Михаил Пеплов – Падение Диктата (страница 5)
— Зона остаётся опасной до иных указаний, — отчеканил он, даже не взглянув на нас.
Оглядев оцепление со стороны, я заметила отсутствие сотрудников Службы Обеспечения Законов. Либо ещё не успели приехать, либо, что более вероятно, первым делом решили разобраться с взрывом у Адмиралтейства.
— Позвольте осмотреть место взрыва, — я показала метку одарённой и вытащила из рюкзака студенческий билет. — Я студентка, но постараюсь помочь, чем смогу.
В жандармерию принимали в основном простолюдинов и в редких случаях в их ряды мог затесаться слабый одарённый. Большинство магов, что служили Единой Империи, были сотрудниками СОЗ.
Жандарм посмотрел на студенческий и перевёл на меня напряжённый взгляд. Он точно видел жертв взрыва, но не воздействие Диктата в этом районе. Несмотря на невозмутимый вид, мужчина был в шаге от срыва.
Я положила ладонь на его руку, лежащую на прикладе ружья, и глубоко вдохнула. Нельзя было передать спокойствие, которым сам не обладаешь. А состояние Велизара, текущее через связывающий нас канал, отвлекало, как назойливая муха.
Плетение Резонанс разделяло чувства заклинателя с его целью и наоборот. Создав его форму под ладонью, я напитала её эссенцией, и тут же в меня хлынул поток эмоций, напоминающий грязную затхлую воду. Жандарм боялся неизвестности, и непонимание происходящего давило на него не хуже многотонного пресса. Тело содрогнулось от избытка негативных эмоций. Захотелось снова окунуться в тёплую ванну и забыть о происходящем. Но и состояние мужчины тоже изменилось. Он расправил плечи, зажмурился, ещё раз оглядел последствия взрыва за спиной и, выдохнув, покачал головой.
— Постарайтесь найти что-то, пока начальство не приехало, а то с меня три шкуры сдерут, — он развернулся, пропуская только меня. — А ты куда?
— Это мой телохранитель, — выпалила я первое, что пришло в голову.
— Пока вы внутри, вас охраняет жандармерия. Унтер-офицер Иван… — с улыбкой произнёс он и упёрся рукой в грудь идущего за мной мужчины.
Я не успела разглядеть, что произошло в следующий момент, но вдруг ребро ладони Велизара оказалось у моего горла, а жандарм, придавленный сапогом, — на земле. Окружавшие нас остальные служивые тут же подняли ружья и направили их на моего спутника.
— Кого ты защитишь? — прорычал Велизар жандарму и, убрав ногу с его груди, протянул руку.
Потрясённый мужчина, поднявшись, махнул своим коллегам, и те опустили оружие. Отряхиваясь, он, вжав голову в плечи, посмотрел на Велизара и, кивнув, отвернулся от нас.
— Так ему, — с улыбкой прошептала я, поздно поняв, что меня захлестнула волна гнева, исходящая от Велизара.
Первое впечатление действительно бывает обманчиво. Он не вечно спокойный юноша с душой многолетнего старца или Великий Диктатор, полубожественная сущность, которого воспевают сразу несколько религий. Он простой человек, способный нервничать и сердиться в моменты большого напряжения. И это чувство было куда приятнее, чем первое впечатление.
Он повёл меня вглубь завала, к чудом устоявшим стенам первого этажа. У них прибывшие первыми жандармы сложили трупы жильцов. Со стороны казалось, что они ещё живы, но стоило нам подойти ближе, как в глаза бросились свёрнутые шеи и вдавленные грудные клетки. Они не выглядели, как жертвы взрыва. Будто кто-то заранее расправился с ними, а потом обрушил здание.
Велизар продолжал упрямо продвигаться вглубь руин, а исходящий от него поток эмоций выдавал скорбь, смешанную с ненавистью.
Под моей ногой сломался кирпич, и я припала на одно колено, дотронувшись до груды обломков. В разум внезапно ворвалась мысленная мольба.
— Постой! — я потянула его за руку и побежала назад, к линии оцепления. — Иван! Под завалами есть выжившие. Я покажу, где искать.
Унтер-офицер повернул голову и прикусил губу. Приказа от начальства не было, но, если его ждать, можно потерять драгоценное время.
— Каждый третий из оцепления — на разборы завалов, — решившись, крикнул он и сам подошёл ко мне.
Почти синхронно жандармы вышли из цепи, и образовавшиеся дыры тут же заполнились их сослуживцами. Я кивнула Велизару, и он тут же исчез среди руин.
— Полметра здесь, — я указала на место, где чуть не упала.
Жандармы посмотрели на своего офицера и, увидев подтверждение, принялись энергично раскидывать в стороны камни и обломки древесины.
Я не должна была услышать чьи-то мысли. Одарённые Разумом могут слышать яркие мысли максимум со второго ранга. Мой нынешний предел — эмоции и намерения. Но я была уверена в том, что услышала. Ещё раз прикоснувшись к горе обломков, я почувствовала ещё один пульсирующий разум.
— Там, примерно метр от поверхности, — закрыв глаза, произнесла я и показала направление доносящейся мысли.
Так я облазила на четвереньках почти весь завал. Обнаружив очередного выжившего, я уже хотела сообщить, как перед глазами раскинулась тьма, а в голову будто вонзили сотню огненных игл.
Темнота быстро исчезла, и перед глазами появился степной пейзаж. Во все стороны раскинулось бескрайнее поле жёлтой травы с редким кустарником, высившимся над ней. Передо мной полукругом стояло восемь магов запредельной силы. Я ощущала её физически. Ауры всех стихий волнами расходились от этих людей и разбивались о мою фигуру, словно о прибрежную скалу. На удивление, внутри видения я продолжала владеть собой и прекрасно ощущала плещущиеся на этом пустыре эмоции. Люди боялись и ненавидели. Надеялись и прощались с жизнью.
Видение пошло рябью, и я вновь оказалась на руинах жилого дома. Передо мной стоял Велизар и задумчиво чесал подбородок. Он протянул мне руку, и я, помотав головой, приняла помощь.
— Здесь, в полуметре, — почти про себя пробормотала я, но Иван услышал и первым прибежал разбирать завал.
— Нашли что-нибудь? — спросил он, отбрасывая вниз кирпичи. — Помимо выживших.
Я посмотрела на Велизара, но он лишь покачал головой.
— Я думаю, выживших уже достаточно. Может, они что-то заметили перед взрывом. Когда прибудет СОЗ, им будет чем заняться, — я снова помотала головой, пытаясь сбросить остаточные ощущения от видения. — Надеюсь, вы вызвали врача? А лучше одарённого Жизнью.
Велизар подхватил меня под локоть и повёл прочь от этого места. Вслед послышались слова благодарности от унтер-офицера и заверения, что врач уже в пути. Многие выжившие отделались переломами да ушибами, но некоторые, как тот, что молил о смерти, могли не дожить до прибытия СОЗ. Тому мужчине камнями сдавило череп и сломанными рёбрами пробило лёгкие. Жандармы лишь разгребли вокруг него завал, но вытаскивать не стали.
— Ты можешь помочь? — вспомнив про своё чудесное излечение, спросила я Велизара.
— То был единоразовый выплеск силы, который мне пришлось куда-то деть. Иначе весь Санктум взлетел бы на воздух, — прошептал он мне на ухо.
Стало обидно от осознания, что он спас меня не по собственному желанию, а лишь из сложившихся обстоятельств.
— Не думай об этом. Лучше поблагодари Леди Удачу, что всё сложилось именно так, — уже громче произнёс он, протискиваясь сквозь толпу зевак у места взрыва.
Многие пытались задавать вопросы, но, натыкаясь на дикий взгляд моего сопровождающего, спешили спрятаться за спинами других прохожих.
— Ты удивилась, услышав мысли людей под завалом. Почему? — спросил Велизар, когда мы перешли дорогу и облокотились на ограждение Мойки.
Я помотала головой и зажмурила глаза. Перед ними словно была мутная пелена, которую никак не получалось снять.
— Даже самое примитивное чтение мыслей доступно одарённым в ранге Ветерана. Третьем.
Достав из рюкзака бутылку воды, я принялась жадно глотать влагу. В горле словно песчаная буря прошла, хотя ещё минуту назад всё было в порядке.
— Тогда всё понятно. Я заметил, как ты начала тащить из меня эфир, когда упала. Наверняка неосознанно, но это помогло тебе преодолеть предел своего ранга. Отсюда и откат, — он улыбнулся и погладил меня по спине. — Если интересно, я всё же нашёл осколок своего творения. Ничтожно маленький, но лучше, чем ничего.
Я показала ему большой палец и, съехав по каменному столбу ограды, села на тротуар. Теперь моё состояние стало понятно. Энергоканалы — аналог кровеносных сосудов в духовном теле, да и само духовное тело восстанавливались после перекачки через них бо́льшего объёма эфира, чем тот, на который они были рассчитаны.
— Было ещё видение, странное, — произнесла я. — Тоже из-за этого?
Мужчина нахмурился и присел рядом на корточки. Я почувствовала, как его настроение сменилось со спокойного на встревоженное.
— Опиши. А лучше покажи, — произнёс он и уставился куда-то сквозь меня.
Защита на его стороне ментального канала, связывающего нас, исчезла, и я попыталась направить по нему воспоминание о видении. Либо не хватало опыта, либо сказывалась перегрузка духовного тела, но удалось отправить один статичный кадр. Но хватило и его.
Велизар отшатнулся и упал с поребрика на проезжую часть. Не будь набережная перекрыта, мы бы выслушали много нового о себе от водителей. Его ментальная защита тут же вернулась на место, а в глазах появилась глубокая боль. Напряжение, исходящее от него, ушло. На его месте появилось настолько мощное сожаление, что промелькнула мысль спрыгнуть в реку и перестать сопротивляться.