Михаил Ланцов – Вздох (страница 38)

Хогарт кивнул.

– Это невероятно, но если мы правы, на совести этого ублюдка действительно смерть собственной матери.

– Хана Зайицова годами молчала, хотя знала, что ее муж делал с Михой в его кабинете, – напомнила ему Ивона.

– Оправдывает ли это убийство?

Ивона грустно посмотрела на него.

– Попробуйте задать этот вопрос человеку, который много лет подвергался сексуальному насилию со стороны своего отца.

Хогарт недоверчиво посмотрел на нее.

– Вы его защищаете? На его совести, наверное, смерть пяти женщин!

– Я не защищаю, но я вижу и другую сторону. Его детскую душу годами мучили. Если вы меня спросите, его насильно сделали тем, кто он есть сегодня.

– Я вас не понимаю. Сначала вы хладнокровно заключили сделку, сдав убийцу Греко, а теперь жалеете его? Как вы думаете, что Греко сделает с Михой? Пригласит на кофе с пирожными?

Глаза Ивоны заблестели.

– Когда я заключила сделку с Греко, я о существовании Михи даже не подозревала! Вам не приходит в голову, что уже жалею о своем решении? Это единственное, о чем я думаю со вчерашнего дня.

Хогарт молчал.

– Хотя мне очень больно, но такова была договоренность, – добавила Ивона чуть тише. – В любом случае, думаю, мы могли бы сдать Миху полиции. Как только фургон Михи осмотрят криминалисты, они гарантированно найдут следы похищенных и убитых женщин. К тому же отпечаток обуви Михи совпадет со следом на черном бархате. Тогда у прокурора будет достаточно улик, чтобы предъявить ему обвинение.

Она потянулась за мобильным телефоном.

– Вы тоже так считаете?

– Сто процентов.

Хогарт пожал плечами. Для него дело было закрыто – почти закрыто, потому что, как выяснилось, женщин убил Миха, а значит, он виновен в смерти Александры Шеллинг.

Этот ублюдок знал, где находятся ее чемодан и недостающие части тела.

С тяжелым сердцем Ивона включила мобильный телефон.

– Я позвоню Греко, а если не ответит, то Дмитрию.

Сердце Хогарта на мгновение замерло.

– Подождите, подождите!

– Почему?

– Я думал, мы сдадим Миху полиции, и она его арестует.

– Вы серьезно думаете, что я предам Греко? – Ивона глубоко вздохнула. – Я позвоню Греко и назову ему имя Михи. Потом сразу же позвоню Новачеку. Надеюсь только, что полиция найдет его раньше Греко.

– А если нет? Мы оба знаем, что это значит! – возмутился Хогарт. – Парень будет мертв в течение часа. Помимо того, что это будет хладнокровное убийство, мы потеряем самую горячую зацепку, которая у нас есть по второму убийце. Сомневаюсь, что детективы смогут установить личность второго убийцы до следующего убийства, даже если они допросят Миху, но есть хотя бы шанс. Не звоните Греко!

– Невозможно. Может, в Вене иначе, но здесь лучше придерживаться достигнутых договоренностей, поверьте мне. – Голос Ивоны дрожал. Она открыла контакты телефона, но прежде чем успела набрать номер Греко, мобильный зазвонил.

На дисплее высветился номер.

– Веселый! – воскликнула она. – Может быть, он еще что-нибудь придумал.

Она поднесла телефон к уху.

– Иероним?

В следующее мгновение она побледнела и поспешно подозвала Хогарта поближе и протянула ему телефон, чтобы он мог слышать.

Голос Веселого дрожал от страха.

– …И он говорит, чтобы я передал вам, что я последняя фигура, белый слон…

Он попытался что-то добавить, но его прервали. Телефон замолчал.

Ивона безвольно уронила руку.

– Веселого похитили. Он умрет, – глухо сказала она. – Но зачем убийца просил его позвонить? Он что, играет с нами в какую-то игру? Он считает себя умнее нас? Но мы-то знаем, что убийца – Миха!

Хогарт с сомнением нахмурился.

– Веселый начал свое сообщение словами: «Он говорит, чтобы я передал вам…» – пробормотал он. – Но Миха не может говорить.

Ивона прикусила губу.

– Значит, Веселого похитил другой убийца. Я позвоню Греко. Дмитрий и его люди должны схватить Миху и заняться им, потому что сейчас он – наша единственная зацепка.

– Подождите, подождите, подождите.

Хогарт положил руки на плечи Ивоны, чтобы ее успокоить.

– Мы не должны выдавать его Греко именно потому, что он наша единственная зацепка, – решительно возразил он. – Мы чертовски близки к разгадке. Давайте обдумаем все спокойно. Всего одну минуту.

Ивона молча смотрела на него.

– Итак, мы можем с уверенностью сказать, что Миха – первый из двух преступников, убивший женщин, потому что он левша, и у нас есть отпечаток его обуви на черном бархате. Во-вторых, мы можем предположить, что он знает другого убийцу, который убивает мужчин, потому что они, должно быть, об этом договорились. Теперь только этот сообщник совершит еще одно убийство, и Веселый станет его последней жертвой.

– Этот сукин сын все это время за нами следил, и в Пражском Граде, и на кладбище, и, вероятно, здесь тоже. Теперь он похитил Веселого! – На глаза Ивоны навернулись слезы. – Черт возьми, что мы скажем жене и сыну Веселого? «Мы сожалеем, что ваш муж погиб из-за нас»?

Ивона вытерла слезы со щеки.

– Мой брат выбьет из Михи всю правду!

– Не выйдет! Миха – сумасшедший. Ондржей никогда не сможет заставить его говорить, даже если переломает ему все пальцы или выбьет дерьмо из его мозгов.

Ивона посмотрела на него.

– Вы даже не представляете, на что способен Ондржей.

В ее взгляде читался не только панический страх за Веселого, но и гнев на саму себя.

Внезапно она перестала понимать измученную душу Михи. Хогарт понял, что ее раздирают эмоции. Тем важнее было самому сохранять хладнокровие, прежде чем все окончательно выйдет из-под контроля из-за крошечной ошибки.

Хогарт глубоко вздохнул.

– Михе нечего терять. Его работа уже выполнена, его ходы закончены. За свои сбитые фигуры он символически совершил пять убийств. В любом случае он победитель. Он ничего нам не расскажет.

– Тогда этим займется отдел уголовного розыска.

Пальцы Ивоны застыли над клавишами мобильного телефона. Она уже собиралась позвонить Новачеку. На дисплее даже высветился его сохраненный номер.

– Не совершите опрометчивого шага! – призвал Хогарт. – Мы не вправе все испортить. Подумайте! Что сделает Новачек после того, как вы ему позвоните? Полиция продержит Миху под стражей два дня. Это нам никак не поможет. Наоборот, ухудшит наше положение. Мы знаем, что преступник всегда убивает своих жертв только накануне первого числа месяца, так что у нас остается весь завтрашний день. Если второй убийца узнает, что мы арестовали Миху и так близки к поимке его самого, он немедленно убьет Веселого, прежде чем Миха успеет что-либо рассказать о плане. А потом он исчезнет навсегда.

– А что нам еще делать? – воскликнула Ивона. – Мы не можем просто позволить ему разгуливать на свободе.

– Да. Это гонка со временем, но у нас есть только один шанс: мы звоним Новачеку, но он должен оставить Миху на свободе. Сотрудники уголовного розыска смогут только следить за ним, устанавливать в его доме подслушивающие устройства и перехватывать его электронные письма. Только так мы сможем выйти на след второго преступника или найти зацепку, где он прячет жертву.

– Вы понятия не имеете, как здесь все устроено, – запротестовала Ивона. – Сначала Новачек должен убедить своего начальника в необходимости слежки. Потом Морак должен представить всю процедуру прокурору, который затем получает ордер в суде. Обычно это происходит не раньше, чем через неделю.

– Но Иероним Веселый – не кто-нибудь, он – гордость нации. Если за дело возьмется Новачек, решение может быть принято неофициально в течение часа.

– Вот черт, если об этом узнает Греко, мне конец, а если Веселый умрет, я буду гореть в аду. – После недолгого колебания она набрала номер Новачека.