Михаил Леднев – Древний мир / Код ушедших: Книга вторая. Принцип неопределённости (страница 6)

Направление было очевидно – на северо-восток, вверх по течению ручья. Туда, откуда выползли эти твари и откуда дул лёгкий ветерок, несущий этот техногенный аромат.

«Искать укрытие в зоне активной угрозы. Гениально, Бобырёв. Прямо учебник по выживанию», – саркастически заметил внутренний голос.

Но отступать сейчас – значило тащиться через километр заражённого леса с постоянно кровоточащей раной, подставляя себя возможной погоне. Нет. Нужна оперативная база. Хоть на час.

Он сделал несколько шагов, опираясь на «Лучник», использованный как посох. Восприятие, повышенное до уровня 5, выхватывало детали: неестественно прямую линию скальных выходов слева, сгущение мицелия у подножия, отсутствие мелкой фауны…

– Там, – указал он Тени. – Скалы. Должен быть разлом, пещера, что угодно. Идём тихо.

Двигаться пришлось медленно, с частыми остановками. Каждый неверный шаг, каждое напряжение мышц живота отзывалось пронзительной болью. Рубаха под самодельной бронёй была мокрой и липкой. «Минус один HP. Принято к сведению».

Скалы оказались не просто выходом породы. Это была стена – слишком ровная, слишком вертикальная, с углами, близкими к девяноста градусам. Работа воды? Или чья-то ещё? Видение Сути молчало, не находя активных магических следов, лишь отмечая «аномальную геометрию».

У основания, почти полностью скрытый ковром жёлтого мицелия, зиял чёрный провал. Небольшой, метра полтора в высоту.

– Привет, новое зловещее отверстие в земле, – пробормотал Виктор, доставая из поясного мешочка одну из энергоячеек. Её заряд был на критических 8%, но для простой световой вспышки хватило бы. Он приладил ячейку к щипцам Ушедших, настроил на рассеянный свет.

Бледно-голубое сияние осветило внутренность. Это была не пещера, а… комната. Небольшая, квадратная, со сколотыми, но явно обработанными стенами. В углу валялись обломки керамики, похожей на части трубы. Никакой органики, никаких следов недавнего пребывания тварей. Пол был чист, если не считать слоя обычной пыли.

– Руины. Опять они. Ладно, хоть не логово Клыков.

Он пропустил вперёд Тень. Пума, прижав уши, бесшумно скользнула внутрь, обнюхала каждый угол и издала короткий, одобрительный рык. «Чисто. Старый запах. Камень, пыль».

Виктор вполз внутрь, с трудом сдерживая стон. Пространство было около трёх на три метра. Потолок – чуть выше его роста. Идеально.

– Первым делом – дверь. Вернее, заслонка.

Он снял с себя рюкзак, вытащил ручной вибрационный отбойник Ушедших и один из «Якорей стабильности». Пять минут работы – и вход был завален крупными обломками камня, скреплёнными магией Якоря в подобие баррикады. Не идеально, но для временного убежища сойдёт. Якорь, установленный в центре комнаты, создавал слабое, но ощутимое поле спокойствия – в нём даже боль притупилась на пол-единицы.

Теперь можно было заняться собой.

Снятие брони и куртки было похоже на сложную пытку. Ткань присохла к ране. Пришлось смачивать водой из фляги и медленно, пласт за пластом, отделять. Когда он наконец увидел повреждение, внутренний технократ тут же включился в анализ.

Входное и выходное отверстия, примерно в сантиметр диаметром. Края рваные, но без признаков активного кровотечения – только сочится. Гематома вокруг, уже цветущая сине-багровым. Признаков кристаллизации или заражения мицелием – нет. Пока.

– Ладно, коллега, – обратился он к своей плоти, как к неисправному механизму. – Дезинфекция, ушивание, регенерация. Стандартный протокол.

Из медицинского набора пошли спирт (огненная вода, добытая у углекопов), игла из обломка арбалетной стрелы, обработанная в пламени, и нитки из прочных кишок того же гоблина. Хирургом он не был, но базовые навыки полевой медицины подсказывали порядок действий.

Процедуру он провёл на автомате, отключив эмоции, как неисправный модуль. Влить спирт в рану. Прошивать. Затягивать. Дышать ровно и не смотреть на дрожащие руки. Когда всё было закончено, он активировал «Простейшую активизацию регенерации», подкрепив её фракционным кристаллом Земли.

Тёплая волна прошла по телу, и боль наконец отступила до терпимого фонового гула. Система обновила статус: «Статус: Зашитая колотая рана. Риск инфицирования: средний. Потеря HP: остановлена. Эффект: «Скованность» (-10% к Ловкости) сохраняется. Регенерация активна (12 часов)».

Выдох. Первый этап пройден.

Он откинулся на холодную стену, закрыл глаза, дав себе минуту просто дышать. В тишине руин слышалось лишь тяжёлое дыхание Тени и его собственное.

– Неплохо устроились.

Голос прозвучал прямо над ухом.

Виктор не дёрнулся. Он медленно открыл глаза и повернул голову. На одном из выступов стены, свесив ноги, сидел Хануман. Капуцин чистил апельсин. Откуда у него в заражённом лесу взялся апельсин – было вопросом, на который Виктор предпочёл не искать ответ.

– Приветствуем, – хрипло сказал Виктор. – Решил присоединиться к нашему скромному лагерю?

– Скучно стало, – обезьяна откусила дольку, смачно чавкнув. – Ты там ковырялся в своей дыре, эта кошка спит. Царю требуется развлечение. Или дань. Дань – лучше.

На голове Ханумана по-прежнему красовалась корона, собранная из обломков фольги, проволоки и чего-то блестящего, похожего на стекло. Его маленькие, умные глаза с любопытством изучали якорь стабильности.

– Дань? – Виктор покосился на свой скромный инвентарь. – Могу предложить… высохшее мясо гоблина. Или великолепный вид на жёлтый грибок.

Хануман скривился.

– Фу. У царя есть стандарты. – Он указал пальцем с длинным ногтем на мешочек с кристаллами Металла, торчащий из рюкзака Виктора. – Вот это. Блестит. Похоже на мою корону. Дай два.

– Это не украшение, – отрезал Виктор. – Опасный инструмент. Могу дать один… в обмен на услугу.

Глаза капуцина сузились.

– Какая услуга?

– Разведка. Вон там, – Виктор кивнул в сторону, откуда шёл запах металла. – Нужно знать, что нас ждёт. Ты умеешь быть невидимкой. Сходи, посмотри. Один кристалл – за информацию. Второй – если информация спасёт нам жизни.

Хануман задумался, обсасывая пальцы. Потом резко прыгнул вниз, приземлившись бесшумно, как падающее перо.

– Договорились, двуногий! – Он протянул лапу. – Давай аванс. Для вдохновения.

С неохотой Виктор достал один кристалл. Обезьяна схватила его, повертела перед глазами, потом сунула за щёку, где тот неестественно легко поместился.

– Жди! – И он растворился. Не просто убежал – образ его поплыл, исказился и исчез, будто его и не было. Лишь лёгкое шевеление пыли у входа выдало его уход.

– Иллюзии, влияющие на восприятие реальности, – прошептал Виктор, глядя на пустое место. – Полезно. И чертовски опасно.

Теперь, оставаясь наедине с Тенью, он мог оценить обстановку. Энергоячейка «Лучника» – 94%. Ещё одна – 41%. Две почти пусты. Фугасов осталось два. Еды – на два дня, если экономить. Воды – полная фляга. Состояние – стабилизированное, но далёкое от боевого.

«Варианты, – мысленно перебирал он. – Первый: дождаться Ханумана, получить данные и, если угроза непреодолима, отступать к Укрытию. Риск: путь назад долгий, мы на запахе крови. Второй: если цель близко и уязвима – действовать быстро, пытаться нейтрализовать источник тумана. Риск: нарваться на нечто большее, чем колония насекомых. Третий…»

Третий вариант был самым амбициозным и самым безумным. Использовать то, что он уже нашёл здесь. Руины. Если это часть комплекса Ушедших, даже небольшая, в ней может быть что-то полезное. Источник энергии. Данные. Оружие.

Он взял диагностический стержень и направил его на стены. Прибор, обычно молчавший, издал тихий, прерывистый писк. На его тусклом экране замерцали строки не на языке Консорциума, а на том самом, угловатом наречии Ушедших.

«Суб-узел: Мониторинг геологической стабильности. Статус: Неактивен. Питание: Отсутствует. Локальное хранилище данных:… Повреждено. Попытка доступа…»

Виктор замер. Локальное хранилище данных. Повреждено – не значит уничтожено.

– Тень, – сказал он, не отрывая глаз от стержня. – Кажется, нам выпал шанс немного… подзарядиться. В прямом и переносном смысле.

Он ухмыльнулся. Боль, усталость, абсурдность ситуации – всё это смешалось в странное, почти эйфорическое ощущение. Он снова был на пороге открытия. На краю пропасти, но с отвёрткой в руках.

И где-то там, в синеве тумана, ждал ответ на вопрос, что же именно пожирает этот мир. А может быть, ждал и сам Пожиратель.

Верный своей природе, Хануман вернулся так же внезапно, как и исчез. Один миг – пустота, следующий – капуцин сидит на том же уступе, только теперь в лапах у него был не апельсин, а странный, блестящий предмет, похожий на сломанный шестерёнку с жидкой сердцевиной.

– Твои кристаллы никуда не годятся, – заявил он, плюнув к ногам Виктора тот самый кристалл Металла. Он был теперь матовым и потрескавшимся, будто из него высосали всю энергию. – Вот это – да! – Он потряс шестерёнкой. – Жужжит! И внутри переливается!

Видение Сути сработало мгновенно: «Артефакт Ушедших: Кинетический накопитель-редуктор. Состояние: сильно повреждён, целостность энергетической матрицы 23%. Способен накапливать и преобразовывать кинетическую энергию в магический импульс низкой чистоты. При разрушении возможен выброс энергии, эквивалентный заряду «Гремучего Горшка».»

– Отлично, – сухо сказал Виктор, протягивая руку. – Мой аванс испорчен. Информация в обмен на… эту штуковину. И оставшиеся кристаллы. Без вариантов.