Михаил Орлов – Инквизитор. Тень лекаря (страница 4)

Диего переглянулся с Мануэлем. Описание совпадало. Слишком совпадало.

— Это он, — сказал Мануэль, когда они отошли в сторону. — Или его ученик.

— Но Лекарь был старше. Этот — молодой.

— Ученик. Он мог научиться. Или просто перенять его методы.

Диего посмотрел на женщину. Она сидела на земле, обнимая детей, и смотрела на него с надеждой, которая была страшнее любого отчаяния.

— Что будем делать? — спросил Педро, подходя.

— Идем в Сан-Педро, — сказал Диего. — Сегодня же.

— А они? — Педро кивнул на женщину.

— Оставим в ближайшей деревне. Если там есть кто-то живой.

— Есть, — сказала женщина, услышав разговор. — В трех лигах отсюда, вниз по дороге. Там люди, которые не пошли к брату Себастьяну. Они нас примут.

— Проводи их, — сказал Диего Хуану. — И возвращайся. Мы подождем.

— А если не найду? — спросил Хуан.

— Найдешь. Дорога одна.

Хуан кивнул, помог женщине и детям сесть на мула. Девочка, которая была постарше, обернулась и сказала тихо:

— Спасите нашего отца, сеньор. Он хороший. Он не хотел отдавать меня.

— Спасем, — ответил Диего. — Обещаю.

Он смотрел, как мул медленно уходит по дороге, унося женщину и детей. Потом повернулся к своим.

Стоп.

Он остановил себя — внутренне, там, где ещё оставалось что-то от того, кем он был раньше.

Потому что только что, глядя на эту женщину с разбитым лицом, на детей с пустыми глазами, он подумал не «боже мой» и не «как такое возможно». Он подумал: двое суток до деревни, один надёжный источник, нужна ещё одна точка подтверждения. Профессионально. Методично. Как на работе.

В прошлой жизни он бы ужаснулся этим детям. Здесь — он уже составлял план.

Это должно было его пугать. Он подождал, не придёт ли страх.

Страх не пришёл.

— Теперь слушайте план. Педро и Хуан идут в деревню первыми. Как торговцы. Узнают, где что, кто такой брат Себастьян, сколько у него людей, где держат детей.

— А если нас раскроют? — спросил Хуан, возвращаясь.

— Тогда будете выкручиваться. Педро умеет.

Старый солдат усмехнулся.

— Умею.

— Мы с Мануэлем идем в обход. Ищем подходы к убежищу в горах. Если там есть пещеры или старые шахты — мы их найдем.

— А если нет? — спросил Хуан.

— Значит, придумаем что-то еще.

Педро посмотрел на Диего.

— А если это ловушка? Если нас ждут?

— Тогда тем более надо идти. Дети там, — Диего кивнул в сторону Сан-Педро. — Женщина сказала — много. Если мы уйдем за подкреплением, их могут увезти. Или убить.

— Или сделать с ними то, что делал Лекарь, — добавил Мануэль.

Педро помрачнел, но спорить не стал.

— Ладно. Бывал я в таких переделках. Прорвемся.

— Завтра на рассвете входим, — сказал Диего. — А сегодня — ищем место для ночлега.

Они нашли заброшенный дом на окраине пустой деревни. Педро обошёл дом, принюхался, заглянул в щели между ставнями.

— Чисто, — сказал он. — Здесь и заночуем.

Внутри пахло сыростью и плесенью. Хуан развел костер в очаге, повесил котелок с водой. Педро достал сухари и вяленое мясо.

— Ешьте, — сказал он. — Завтра тяжелый день.

Диего взял кусок хлеба, но есть не хотелось. Он сидел у окна, смотрел, как закат окрашивает холмы в багровый, и думал о женщине, о ее муже, который остался прикрывать семью. О детях, которые сидят в подвалах. О брате Себастьяне, который говорит тихо, а делает страшное.

— Ты веришь ей? — спросил Мануэль, садясь рядом.

— Верю. В ее глазах был страх. Такой не подделывают.

— Или она часть ловушки.

— Может быть. Но тогда зачем ей дети? Они же настоящие.

Мануэль помолчал.

— Ты прав. Дети настоящие. Это главное.

Они замолчали. Где-то за стеной возился Хуан, укладываясь спать. Педро сидел у входа, точил нож.

— Мануэль, — сказал Диего. — Ты видел таких, как брат Себастьян? До Лекаря?

— Видел. В войсках. Один был, лекарь, который резал пленных. Говорил, что ищет способ сделать солдат неуязвимыми. — Мануэль усмехнулся. — Его потом свои же убили, когда поняли, что он делает с ранеными.

— А ты? Ты бы мог стать таким?

— Мог. Не стал.

— Почему?

Мануэль посмотрел на него долгим взглядом.

— Потому что я видел, чем это кончается. Тот лекарь — его сожгли. Свои же. Сказали, что он одержим. А он просто хотел знать. Так же, как Лекарь. Как этот брат Себастьян.

— Знание не всегда зло, — сказал Диего.

— Знание — это инструмент. Как нож. Им можно резать хлеб, а можно — людей.

Диего вспомнил свои знания. Методы карантина, дедукцию, методы понимания человеческой души. Все это помогало ему здесь. Но помогало и другим — тем, кто хотел использовать знания во зло.

— Ты думаешь, брат Себастьян знает, кто я? — спросил он.

— Знает. Если он ученик Лекаря, то знает. Может, поэтому он здесь.

— Ждет нас?

— Или тех, кто придет за ним.

Диего помолчал.