Михаил Ремер – Король Истван. Книга 5. Бессердечный правитель (страница 6)

Трудно сказать, сколько длилось это их путешествие. Может, – час. Может, – два, а, может, – целые сутки. Изможденные странники вдруг почувствовали, что затхлое удушье пещер мало-помалу приходит в движение. Сквозь смрад подземелий друзья то и дело улавливали свежесть внешнего мира. Впрочем, подавленные могуществом принца, они не были в состоянии ни обрадоваться этому, ни даже вдохнуть свежего воздуха полной грудью. Опутанные узами страха, они превратились в безвольные куклы. Даже Истван, прошедший Преисподнюю и уже однажды победивший принца, уныло уперевшись взглядом в волочившийся за Витовтом шлейф плаща, покорно тащился вслед за повелителем страха. Ещё немного, – и впереди показалось яркое пятно света. Это унылая процессия медленно и верно выбиралась из паутины подземных ходов. Несколько раз это пятно ненадолго исчезало, но всякий раз упорно возникало вновь. Очередной раз свернув в один из боковых тоннелей, Витовт и его спутники вышли на каменную площадку, высеченную на одном из высоченных горных шпилей.

– Как это у вас: сильнее дороги – перекати-поле. Или, как его там. Впрочем, это уже – не важно. Перед нами – мир Арциссианы, – объявил мрачный гигант. – Мой мир, – подойдя к самому краю обрыва, тот неподвижно уставился на раскинувшийся перед его ногами унылый пейзаж. Только теперь, при тусклом свете унылого дня товарищи получили возможность как следует разглядеть его. Превратившийся в широкоплечего гиганта, ростом ну никак не ниже четырех метров, облаченный в черную трепещущую на ветру хламиду, он скалой возвышался над пленниками. Неподвижный, как гранитная плита, он, казалось, только и ждет момента, чтобы обрушиться на странников, раз и навсегда сводя старые счеты. Неудивительно, что даже закаленные в боях Истван с Туруманом, с трепетом молча взирали на бывшего проводника. Бледные, как простыни, оба яростно боролись с желанием бухнуться на колени перед гигантом, и эта борьба отнимала последние силы.

Замерев на самом краю пропасти, принц принялся разглядывать раскинувшийся перед ногами пейзаж.

Везде, насколько хватало глаз, небо заволокли синие, как чернила тучи. Яркие вспышки молний на мгновения наливали их пугающим свечением, но тут же вязли и умирали в непроницаемой тьме. Тяжелый раскаты грома мерно сотрясали землю, словно пытаясь раскачать её и вырвать из-под ног странников.

Земля не выглядела спокойной. Повсюду, где только хватало взгляда, угрюмыми заплатками на земле зияли пепелища. Где-то – уже давно заброшенные. Но были и совсем свежие. Пожираемые языками яростного стонущего пламени, стены могучих крепостей постепенно оседали, словно оплавляясь. От пожаров в небо устремлялись столбы черного, как смола, дыма, подпирающие небосвод. Их было много. Сотни. Казалось, только благодаря им тяжелые тучи удерживаются в воздухе и не обрушиваются всей своей массой на истерзанную землю. Странников настолько заворожило это зрелище, что они забыли и про свои неприятности, и про принца с сопровождавшим его страхом. Оба, увидев мир, в который стремились, а потому невольно выпрямились и расправили плечи. Пламя жажды приключений вновь вспыхнуло в глазах гостей из волшебной Долины.

– Гатов паклястся чэм угодно, это – славный мыр! Два бессэрдэчных правытыля найдут здесь…

– Не задирай носа, не взлетишь… Вернее, не поднимай носа, споткнёшься, – прогудел в ответ Витовт, но в этот раз в интонациях принца явно почувствовалось недовольство. Это – мой мир. Мир страха и…

– Мы – здесь, а, значит и мир – наш! – не отрываясь, глядя на раскинувшийся под ногами пейзаж, огрызнулся Истван.

– Слюший, уважаымый! Ступай сваей дарогой! Ты вывэл нас из лавушки, вот тэбе мэдак! – порывшись в кармане, одноглазый разбойник извлек кругляшек монеты и презрительно швырнул его под ноги Витовта.

– Да как ты смеешь, негодный, – принц резко обернулся и, уставился на наглеца.

– Сделал дело, получай монету, – повинуясь дерзкому порыву, юноша смело шагнул вперед.

– Бунт?! – оскалился принц, и друзей скрутил новый приступ удушающего страха. Только теперь они вспомнили кто сейчас перед ними. Впрочем, отступать уже было некуда.

– Сделал шаг, не говори, что не гуж, – с трудом выдавил Истван, из последних сил сопротивляясь приступам паники.

– Сделал дэло, – гулай смэла! – шагнув поближе к королю, словно бы одновременно ища поддержки и стремясь помочь юноше, прохрипел Туруман. – Спасыба за валыкалепный экскурсия! Мы в тваых услугах больши нэ нуждаымся!

– Если потребуется, мы знаем, где вас искать, ректор Зайферт!

– Негодяи! – взревел увеличившийся до исполинских размеров принц. Его черная хламида теперь сливалась с небосводом так, что, казалось, само небо яростно изрыгает проклятия и угрозы в адрес осмелевших пленников. Страшный удар грома, расколол небосвод, а длинные плети молний, разорвав чернильное месиво туч, превратились в два сияющих клинка в лапах Витовта. – Вы посмели оскорбить самого повелителя страхов, и за это будете наказаны мучительной смертью через самые изощренные пытки!!! – две огненные плети врезались в каменную породу у самых ног онемевших от страха, но все ещё держащихся товарищей. – Гордитесь, мерзавцы! Вы испытаете на себе самые изысканные шедевры мрачного гения принца Витовта!!! Но, боюсь, вы не оцените великой чести!

– Что, что? – вдруг почувствовав мощный прилив сил, криво ухмыльнулся сын Маргариты Шестнадцатой.

– Гатов паклястся чэм угодно, но павылытель… Нэужели ты испытал страх? – азартно расхохотался Туруман.

– Что?! – мечи в руках Витовта, сверкнув напоследок, растворились в темноте. Сам он вдруг уменьшился в размерах.

– Господин Зайферт действительно признался в том, что ему страшно, – расхохотался молодой человек. – Держу пари: нам обоим не могло послышаться одно и то же.

– Негодяи! – возопил двухметровый детина. – Как вы посмели?!

– Пахожы мыр вот-вот лышытся Павылытыля Страхов.

– А – вместе с ней – Университета осчастливливания.

– Вам никогда не уничтожить моё творение! – прохрипел в ответ корчащийся гигант. – Хотите вы того или нет, но я создам здесь величайший из четырех замков страха! А вы!!! – с удивительной прытью он схватил с земли булыжник и ринулся на обидчиков, все ещё скованных вязкими узами тающего страха. И неизвестно чем бы закончилась эта атака, если бы не всхлип губной гармошки, донесшийся со стороны пещеры. Этот печальный звук подстегнул товарищей, вернув им силы. Витовт же выронил камень и, схватившись за голову, бухнулся на колени всего в паре шагов от Иствана и его товарища.

Гармоника, не умолкая, продолжала петь свою заунывную мелодию, и стоны буквально растапливали барахтающегося на каменном плато принца, вернее – то, что от него осталось. На все лады воя от боли, он яростно хлопал себя, словно бы пытаясь сбить невидимое пламя; однако же, приглядевшись, товарищи поняли, что он пытается не дать оторваться и улететь прочь десяткам зыбким силуэтам. Впрочем, это было бесполезное занятие; во все стороны от него разлетались корчащиеся миражи которые мгновенно растворялись в воздухе. И так, – до тех пор, пока тяжелая хламида не растаяла, а вновь постаревший и ссутулившийся ректор не успокоился.

– Браво, молодые люди! – раздалось за спиной товарищей. Забыв про утихшего старика, товарищи развернулись на сто восемьдесят градусов. Из пасти пещеры им навстречу вышел голубоглазый старик. – Браво! – похлопал он в ладоши. – Позвольте выразить искреннее восхищение вашей отвагой. Мало кому удавалось так ловко управиться со стражем, да и эти рассказы больше похожи на выдумки. Впервые за всю свою жизнь мне довелось увидеть это своими глазами.

– Этат страж… Он… Я слышал пра лавушкы крысыных нор, но ныкагда нэ выдыл, такова… Старый джын рассказывал мнэ пра ных, но я ныказда нэ думал, что мнэ давыдется схватытся с павылвтылым страха!

– Джинны – выдумка. Их существование не доказано, а поэтому их не может быть.

– Слыды за сваыми славамы, нэгодный! Ыначы мнэ прыдется укаратыт тэбэ язык!

– Теперь вы спросите меня верю я ли инет в существование Повелителя Страхов, – поморщился незнакомец. – Я отвечу, что видел его собственными глазами. После этого вы начнете доказывать возможность существования и джинов, но я не соглашусь, и вы начнете мне угрожать; в итоге мы сойдемся на том, что вероятность встретиться с одним из тех, кого вы зовете джином, есть, но она – в области отрицательных значений, – равнодушно проговорив этот, словно наученный текст, поморщился странный тип.

– Джины сущыствуют! – схватившись за рукоять клинка, прорычал Туруман. – Всэ стражы па мужской лыныы маего рода быды удастоыны выспчайшый чэсти стат джинамы! Твоё нывежиства – аскарблэные лычна мне!

– Недоказуемо. Вы говорите о мужчинах вашего рода, – хладнокровно парировал пришелец. – Но вы сами – здесь. Потрудитесь объяснить, и я поверю каждому вашему слову.

– Высшый чэсть для каждага уважающыга сэбя воина прывратытся в джина! – прорычал Туруман, но, вдруг обмякнув, горестно добавил. – А я – ныдастоын… Сагласышись на службу этаму прахвосту Галактычэскуму Ымпыратару и асквырныв сэбя прысутствыем в этых кротовьых норах, я абысчестыл свой род… Туруман ныкагда ны станыт джынам, – воин без сил опустился на камень.

– Таким образом, – холодно отвечал Хилон. – Я не могу отрицать возможность существования джинов, но оценочная вероятность этого факта крайне ничтожна, – высокомерно закончил он.