Михаил Окользин – Проблеск (страница 1)
Михаил Окользин
Проблеск
Глава 1. Женщина в башне
Солнце ворвалось в спальню без спроса — разрезало пространство острыми лезвиями света, заставило зажмуриться. Анна поморщилась, не открывая глаз. Пятьдесят четвёртый этаж, восточная сторона башни «Федерация» — здесь солнце било прямо в лицо каждое утро, и никакие шторы блэкаут не спасали, если забыть их задёрнуть. А она забыла. Вчера было поздно. Вернее — сегодня было рано.
Тело ощущалось чужим. Тяжёлым. Она провела языком по нёбу — сухость, металлический привкус, как после долгого перелёта. Рядом шевельнулся кто-то.
Артём. Или Арсений. Она никогда не запоминала с первого раза.
Анна повернула голову на подушке. Да, Артём. Молодой дизайнер из бюро, которое делало им ребрендинг в прошлом квартале. Двадцать шесть лет, широкие плечи пловца, татуировка-рукав на левой руке и удивительная готовность отзываться на её звонки в любое время суток. Он был удобным. Как доставка еды. Как каршеринг. Как всё в её жизни.
— Доброе утро, — пробормотал он, не открывая глаз, и потянулся к ней.
Анна перехватила его руку:
— Кофе.
Артём замер, потом усмехнулся и сел на кровати. Простыня сползла, обнажая его живот с чёткими кубиками пресса. Раньше это её заводило. Сейчас она смотрела на него как на дизайн-проект: линии чистые, пропорции соблюдены, эргономика на уровне.
— Ты всегда такая романтичная по утрам? — он потянулся за телефоном на прикроватной тумбе.
— Я всегда такая. Кофе.
Артём хмыкнул и пошёл на кухню. Анна проводила его взглядом — высокий, пластичный, с узкими бёдрами и широкими плечами. Красивая спина. Хорошая кожа. От него пахло её гелем для душа.
Она села в кровати и оглядела спальню. Серый бетон стен, панорамное окно во всю стену, белое постельное бельё без единой складки. Минимализм, доведённый до абсолюта. Квартира напоминала дорогой отель, в котором никто не живёт постоянно. Что, в общем-то, было правдой.
Зазвонил телефон.
— Да, — Анна прижала трубку плечом к уху, одновременно нашаривая тапочки.
— Анна Викторовна, совещание в десять перенесли на девять тридцать. И ещё — звонок из Лондона, Саймон хочет подтвердить цифры до открытия торгов.
— Пусть пришлёт на почту. Я посмотрю в машине.
— Вас прислать машину?
— Я сама.
Она сбросила вызов и встала. Тело отозвалось привычной ломотой в пояснице — слишком много часов за рулём на прошлой неделе, слишком много сидения в офисном кресле. Когда-то у неё был личный водитель, но она отказалась: любила контроль. Контроль над рулём, контроль над маршрутом, контроль над временем.
Артём появился в дверях спальни с чашкой кофе. Эспрессо, без сахара, ровно сорок миллилитров. Она не говорила ему, как она пьёт кофе. Он запомнил сам. Молодец.
— Во сколько у тебя встреча? — спросил он, прислонившись плечом к дверному косяку.
— У меня всё расписано.
— Понял. — Он улыбнулся уголком губ. — Тогда я в душ и исчезаю?
— Да.
Он не обиделся. Может, привык. Может, ему было всё равно. Может, он тоже использовал её — как строчку в резюме, как интересный опыт, как историю для друзей.
Анна взяла чашку и подошла к окну. Внизу Москва лежала как на ладони — игрушечная, ненастоящая, расчерченная линиями дорог. Москва-река блестела свинцом. Вдалеке поднимались новые башни Сити — стеклянные, зеркальные, отражающие небо и друг друга. Город, который никогда не спит и никогда не заканчивается.
— Красиво, — сказал Артём, выходя из душа. Полотенце на бёдрах, волосы мокрые, капли воды на плечах.
— Привыкаешь.
— К красоте нельзя привыкнуть.
— Можно ко всему.
Он одевался молча, и Анна наблюдала за ним краем глаза. Красивое тело. Молодое, сильное, жадное до жизни. Когда-то она тоже была такой. Лет пятнадцать назад. Может, больше.
— Я позвоню? — спросил Артём, стоя у входной двери.
— Не надо.
Он помедлил, потом кивнул. Никакой драмы. Никаких обид. Современные люди, свободные отношения, никаких обязательств. Анна сама установила эти правила много лет назад и ни разу их не нарушала.
Дверь закрылась. Тишина.
Она допила кофе и подошла к зеркалу в полный рост, вмонтированному в стену гардеробной. На неё смотрела женщина тридцати семи лет. Высокая, стройная, с хорошей кожей и дорогим уходом. Волосы — каскад до плеч, цвет «тёмный блонд», идеальная укладка, которую она обновляла каждые три дня в салоне. Лицо — правильные черты, острые скулы, тонкий нос. Глаза серые, холодные, как море в ноябре. Безупречный макияж: тон, пудра, тушь, помада нюдового оттенка. Ничего лишнего.
Она разделась и осмотрела себя в зеркале. Тело всё ещё было хорошим — фитнес три раза в неделю, массаж, бассейн. Грудь небольшая, но подтянутая. Талия узкая. Бёдра округлые. Живот плоский. Только тонкая сеточка растяжек на внутренней стороне бёдер — след давней беременности. Единственная метка. Единственное напоминание.
Анна отвернулась. Натянула бельё — комплект La Perla, чёрный, шёлковый. Брючный костюм Max Mara, белая блузка, туфли на шпильке. Часы Cartier. Серьги Tiffany. Сумка Birkin.
Образ был закончен. Железная леди. Снежная королева. Женщина, у которой есть всё.
Она спустилась на подземный паркинг, села в чёрный Porsche Cayenne, включила зажигание. Салон пах кожей и её духами. Маршрут был привычным: выезд на Третье кольцо, потом в сторону центра, к офису на Якиманке. Двадцать минут, если без пробок.
В пробках Москва стояла всегда, но Анна умела их просчитывать. Она выезжала раньше, возвращалась позже. Она не теряла времени.
В машине она включила громкую связь и позвонила Лене.
— Привет, — голос подруги был приглушённым. — Я не могу сейчас говорить.
— Что случилось?
— Ничего. Кирюха заболел, температура под сорок, я вся на нервах. — В трубке послышался детский плач. — Слушай, давай я перезвоню?
— Конечно.
Короткие гудки.
Анна смотрела на дорогу. У Лены было трое детей. Трое. Десять, семь и четыре года. Муж работал системным администратором в какой-то госструктуре, получал копейки. Жили они в трёшке на Люблино, которую Ленины родители купили им в ипотеку. Каждый раз, когда Анна приезжала к ним в гости, она чувствовала приступ удушья. Тесная прихожая, заваленная обувью. Детские крики. Разбросанные игрушки. Вечный запах борща и стирального порошка.
Лена казалась счастливой. Искренне счастливой. Это было необъяснимо.
Пробка рассосалась неожиданно. Анна нажала на газ, Porsche послушно рванул вперёд. Она поймала своё отражение в зеркале заднего вида — холодная женщина в дорогой машине, и эти глаза — серые, как ноябрьское море.
«Я счастлива», — сказала она себе. — «У меня есть всё».
Но где-то глубоко, под рёбрами, под гладкой оболочкой из шёлка и уверенности, что-то сжалось. Что-то маленькое и тёмное. Как будто она забыла выключить утюг. Как будто она забыла что-то важное. Что-то самое главное.
Она тряхнула головой и прибавила звук радио. Оттуда лился сладкий голос, певший о любви. Анна переключила на новости.
Глава 2. Чужие семьи
Совещание закончилось в двенадцать. Анна вышла из переговорной, на ходу диктуя помощнице список поручений. Девушка — молоденькая, старательная, с испуганными глазами — семенила рядом и отчаянно строчила в планшете.
— Саймону направить цифры с пометкой «конфиденциально». Встречу с юристами перенести на четверг. И найдите мне новый ресторан для ужина с партнёрами — итальянская кухня их утомила.
— Что-нибудь паназиатское?
— Японское. Но не «Новиков». Что-нибудь новое. Сами поищите.
Девушка кивнула и исчезла за поворотом коридора. Анна проводила её взглядом. Двадцать три года, красный диплом МГИМО, амбиции, готовность работать по четырнадцать часов в сутки. Интересно, думала Анна, какой она станет через пятнадцать лет? Такой же, как я? Или у неё хватит ума вовремя остановиться?
Она отогнала эту мысль и направилась в свой кабинет.
День катился по накатанной — звонки, письма, согласования. Анна разрулила конфликт с налоговой, продавила скидку от поставщиков, уволила начальника отдела продаж, который провалил квартальный план. Мужчина просил дать ему шанс, говорил про ипотеку, про жену в декрете. Анна слушала его ровно минуту, потом сказала: «Бизнес — не благотворительность». Он вышел с серым лицом.
К пяти часам она почувствовала странное беспокойство. Обычно работа высасывала её досуха, и к вечеру оставалось только доползти до машины и доехать до квартиры. Но сегодня что-то пошло не так. Телефон звякнул — сообщение от Лены.
«Кире лучше. Приезжай сегодня? Посидим, поболтаем. Соскучилась :)»