Михаил Гужаковский – Фэнтези на любой вкус. Часть 1 (страница 28)

ответил: «Память – это малость,

что греет. Больше ничего

не нужно мне». И он шагнул,

оставив позади тот зов,

и сладкий яд воспоминаний

исчез, как тень от облаков.

Беру перо, что обманул

уже не раз покой основ,

ведь в этом мире меланхолика

спасает лишь его любовь,

что, как любовь у католика

к святыне, очищает кровь.

И рифма, вечная заступница, —

есть та единственная новь,

что, как весенняя распутица,

смывает старую любовь,

даруя новую. И вновь, и вновь

я пью чернила, как отшельница,

что пьёт святую воду. Вновь

я верю в рифму, как в кудесницу.

[26.06, 12:09] brainxd555: Сказание о Зеркальной Горе (Продолжение)

[Песнь вторая: Отражения]

[Строфа 1]

Мой друг, гора была как чудо,

Из цельного кристалла вся,

И отражала отовсюду

И небеса, и лес, и вся

окрестность в ней жила, покуда

не гасла алая стезя

заката. Словно изумруда

осколок, что забыть нельзя,

она манила. И оттуда

струился свет, по льду скользя,

и юноша не знал, откуда

в нём столько сил, чтоб, не скользя,

начать свой путь, где блики-лики

его врагов, друзей, родных

мелькали, словно в быстрой книге

картинок, ярких и цветных.

Беру перо, что на столике

лежит, как старый, верный друг,

ведь в этом мире меланхолика

спасает лишь надежды круг,

что, как в руках у рукодельницы,

сплетает нити всех разлук.

И рифма, вечная заступница, —

есть самый преданный мой друг.

Она – мой пастырь, моя мельница,

что мелет зёрна горьких мук.

Она одна моя свидетельница,

когда смолкает каждый звук.

[Строфа 2]

Мой друг, он сделал шаг, и тотчас

Увидел в зеркале себя —

Не тем, кем был, но тем, кто тотчас

Мог стать, корону возлюбя.

Он видел власть, что, не заботясь

О правде, тешила себя

Богатством, золотом, и, метясь

На трон, губила, не скорбя.

Виденье лгало, с ним не споря,

Сулило славу без труда.

Но он, прошедший через горе,

Сказал той лести: «Никогда!»

И отраженье растворилось,