Михаил Пеплов – Падение Диктата (страница 8)
Я выбрался из машины и отправил таксиста обратно в город. До дома уж доберусь как-нибудь.
Интересный выбор мест терактов. Хотели бы покуситься на Великого Князя — перешли бы через дорогу. Но в любом случае теракт в Адмиралтействе и в остальных местах не соотносились по целям. Если целью было донести до людей новость о падении Диктата, то бить надо было в наиболее людные места. Адмиралтейство подходит, но набережная Мойки в обеденные часы уступает той же Сенной площади по количеству людей.
— Ваша Светлость, нам уже сообщили, — раздался голос из-за ворот второго кордона. — Со стороны начальства СОЗ вам выдали полный доступ.
Ворота со скрипом отворились, и я улыбнулся своим мыслям. Навряд ли тётя смогла бы добиться этого, так что, вероятно, дед постарался помочь мне, даже не находясь рядом.
Едва я шагнул внутрь, из-за поворота показалась пара молодых людей. Девушка со странной гетерохромией и молодой мужчина неопрятного внешнего вида, к которому отчего-то прикипел мой взгляд. Не смотря по сторонам, они стремились покинуть территорию кордона, так что девушка врезалась в моё плечо и, не обернувшись, поспешила подальше отсюда.
Ротмистр, до жути похожий на того, который стоял на первом кордоне, хотел было окликнуть её, заметив мою заинтересованность, но я жестом остановил его. Из-под её блузки показалась метка пробуждённой Разума, а у её спутника, одетого в сюртук с оборванными рукавами, метки не было.
— Это кто? — я пристально посмотрел на ротмистра.
— Дак, студенты из академии нашей. Они внутри первого кордона живут, вот и пустили их поучиться у взрослых, — протараторил он, бросая взгляд то на печатку, то вдогонку студентам.
— Документы проверили?
— Д-да, студенты, как есть. — Мужчина заозирался по сторонам.
Везёт одарённым Разумом: могут чуять ложь сходу.
— Наверное, вы и записали их данные, как положено?
Мужчина принялся то кивать, то мотать головой, так яростно, что казалось, вот-вот оторвёт её. В общем-то, такую ложь распознать не проблема. Вряд ли молодые люди причастны к терактам, но оставалось непонятным, что им здесь было нужно. В обучение никогда не поверю.
— Артём Петрович, вы чего моих людей стращаете? — раздался мягкий баритон откуда-то сбоку.
Повернувшись на звук, я увидел огромного по человеческим меркам человека. Больше двух метров ростом и минимум полтора метра в плечах, он сопровождался округлым лицом с самой добродушной улыбкой, что я видел в жизни. Я сомневался, что дед действовал через Великого Князя, уж больно не любил он просить других, но теперь всё встало на свои места.
— Василий Иванович, как можно? Мы с ротмистром просто беседуем, — произнёс я и раскрыл руки для объятий, попутно напрягая всё тело. Упомянутый ротмистр тем временем боком пытался уйти куда-то за ворота. Не сомневаюсь, что пока я отвлечён беседой, он попытается найти студентов.
Полковник Чапаев, Василий Иванович, заместитель начальника СОЗ по Российскому Доминиону и один из ближайших друзей деда, обнял меня с такой силой, что появилась мысль выпустить Кровное Право.
— Что, я, думаешь, не видел, как ты на него волком смотрел? В роль главы рода вживаешься? — с усмешкой произнёс он и сделал вид, будто смахивает пыль с моего плеча. — Ты не беспокойся, найдём мы этих студентов, если надо. Или ты сомневаешься?
Последнюю фразу он произнёс, наигранно нахмурив брови, отчего я рассмеялся. Ну и в его поисковых навыках сомневаться не приходилось. СОЗ вовремя заметила его потенциал и необычную, крайне редкую специализацию. Чапаев, как одарённый Разумом, после получения ранга Виртуоза акцентировал свои силы на обнаружении людей — как это принято говорить, получил специализацию «Следопыт». Иначе говоря, по ментальному следу мог отыскать любого человека. Но, как простой менталист был безнадёжен. Даже ложь от правды отличать не умел.
— Ладно вам, проведите мне лучше экскурсию и расскажите, что, по-вашему, тут произошло?
Глава четвёртая
— Взрыв случился между первым и вторым этажом. Наши аналитики считают, террористы заранее заложили заряд внутрь полов при помощи одарённого Землёй или Металлом. Но никаких следов пока найти не удалось, — виновато почесав затылок, произнёс Чапаев. — Ментальный след теряется в эпицентре взрыва.
Мы с ним стояли у огромного завала. Рядом из земли торчал шпиль Адмиралтейства — очень удачно упавший с такой верхотуры. Здесь, в отличие от остальных мест, не осталось выживших. Василий Иванович подтвердил слова моей тётки: здесь террористы зачищали за собой территорию.
— Может, остальные места служили отвлекающим манёвром? — спросил я, прислушиваясь к своим чувствам. — Детонацией управляли наверняка отсюда. Насколько я понял, этот взрыв был последним?
Чапаев усмехнулся и взглянул на меня. Не уверен, сколько за свою жизнь он видел убийств, но отчего-то мужчина был абсолютно спокоен.
— Всё верно. По крайней мере наши спецы считают также, — сказал он, ковыряя носком ботинка застрявший в земле осколок кирпича. — Непонятно, что им нужно было в Адмиралтействе.
Я отошёл на несколько шагов назад и окинул взглядом всю картину теракта. Взрыв разнёс здание в щепки. От него толком ничего не осталось, кроме нескольких несущих конструкций.
— Ничего, — прошептал я и подошёл ближе к завалу. — Ничего им тут не нужно было. Это тоже отвлечение внимания.
Невольно взгляд упал на Зимний Дворец. Чапаев это заметил.
— После взрывов там ничего не случилось. А сейчас князь уже покинул столицу. — он поздно спохватился и нагнулся ближе ко мне. — Но это тайна, думаю, не нужно объяснять это Вашей Светлости.
Чапаев стрельнул глазами на печатку на моей руке и весело подмигнул. Какие-то вещи становятся доступны только при нужном статусе.
— Итого: неизвестна природа взрыва, неизвестны личности террористов, как и их мотивы, — подвёл черту я.
С лица Василия Ивановича исчезла прежняя весёлость, и появилось озабоченное выражение.
— Ну ты хоть не сыпь соль на рану, — он скривился. — Феникс звонил перед твоим приходом. Грозился уволить к чёртовой матери и перевести в жандармы.
Феникс — легендарная личность даже по меркам Империи. Стоит в одном ряду с Оракулом и остальными «героями доминионов». Глава СОЗ в Российском Доминионе и единственная причина тотального отсутствия поползновений на нарушение Диктата. Если за убийства Высший Закон карал самостоятельно, то за соблюдением остальных его заповедей — таких как отсутствие государственных границ, внутренних тайн отдельных регионов империи и прочего — следили такие люди, как он.
Особо романтичные девицы в высшем обществе приписывали ему то вездесущность, то всеведение. Этакое живое воплощение воли Диктата.
Однако на самом деле граф Феликс Константинович Орлов был просто опытным и цепким человеком. Замечал то, что упускали другие, и, вполне вероятно, уже направлялся сюда, чтобы лично осмотреть места терактов. Прозвище, как нетрудно догадаться, он получил из-за имени и запредельного мастерства в стихии Огня. Единственный Абсолют Огня в мире. Среди отцов тех самых романтичных девушек ходили слухи о его скором переходе на девятый ранг.
— Не уволит. Вы, Василий Иванович, чересчур ему полезны, — я похлопал погрустневшего полковника по плечу. — Я, пожалуй, осмотрю остальные места терактов.
Он цокнул языком, вновь улыбнулся, расправил плечи и шумно потянул носом воздух.
— Может, подвезти? — произнёс Чапаев и развернулся спиной к бывшему зданию Адмиралтейства.
— Прогуляюсь, — я согнул руки в локтях, ладонями к нему, в извиняющемся жесте. — Навестите нас, как всё это закончится.
Молча дойдя до ворот, мы пожали друг другу руки, и, попросив меня быть аккуратнее, он ушёл в свою палатку, заменяющую кабинет. Я постарался изобразить самую добродушную улыбку и посмотрел на ротмистра, ожидающего моего ухода. Тот сначала покраснел, как помидор, а после принялся стремительно бледнеть, оставаясь на том же месте.
— Чего застыл? — не убирая с лица улыбку, произнёс я и пощёлкал перед его лицом пальцами. — Тебе может, врача вызвать?
Я уже собрался догонять Чапаева, как ротмистр оттаял и буквально сорвался с места, скрывшись за углом.
Ворота медленно начали открываться, и я посмотрел в сторону, куда ушла та странная парочка студентов. Отчего-то тот мужчина не вылазил у меня из головы. Что-то странное было в нём, не считая внешнего вида. Но, прогоняя в голове нашу мимолётную встречу, я никак не мог зацепиться за это. Они направились в сторону других терактов, так что, может, у меня ещё будет шанс выяснить всё.
Дождь должен был вот-вот обрушиться на столицу, но пока я наслаждался прогулкой. Пару раз на меня обращал внимание патруль СОЗ, но, видя кольцо светлейшего князя, проходили мимо. Я шёл по пустынной Дворцовой площади и не узнавал её. Обычно здесь всегда было шумно, людно, мельтешили флаги и голоса, а сейчас — ни души. Тяжёлые, почти антрацитовые тучи нависали над Зимним дворцом так низко, что, казалось, их можно достать рукой, и от этого привычно-праздничное здание становилось чужим, мрачным, почти враждебным.