Михаил Ермолов – Опера в Мариинском театре. Книга вторая. Из дневника 2024-2025 годов (страница 17)

«Твой рот Иоканаан, краснее, чем ноги тех, кто жмет виноград в давильнях. И чем ноги голубей, тех священных птиц, что живут при храмах. Твой рот, как ветка коралла, та, что ласкает наш взор. Он как пурпур рудников Галилеи – пир цвета для глаз царей. Нет ничего, что красней, чем твой рот. Дай мне поцеловать этот рот».

И это чудовище Саломея, поскольку Иоканаан отвергает с проклятьями ее претязания, добивается, чтобы тетрарх Ирод отдал приказ обезглавить Иоканаана, и, заполучив эту окровавленную голову, Саломея, наконец-то, получает возможность целовать этот рот у отрубленной головы, удовлетворяя таким образом свою страсть. Это происходит в большинстве постановок этой оперы во всем мире, но в этой постановке все эти скандальные вещи решили убрать. Ну, вот не зачем постановочно решать такие сложные задачи, вот поют вокалисты партии, размещенные по каким-то ячейкам или дырам, и достаточно. Главное тренировка вокальных партий и тренировка оркестра. А решать сложнейшие постановочные задачи, стоящие при исполнении этой оперы в большинстве оперных театров…… А вот этого не надо. А эти целования отрубленной головы представлены на сценах многих крупнейших оперных театров на глазах пары тысяч зрителей, но не в этой, так называемой, постановке Мариинского театра. Так что с некрофилией решили в Мариинском театре не играть. Некрофилия – в чистом виде, а некрофилия, если кто не знает, это труполо́жество, – любовь ко всему мёртвому, в многочисленной литературе выраженная как парафилия, являющаяся извращенным половым влечением к трупам. Есть оказывается и такой род половых извращений.

В христианских евангелиях, как и в иудейской библии, ничего подобного и близко нет, а вот Оскар Уайльд, извращенец, осужденный лондонским судом, как говорится «отвел душу», переврав евангельский сюжет. Между прочим, в сюжетах Нового завета, у Матфея, у Марка, отрубить голову требует не Саломея, как у Уайльда, – между прочим имя Саломея вообще отсутствует в текстах евангелий, – а мать Саломеи, жена Ирода Иродиада, за то, что Иоанн Креститель прилюдно клеймит ее позором, за ее склонность к прелюбодеянию чуть ли не со всеми подряд:

«Где та, что… отдавалась ассирийским вождям? Где она, что приглашала юношей Египта в свою постель, отдаваясь всем, всем, кто обладал щитом из злата и мечом в серебре, всем, кто был рослым и статным…Господь готов к ее покаянью. Пускай приходит, ибо вся она – скверна. Пусть придет, ибо бич господа над ней».

И Саломея, как обозначено в Евангелии от Матфея, по наущению своей матери, той самой Иродиады, жены Ирода, требует у Ирода голову Иоанна Крестителя, и когда его казнят, эту голову Саломея немедленно передает своей матери, а не совершает с этой головой кощунственные сексуальные действия, как это происходит в пьесе извращенца Оскара Уайльда, и опере Рихарда Штрауса, горячо откликнувшегося на этот паталогический сюжет Уайльда. А у О. Уайльда и Р. Штрауса развратная Саломея с разыгравшимися эротическими фантазиями, сначала желает целовать в губы еще живого Иоанна Крестителя, а когда тот с негодованием отвергает ее мерзкие претензии, Саломея, обворожив Ирода своим развратным «Танцем семи покрывал», требует уплаты – голову Иоканаана. В Мариинке решили оградить зрителей от такого рода патологических страстей, ограничившись, по сути, концертным исполнением, с некоторыми элементами бессмысленных декораций, и бессмысленных же костюмов. И танец «Семи покрывал» присутствует только в виде какой-то мало убедительной медиа графики.

И Ирод вынужден казнить Иоанна Крестителя (в опере Иоканаана), поскольку перед танцем Саломеи Ирод клятвенно, и в присутствии своих гостей на его Дне рождения, обещал выполнить любое желание Саломеи. И Саломея, станцевав в некоторых постановках оперы Р. Штрауса свой эротико-развратный танец, требует уплаты – предмет своей страсти, голову Иоанна Крестителя. И при чем здесь Евангелия от Матфея, Марка и Луки?

Вот как сюжет изложен в Евангелии от Матфея:

«Ирод посадил Иоканаана в темницу за Иродиаду, жену брата своего Филиппа, (которая теперь стала женой самого Ирода и которую прелюдно клеймит Иоканаан за прелюбодеяние). Иоканаан говорил Ироду: не должно тебе иметь её. И вот во время празднования Дня рождения Ирода, дочь Иродиады плясала перед собранием и угодила Ироду, и он, с клятвою, обещал ей дать чего она ни попросит. По наущению матери своей (а не по собственному желанию), она сказала: дай мне на блюде голову Иоанна Крестителя. Ирод опечалился (поскольку побаивался этого пророка Иоанна, популярного в народе) но, ради клятвы повелел дать ей. И послал отсечь Иоанну голову в темнице, и принесли голову его на блюде и дали девице, а она отнесла матери своей».

А Уайльд понапридумывал в соответствии со своими, не совсем здоровыми, мягко говоря, эротическими фантазиями целование отрубленной головы Иоканаана Саломеей, как предмета ее страсти, между прочим, явно порочащими, и Библию, и христианство. Поди там разберись что понаписано в так называемом Священном писании. Хотя и в иудейской Библии, так называемом Старом завете, и в Евангелиях, Новом завете, много чего откровенно экстремистского и половоизвращенческого, но почему то никто не решается занести эту литературу в категорию экстремистской, как никто не спешит занести в категорию экстремистской и многие священные книги иудейской религии, где немало еще большей разнузданности, в сравнении с признанной христианами Библией.

Как видим, казнь Иоанна производится, согласно Евангелию от Матфея, по наущению Иродиады, а совсем не Саломеи. И где же здесь преступная страсть Саломеи к отрубленной голове Иоанна Крестителя, придуманная не совсем адекватным в своих фантазиях Уайльдом, и позаимствованная Рихардом Штраусом для своей оперы «Саломея»? Видимо, расчет был на скандальность такого сюжета, что и произошло на самом деле. И скандальность этого сюжета помогла Р. Штраусу стать обладателем неплохой виллы в Гармишпартенкирхене, в которой он и прожил до конца своих дней. А земной путь свой Р. Штраус закончил уже после Второй мировой войны в 1949 году, спустя более 40 лет после премьеры «Саломеи».

А в Евангелии от Марка этот сюжет, с отсечением головы у Иоанна Крестителя, приведен следующим образом:

«Ирод, заключил Иоканаана в темницу за Иродиаду, жену брата своего Филиппа, потому что Ирод женился на ней. Иоанн говорил Ироду: не должно тебе иметь жену брата твоего……

Ирод, по случаю дня рождения своего, делал пир вельможам своим, тысяченачальникам и старейшинам Галилейским, а дочь Иродиады вошла, плясала и угодила Ироду и возлежавшим с ним; царь сказал девице: проси у меня, чего хочешь, и дам тебе; и клялся ей. Она вышла и спросила у матери своей: чего просить? Та отвечала: головы Иоанна Крестителя. И она тотчас пошла с поспешностью к царю и просила, говоря: хочу, чтобы ты дал мне теперь же на блюде голову Иоанна Крестителя. Царь опечалился, но ради клятвы и возлежавших с ним не захотел отказать ей. И тотчас, послав оруженосца, царь повелел принести голову его. Он пошёл, отсёк ему голову в темнице, и принёс голову его на блюде, и отдал её девице, а девица отдала её матери своей».

Опять же никаких намеков на якобы извращенные эротические фантазии Саломеи не наблюдается.

В общем, Рихард Штраус расчетливо взялся за более чем скандальный сюжет Оскара Уайльда – прямо надо отметить, ну, неравнодушен был Рихард Штраус, как и Оскар Уайльд, ко всяким извращениям с точки зрения нормального человека. И эта пьеса Оскара Уайльда вдохновила Штрауса, и была написан опера «Саломея», которая своей скандальностью привлекла существенное обшественное внимание, особенно интеллигенции, как кто-то сказал «гнилой интеллигенции», и Рихард Штраус от доходов от этой оперы, еще раз повторю, построил себе неплохую виллу в Гармишпартенкирхене, где и прожил вплоть до своей смерти, которая случилась по прошествии немалого количества лет, уже после окончания Второй мировой войны. А сам Р. Штраус появился на свет еще до восстановления Германской империи после франко-прусской войны 1871 года. И не смотря на сомнительные заигрывания Р. Штрауса с темой смерти в своих произведениях, сам он не торопился в объятия этой «дамы с косой», но соблазняя этой тематикой неуравновешенных любителей его творчества.

Несколько слов надо сказать о политической обстановке, которая не может быть не связана с появлением такой оперы, как «Саломея».

Уместно напомнить, что возрождение Германской империи в 1871 году произошло по замыслу крупнейших европейских банкиров, задумавших создать крупное государство, которое сможет воевать с царской Россией, которую следовало расчленить, поскольку Россия пугала своей огромностью и непредсказуемостью в мировой политике. И этот процесс разрушения России, прежде всего финансовыми инструментами, продолжался порядка ста лет, и завершился в 1917 году. Однако, вскоре, на обломках той царской России, неожиданно для планировщиков, образовалась новая версия исторической России, в виде могучего Советского Союза. И это действительно удивило и озадачило многих. В 1917 году – развалины, а в 1945 году, не прошло и тридцати лет, перед всем миром предстала сверхдержава с претензией на мировое господство. В таком мощном виде, пожалуй, впервые за всю свою историю, то ли тысячелетнюю, то ли много тысячелетнюю. Как считать. И план уничтожения уже новой исторической России в виде могучего СССР бы снова запущен по окончании Второй мировой войны, и завершился в 1991 году. Но, не смотря на чудовищное по масштабам разграбление могучего СССР, ставшего возможным не в последнюю очередь благодаря деятельности пятой колонны в самом СССР, родившаяся на его обломках новая современная Россия опять как-то хочет стремиться не к своему закату, а к возрождению, и мировому господству, и, вполне возможно, достигнет этого мирового господства, конечно не завтра, но, скажем, этак к году 2100 это вполне возможно. Так что пластическая обессмысленность постановки «Саломеи» в Мариинском театре это может быть и неплохой признак более пуританского решения такого рода скандальных извращенческих сюжетов.