Михаил Пеплов – Отпетый (страница 5)

— Это Боян. Много знает, много видит и говорит не меньше, — представил кота Демьян. — Единственный выходит в город.

Боян поднял лапу в знак приветствия. В зале повисла тишина, которую никто не торопился нарушать. Я осматривал своих новых сослуживцев, а они, в свою очередь, — меня. За исключением Клима и Бояна — один смотрел в пустоту перед собой, а второй ещё не отлип от миски. И если Катерина с Демьяном смотрели на меня оценивающе, периодически прерываясь на мёд, то Чурил, не моргая, смотрел мне в глаза из дальнего угла комнаты, с немного пугающим выражением лица.

— Э-э-э, Демьян, а у тебя какое прозвище? — стараясь не обращать внимание на Духа Места, спросил я.

Демьян прищурился и посмотрел на меня, будто готовясь к чему-то, а Катерина закатила глаза.

— Дед, — вместо него протянул Клим. — И не…

— Почему? Не такой уж и старый вроде? — недослушав мужчину, спросил я.

С мощным ударом могучих ладоней по столу Демьян вскочил на стул и, сделав свой голос ещё более низким, начал вещать:

— Мой дед, великий герой! Незабвенный и непревзойдённый Илья Муромец! Погибель ворогов и несокрушимая стена земли Русской! — от громогласного голоса, эхом раздающегося в практически пустом помещении, Боян поднял голову, а Катерина поморщилась, как от головной боли. — Он ушёл от нас не в бою, а тихо, как заходит солнце за горизонт, обещая новый день. И мы все, его потомки, — тот новый день! Мы — продолжение его дела, его чести и его веры! Так выпьем же, друзья! За моего деда, Илью Муромца! За того, чьё имя стало щитом для Руси, а сердце — домом для всех страждущих!

У него в руке появилась кружка, и я краем глаза заметил пританцовывающего в углу Чурила. Судя по всему, эта пламенная речь нравилась лишь ему. Тем не менее все подняли мёд и дружно выпили.

— И вот так каждый раз, — улыбнулась мне Катерина.

Демьян по-молодецки спрыгнул со стула, а у меня появился новый вопрос.

— Как же он твой дед, если жил лет триста назад? И ты, получается, тоже богатырь?

Слава об этих былинных воинах гремела едва ли не громче, чем о великих князьях. Все обладали недюжинной силой да умом острым, что твой меч. И совладать могли с любым врагом, кто на родную землю позарится. От неё, матушки, и силу свою черпали, но со временем пропали, исчезли без следа.

Отец мой искренне верил, что богатыри — это собирательный образ русского народа, готового встать на защиту своей родины.

— Мне с дедом никогда не сравниться, я чуть сильнее обычных людей. Вот что осталось от великой силушки богатырской, — его голос стал тише, и в нём появились нотки грусти. — А по поводу времени… У великих воинов были свои секреты.

Он хитро улыбнулся и подмигнул мне. В его глазах я увидел, что он рассказал не всё, но и не хотел с этим торопиться. Что же, тут доверие тоже нужно было заслужить, как и в любом обществе.

— И что, теперь, пока Малюта не придёт, мы будем праздно тут сидеть? — спросил я, оглядев собравшихся.

Клим тяжело вздохнул и поднял голову со стола, а кот спрыгнул на пол и направился в сторону выхода.

— Стоять! — командным голосом пророкотал Демьян. — Тебе, Отпетый, нужно научиться работать с нами. Да и со своими способностями разобраться. Пойдём, померяемся силушкой.

Он поднялся на ноги и оглядел остальных, остановив взгляд на Духе Места. Тот молча кивнул и исчез, словно его здесь и не было. Демьян мотнул головой, зовя всех за собой, и вышел в тёмный коридор. Тотчас в нём вспыхнули факела, как и в трапезной, расположенных на стенах.

К моему удивлению, коридор оказался крайне длинным, и по обе стороны от него располагались кованые двери, покрытые рунами, наподобие той, через которую я попал сюда.

— С тех пор как Опричный Двор передали нам, Чурил переделал всё внутреннее убранство, и многие из этих дверей без его помощи не открыть, — произнёс пристроившийся сбоку кот Боян.

— А какие-то — и без позволения колдуна, — сухо добавил Клим.

Теперь я слышал, в его отношении к Малюте сквозила ещё большая неприязнь, чем у Демьяна, хотя он это и старался скрыть. Как минимум, лишь он не называл его по имени.

Мы прошли мимо десятка закрытых комнат и остановились. Руны на ближайшей двери вспыхнули знакомым зелёным свечением, и Демьян резко распахнул её. Поток воздуха принёс запах лежалой соломы и застоявшегося пота. Внутри было очень светло, хотя, как и везде, окон не было. На полу лежали странного вида пластины, состоявшие будто из множества сплетённых между собой веников.

— Моя идея, — довольно мурлыча, протянул кот. — В далёком Нипоне на таких подстилках занимаются потешными боями их воины.

Демьян вышел на центр зала и выжидающе посмотрел на меня. Я хотел было подойти, но вовремя заметил, что тот стоит босиком, оставив свои сапоги у порога комнаты. Разувшись, я подошёл ближе и приготовился.

— Теперь у нас есть второй боец, — обращаясь ко всем нам, сказал Демьян. Затем посмотрел мне в глаза. — Сокол и Ведьма лишь помогают в бою, основная задача будет лежать на нас с тобой. Сейчас ты выйдешь против каждого из нас, чтобы понять, в чём особенности наших сил и чего тебе не хватает.

Я молча кивнул, и он дал знак Климу, а сам отошёл в дальний угол. Мужчина, еле передвигая ноги, выбрался на центр, и мне в голову закралась мысль: «Что мне может сделать этот человек, больше похожий на жердь?»

Клим медленно скинул с себя одежду и вытянул руки вперёд, предлагая мне начать. Его тело полностью покрывали рубцы, с виду похожие на невод. Видя, что я не тороплюсь, рассматривая его шрамы, он недовольно цокнул языком и сделал шаг вперёд. Кулак нарочито медленно полетел мне в нос, и я спокойно сделал шаг в сторону.

Не дожидаясь новых ударов, я дважды слегка ткнул кулаком по корпусу и отскочил. К моему удивлению, Клим тоже отпрыгнул, но на его лице появилось болезненное выражение, а правая рука держалась за бок. Тяжело выдохнув, он упал на пол, и из яркой вспышки, поглотившей его, мне навстречу вылетела самая красивая птица из тех, что я видел.

Это точно был не сокол. Я иногда выпивал с помощником личного сокольничего царя-батюшки, и однажды он показал мне Сокольничий двор изнутри. Те серые пташки не шли ни в какое сравнение с этой, поражающей своим величием птицей. Её оперение не отличалось пестротой, скорее, она была словно специально украшена — скромно, без всяких излишеств, а размах крыльев был больше косой сажени.

Засмотревшись, я совсем забыл о бое, и быстро приблизившись, птица чиркнула по моей шее остро заточенными коготками. Я неосознанно схватился за горло. Боли не было, лишь слабое ощущение, словно порезался только заточенным мечом. Лишь почувствовав, что под ладонями рана уже рубцуется, я убрал руки, вспомнив о новой силе.

Передо мной снова стоял Клим с его обычным безразличным взглядом. Теперь я видел за его спиной силуэт этой птицы, повторяющий очертания его тела. Может быть, именно об этом упоминал Малюта, говоря, что вскоре я начну видеть тела нечисти. А в том, что мужчина передо мной был нечистью, никаких сомнений не возникало.

— Привыкай, парень, — из угла произнёс Демьян. — Нечисть бывает разнообразной, нужно уметь быстро перестраиваться и быть готовым ко всему. Ведьма, твоя очередь.

Я ощутил, что ноги начали слегка подрагивать от усталости. Заживление ран всё же даёт о себе знать. Интересно, сколько ещё ранений я выдержу, прежде чем свалюсь без сил? И влияет ли место повреждения на затраты энергии?

Катерина, хитро улыбаясь, поменялась с Климом местами и сразу начала шептать слова на неизвестном языке, похожие на те, которые при мне использовал Малюта. Воздух вокруг её головы подался рябью, как водная гладь от резкого порыва ветра, и эта рябь медленно двинулась ко мне.

Я сделал шаг в сторону, пропуская её слева от себя, но рябь тут же изменила направление движения и, окутав мою голову, растворилась без следа.

Ведьма нахмурилась и сразу же начала водить руками по воздуху, продолжая шептать заклинание. Пространство вокруг её рук заискрилось, и я, не дожидаясь завершения, рывком оказался подле неё и перехватил одну из рук, подняв её как можно выше. Искры сразу опали на пол, исчезнув в соломенных подстилках.

Ведьма сглотнула, успокаивая дыхание, неуверенно улыбнулась и стрельнула глазками в сторону своей руки, которую я всё ещё держал над головой. Мгновенно отпустив руку девушки, я отвернулся в сторону Демьяна и затылком ощутил её прожигающий насквозь взгляд.

— Не работает, — произнесла Катерина, подойдя ко мне сзади. — Так нечестно.

Я почувствовал тепло её тела, будто позади меня развели костёр. Секундой позже до меня донеслись отголоски тепла Клима, Бояна и Демьяна. Тело за секунду покрылось испариной и столь же быстро высохло, погрузив меня в жуткий могильный холод. Жар от Катерины и остальных всё ещё чувствовался, но не мог согреть меня. Тело содрогнулось от холода, а зубы застучали друг об друга.

— А что ты хотела? Отпетые мало восприимчивы к магии, особенно влияющей на разум, — Демьян хрустнул шеей, подходя ближе. — А ты правильно всё сделал. В нашем положении нельзя никому давать творить колдовство. Сокращаем расстояние и прерываем ритуал.

— И так же работает в обратную сторону? — спросил я, всё ещё стуча зубами. — В бою нужно следить, чтобы к Катерине никто не приблизился. Всё как с пушкарями.