Михаил Талалай – Горькая истина. Записки и очерки (страница 74)
Но справедливость требует констатировать, что в деятельности этих передовых представителей современного искусства нет состава преступления. Они наживают миллионы долларов на человеческой глупости и тщеславии. И действительно, мировая демократическая «элита» восторгается всеми этими «шедеврами» в так сказать «добровольно-принудительном» порядке, так как не восторгаться они не могут, боясь прослыть за людей не прогрессивных, обскурантов и не интеллигентных, что равносильно добровольному остракизму, исключающему их из категории людей передовых. Одним словом, еще одна очередная версия бессмертной сказки о голом короле. Если я упомянул здесь, в «Российских миражах» о всех этих отодвигателях искусства назад на несколько тысячелетий, то лишь потому, что Марк Шагал является выходцем из одного из местечек бывшего Царства Польского.
Кроме того, небезынтересно отметить, что нынешний «великий художник Франции» Марк Шагал, сразу же после большевицкого переворота был назначен Луначарским, восторгавшимся тогда его «творчеством», Народным Комиссаром искусства и культуры в Петрограде. Теперь, в ноябре 1967 года, власти французской Ривьеры прикрепили мемориальную мраморную доску на доме, в котором умер Луначарский, и с восторгом принимают и чествуют дочь Луначарского, которая, как сообщает местная газета, «упала в объятия Шагала». Когда-то маршал Петен сказал: «Французы, — у вас короткая память!». Напомним им, что Луначарский, этот верный сподвижник Ленина, назначая Шагала, состоял как раз в том Совнаркоме, который подписал Брест-Литовский мир, обошедшийся Франции в сотни тысяч добавочных убитых и раненых…
Курьезна еще одна развесистая клюква: однажды, один, по-видимому очень просвещенный американец, приехавший в Ниццу, во что бы то ни стало искал случая встретиться и познакомиться с «русским князем Шагалом»!
В Советском Союзе произведения вышеупомянутых человеков не выставляются, что является несомненным признаком оздоровления российского народа, к которому в какой-то мере советские властители должны приспособляться. Но всем многочисленным советским делегациям, ныне приезжающим на Ривьеру, приказано свыше восторгаться экспонатами местных музеев, чтобы еще более прибрать к рукам буржуазную элиту страны, которая и без того уже находится в телячьем восторге от всего советского…
На Ривьере проживает еще немало верных сынов Российской Империи, собирающих реликвии нашего главного прошлого.
Проживающий в окрестностях г. Грасс И. О. Носалевич собрал богатую коллекцию русских и иностранных гравюр, касающихся событий России за сто лет и до 1917 года. Любопытны иностранные гравюры эпох 1812 года, Крымской компании, Турецкой войны и Русско-Японской, когда нее ненавистники России изощрялись во всевозможных оскорблениях нашего отечества и Русской Армии. В наши скорбные дни пятидесятилетия советского рабства русского народа как никогда дружным хором всего прогрессивного человечества поносится ваше историческое прошлое.
Лейб-Гвардии Конного полка штабс-ротмистр Козлянинов Б. Ф.[350] хранит часть коллекции реликвий своего полка, главный музей которого находится у его однополчанина князя С. С. Белосельского-Белозерского[351] в Нью-Йорке. Можно лишь поражаться, с какой любовью собраны и хранимы эти полковые реликвии, некоторые еще времен Императрицы Анны Иоанновны и до 1917 года, а также Белых армий и эмиграции. Заботами Великого Князя Дмитрия Павловича[352], августейшего конногвардейца, и князя Белосельского-Белозерского, была драгоценным изданием выпущена история Конной Гвардии с участием наших известных художников. Историческое значение хранимых архивов является бесценным памятником прошлого Императорской России.
П. Л. Стефанович[353] родился в Петергофе, в казармах Лейб-Гвардии Конно-гренадерского полка, которым командовал его отец, Свиты Его Величества генерал-майор Стефанович. Мальчик рос среди офицеров полка, их блестящих форм, кавалерийских учений и звуков полковых трубачей. Всё это навсегда запечатлелось в нем и создало неизгладимый культ полку, сделав его душой истовым конно-гренадером, собирателем и хранителем полковых реликвий. Стены его квартиры украшены старинными гравюрами из жизни полка, августейших шефов и других реликвий. Прекрасная фотография генерала Стефановича в свитской форме; он был расстрелян большевиками за то, что был верным слугой Царя и Отечества…
Многие россияне, проживавшие в Ницце и ее окрестностях, за последнее столетие нашли свое вечное упокоение на Русском Николаевском кладбище за городом в районе Кокад, открытом в 1866 году. Оно раскинуто амфитеатром; против главного входа, наверху большая часовня, к которой поднимается монументальная каменная лестница. Группы перцовых деревьев в перемежку с оливковыми и кипарисами обрамляют главные аллеи, с которых видно беспредельное лазоревое море, сливающееся на горизонте с ярко-синим южным небом. До 1866 года наших соотечественников предавали земле на старом Ниццком кладбище, расположенном на высоком холме около моря в центре Ниццы. Там похоронен Герцен, и над его могилой возвышается его статуя в сюртуке, своим силуэтом очень похожая на статуи Ленина. Все приезжающие советские официальные лица, а также и редкие советские туристы возлагают венки с благодарственными надписями за подготовку в России революции.
Кто только не похоронен на русском кладбище Кокад! Среди имен простых смертных можно прочесть могильные надписи известных русских исторических фамилий, титулованных или старинных русских дворянских, с чинами военными и гражданскими, сановников и министров Российской Империи. Но до революции тела многих усопших в те уже столь далекие времена, когда у нас было наше отечество, перевозились в Россию для погребения на родной земле. В переживаемое нами безвременье как-то даже странно это себе представить…
Справа от часовни можно видеть надгробный памятник в виде небольшой часовенки. Надпись на французском языке гласит:
«Светлейшая Княгиня ЕКАТЕРИНА МИХАИЛОВНА ЮРЬЕВСКАЯ рожденная княжна ДОЛГОРУКОВА вдова Императора Александра II. 1849–1922»
Уж если куда возлагать венки проезжим в Ницце россиянам, так это на могилу супруги Царя Освободителя! И как далеко подсоветскому народу от тех свобод, которые с высоты престола были дарованы русским людям…
Но кто не помнит прекрасный фильм «Катя», который шел на французских экранах, а, может быть, и на иностранных? Прелестная смолянка Катя знакомится на народном гулянии в Санкт Петербурге с Императором Александром Вторым, переодетым солдатом! На фоне немного развесистой клюквы, но не злостной, завязывается роман Кати с императором. Декорации Смольного воспроизведены совершенно точно, о чем я могу судить по имеющемуся у моей жены альбому Смольного Института, изданному в 1905 году, в котором можно видеть всю жизнь смолянок в классах, дортуарах, столовых, на прогулке, на катке и т. д. Теперь перед входом в институтское здание поставлена отвратительная статуя гробокопателя России — Ленина! Надолго ли? Если мы дождались десталинизации, то почему не быть и деленинизации, то есть конца кровавой советской власти?
Но как только случилась Октябрьская Революция, тотчас же началась и вооруженная борьба с охватившей Россию большевистской нечистой силой. Я стою перед скромной могилой с мраморным православным крестом и читаю надпись:
«Главнокомандующий Войсками Кавказского Фронта 1914–1917
Генерал-от-инфантерии Николай Николаевич ЮДЕНИЧ род. 1882 — ск. 1938»
Герой Эрзерума. Несомненно, был бы фельдмаршалом победоносной Российской Императорской Армии.
Если бы продолжить надпись, то было бы указано, что покойный командовал Северо-Западной Армией, боровшейся с большевиками в 1919 году на подступах к Петрограду. Пишущий эти строки имел честь служить в этой армии. Судьба не была милостива тогда к нам, белым, и нам не удалось освободить Россию от советского рабства. Последующие события показали, как мы были правы тогда: истекшие десятилетия после окончания этой борьбы свидетельствуют о необычайном рабстве, физических и нравственных муках, которые выносил и всё еще выносит наш многострадальный народ.
После поражения под стенами Петрограда мы были интернированы в Эстонии, которой было вскоре передано всё наше вооружение и все захваченные железнодорожные составы. Стояла жестокая зима и истощенные «северо-западники» умирали как мухи от сыпного и возвратного тифа.
Оставшимся в живых предстояло в индивидуальном порядке организовать свою дальнейшую судьбу. Генерал Юденич позаботился о нас. Каждому офицеру или солдату, было выдано основных 10 английских фунтов, а затем и добавления по чину. Я получил 14 фунтов. На эстонские марки это было сумма, на которую можно было прожить несколько месяцев. Когда я приехал в Ниццу в начале двадцатых годов, почти что без одного франка в кармане, генерал Юденич помог мне найти работу. Низкий ему поклон и вечная память…
В Ницце проживает замечательная русская женщина Екатерина Сергеевна Ф.[354] Обладая крупными средствами, она взяла под свое попечение бывших русских белых воинов. В Париже она содержит «Дом Русского Воина», своего рода собрание, где могут встречаться русские эмигранты, бывшие российские воины, прослушивать доклады, а то и просто провести сколько часов за дружеской беседой. Для русских же белых воинов, ныне сильно престарелых, она содержит дома под Парижем и в Ницце, куда всякий, соблюдая очередь, может приехать и отдохнуть.