тщательно спланированным нападением. Солдаты уже поднимали лестницы, которые не успевали скидывать защитники города. Кто-то тащил на стены бочки со стрелами, кто-то раздавал мечи, боевые топоры, клевцы и прочие орудия Смерти, главнокомандующий что-то кричал пробегающим мимо солдатам. Ангил запустил руку в свою сумку и выудил из нее тетиву, которую сразу же натянул на лук, и подбежал к двум испуганным лучникам, пытавшимся стрелять по нападающим. Мужчина грубо объяснил им, что нужно стрелять по солдатам на лестницах, а сам взял стрелу, наложил ее на лук и прошептал несколько слов на известном только ему языке, – наконечник стрелы стал слегка светиться голубовато-зеленым светом. Прицелившись, он до скрипа натянул на себя тетиву и, задержав дыхание, отпустил ее. Звонкий свист запустил стрелу сквозь воздушное пространство. Оперение неистово трепыхалось на ветру, волей Судьбы и Случая направляя Смерть прямо к своей цели. Наконечник пронзил слои ткани и глубоко вошел в плоть солдата, который от неожиданности отпустил лестницу и, закачавшись, полетел вниз, сбивая своих товарищей, но стоило его бездыханному телу коснуться земли, в радиусе нескольких метров вокруг него светло-голубым вспыхнул сам воздух, – все, что попало в этот радиус, превратилось в лед. Лестница затрещала под тяжестью оставшихся на ней солдат, лопнула, раскинув вокруг веер осколков, и начала падать вниз. Вторая стрела взмыла к небесам и, достигнув высшей точки полета, начала пикировать вниз. На этот раз лучник прошептал наконечнику на несколько слов меньше, потому стрела заморозила сам воздух в тот же момент, когда врезалась в плоть вражеского воина. Но вот уже третья стрела слетела с тетивы Ангила, светясь на этот раз ярко-алым светом. Она попала в таран, который к воротам толкал самоотверженный отряд, и взорвалась, скармливая пламени осадное орудие и всю его свиту. Четвертой летела стрела, оставляющая за собой зеленый след. Попав в шею солдата на лестнице, она проросла в нем шипастыми лозами, начавшими спускаться к другим воинам и кутать их в свои путы, а достигнув земли, лоза начала виться вдоль стены и разрастаться все больше и больше, не давая осаждающим подобраться к городу с новыми лестницами.
Наконец на стену принесли раскаленное масло, камни и разнообразный мусор, которым можно кидаться, а Ангил перебежал на другой участок укрепления и увидел, что там враги уже забрались на стену и теснят защитников города. Еще одна стрела легла на лук и, звонко смеясь, слетела с тетивы. Она пролетела в самую гущу нападающих и взорвалась, вызывая сильнейшие порывы ветра, – всех вражеских солдат сдуло со стены, а защитники Аринора вернулись на свои позиции. Какой-то мальчишка бежал по стене, размахивая письмом, где-то вдалеке раздался громоподобный выстрел, а через несколько мгновений в стену врезался металлический шар, раздробив кусок зубца на стене. Мелкие осколки полетели на осаждаемых, – тот мальчишка и несколько солдат упали замертво. Ангил бежал по стене, пуская стрелы в нападающих, но в голове постепенно зрело понимание, что эта осада кончится поражением города. Лучник сбежал со стены и побежал туда, где они с Тайпаном уговорились встретиться. В толпе ему постоянно мерещились черные глаза, ветхий плащ, карканье воронов, – ужас проникал в него, натягивал на свою ледяную основу как новую кожу. Он бежал, не смотря по сторонам, спотыкаясь и снова ускоряясь, – Ангил надеялся на то, что Губитель сейчас занят на стенах или под стенами и не гонится за ним. По артериям улиц разбегались люди, прятались в дома, отовсюду слышался плач, где-то вне поля зрения звенела сталь. В одном из многочисленных переулков мужчина прижал женщину к стене и пытался задрать ее простенькое платье, на некотором расстоянии рыдал ребенок. Ангил замедлился лишь на секунду, – зазвенела тетива, и стрела пронзила голову насильника, покрывая все вокруг крохотными бордовыми бусинками. Нужно было бежать, покинуть город и скрыться от… Смерти…
Медвер шел последним. Тайпан вел их узкими проходами, все дальше уводя соратников от центра города. Они свернули в один из бесчисленных переулков и сразу же застыли – перед ними стоял громила, один из тех неизвестных, которых видели Медвер и Ада. Мальчик обернулся и подтвердил свои догадки – путь побега перекрыли оставшиеся двое.
– Чую добычу, – скрежетнул жилистый.
– Пытались сбежать? – начал гигант. – Не получится.
– Теперь мы повеселимся с вами! – с хищной улыбкой на лице воскликнул низкий.
– Кто вы? – смело выступила вперед Ада.
– Мы «БИВ», – ответил худощавый, – наше любимое дело – убивать Служителей. Еще мы любим деньги, но это не первостепенно.
– Кто вас нанял? – вопрошал Тайпан.
– Нанял? – пробасил великан. – Мы сами себе хозяева.
– Нам платит Поглана, но только за помощь с продвижением по Леронне. А вы лучше сдавайтесь по-хорошему – будет не так больно, – советовал средний.
Тарпан аккуратно поставил сундучок Тайпана к стене и, хрустнув кулаками, направился на противника своего размера, но его остановил строгий голос, раздавшийся из-за спины неизвестного громилы. Ангил уже накинул три стрелы на лук и готов был выстрелить в любой момент. К нему обратились все взгляды, никто не смел нарушить тишину, словно нечто сдерживало их. Лучник набрал в легкие воздух, собираясь что-то сказать, но вдруг воздух растрескался от карканья одинокого ворона, смотревшего на эту немую сцену с высоты. Светловолосый Служитель взглянул на птицу и потерял дар речи, – позади что-то чиркнуло о камни дороги. Обернувшись, Ангил увидел его…