Мэтт Бролли – Перекресток (страница 44)

Чудовищность ситуации поразила Луизу, когда она увидела, что подъехал старший инспектор Робертсон. Она познакомилась с Форестерами в субботу, и теперь, сорок восемь часов спустя, семейная пара стала жертвами убийцы. Как долго еще Луизе ловить этого человека? Если бы не дорожно-транспортное происшествие в Милтоне, она могла бы приехать на тридцать минут раньше. Тогда что? Смогла бы она успешно задержать убийцу или стала бы еще одной его жертвой?

– Как вы, Луиза? – спросил Робертсон и протянул ей второй зонт, который захватил для нее.

– Спасибо. Я в порядке. Я дико расстроена, что не пришла сюда раньше.

– Не нужно об этом беспокоиться, – старший инспектор сделал паузу и потом продолжил: – Во-первых, почему вы сюда приехали?

– Я собиралась еще раз расспросить Форестеров о Ланегане, – объяснила она и стала изучать реакцию начальника, насколько это было возможно в полумраке проливного дождя. – Смерть Форестеров наводит на мысль, что моя теория верна.

Судя по увиденному в гостиной, Форестерам нанесли третью и четвертую раны на лодыжках, так что следующие несколько часов станут решающими в поимке убийцы.

Робертсон кивнул, но ничего не сказал. Он вошел внутрь – осмотреть место преступления.

Час спустя прибыл помощник главного констебля Морли в сопровождении старшего инспектора Финча.

Время, казалось, замедлилось, когда пальцы Джеффа изо всех сил пытались ухватиться за перила. Симмонс нашел опору и подтянулся обратно. Он отошел от стены и сгорбился. Удары сердца были такими же громкими, как звук дождя, бьющего по плащу. Джефф Симмонс рассмеялся, ведь он легко мог угодить в быстро бегущие волны, а не перепрыгнуть через последний барьер и взобраться на прогнившие деревянные доски старого пирса.

Шторм был теперь настолько силен, что толкал его назад, будто невидимой рукой. Ноги Симмонса скользили по грязному дереву. Под ним волны разбивались о ржавые опоры и создавали впечатление, что пирс больше не закреплен и его сносит прилив. Насквозь промокший Джефф достиг желанного укрытия в конце пирса, но оно не давало никакого тепла.

Симмонс дрожал. Он вышел за двери старой станции спасательных шлюпок на бетонную платформу, где оставил лодку.

Только лодки там больше не было.

Глава тридцать шестая

Луиза никогда не видела участок таким оживленным. Главная приемная была забита гражданскими лицами и офицерами как в форме, так и в штатском. Некоторые из них относились к местным жителям, некоторых Луиза знала по MIT. Огромное количество людей в сочетании с гиперактивной системой отопления создало в комнате жаркую и душную атмосферу. Блэкуэлл чувствовала в воздухе запах пота. Он липнул к ее коже, как запах крови и телесных отходов из дома Форестеров. Большинство людей, как и Луиза, были насквозь промокшими. Кожу покалывало от перепада температуры, и ей просто хотелось раздеться и принять долгий горячий душ.

В оперативном штабе происходили не менее активные действия. Все взгляды обратились к Луизе, едва она вошла. Такое внимание напомнило ей о последствиях дела Уолтона. На Блэкуэлл смотрели со смесью благоговения, жалости и злорадства, в зависимости от точки зрения конкретного человека.

Инспектор игнорировала всех, кроме Трейси, кивнувшей ей в знак поддержки.

Инспектор оставалась в доме Форестеров до тех пор, пока не сделали фотографии и видеозаписи и не закончили свою работу криминалисты. Потом Блэкуэлл изучила трупы вместе с Демпси. Было похоже, что маньяк действовал в припадке ярости. Пара лежала в луже крови, которая, казалось, растеклась по всей комнате. У Джанет Форестер была тупая травма головы. Она, по мнению Демпси, стала причиной ее смерти и была нанесена после того, как зверски изувечили ее ноги и лодыжки. Натан также, видимо, был в сознании, когда ему кромсали ноги. Демпси указал на разорванные ткани и мышцы в месте, где перерезали переднюю большеберцовую артерию Натана. Он измерил колотые раны на остатках лодыжек Форестеров и пришел к выводу, что их форма и размер соответствуют ранам, найденным на запястьях Вероники Ллойд и отца Маллигана.

Луиза пыталась игнорировать присутствие Морли и Финча. Они определенно прибыли на место преступления в спешке и держались от Блэкуэлл на расстоянии. Они разговаривали с криминалистами и другими офицерами, проводившими расследование, и Луиза отметила, что оба вели себя так, словно все это время являлись частью команды. Теперь Морли и Финч ждали Луизу в кабинете Робертсона, начальник же департамента исчез вскоре после их прибытия. Блэкуэлл коротко поговорила с ним сразу после возвращения в участок, и Робертсон показался ей раздраженным, будто каким-то образом это последнее событие было виной его подчиненной.

Луиза опустила жалюзи в своем офисе, переоделась в сухую одежду и села за стол. Она готовилась к тому, с чем ей предстоит столкнуться. В прошлом инспектор подумала бы, что они не посмеют отстранить ее от дела, но горький опыт сделал ее более реалистичной. В полиции существовала строгая иерархия. Им не нужно было объяснять Блэкуэлл причину, каковы бы ни были ее возражения. Все, что Луиза могла сделать, – изложить точку зрения и постараться не раздражаться. Она сожалела о недавней ссоре с Робертсоном. Он всегда был на ее стороне, и ее вспышка по поводу Финча, какой бы оправданной она ни была, не пошла на пользу их отношениям, а ведь сейчас она нуждалась в его поддержке больше, чем когда-либо.

Робертсон вернулся и постучал в ее дверь.

– Я на месте, – произнес он.

– Сэр.

Робертсон остановился, он будто проигрывал в голове предназначавшиеся ей слова.

– Луиза. Послушайте, что они скажут, – после короткой заминки посоветовал он с явным предупреждением.

Луиза кивнула и последовала за начальником в кабинет.

– Инспектор Блэкуэлл, – начал Морли, входя вслед за Робертсоном. – Ну и ночка выдалась.

– Да, сэр.

Луиза села рядом с Финчем. Она почувствовала знакомый запах его лосьона после бритья и ощутила тошноту, поскольку вспомнила, какими близкими они были когда-то.

Все ее внимание переключилось на Робертсона. Блэкуэлл никогда не видела, чтобы ее начальник чувствовал себя так неловко, как в этот момент, особенно в собственном кабинете, и ей стало интересно, что же такое Морли успел сказать ему.

– Луиза, я пересказал все ваши замечания о расследовании и о причине запланированной вами сегодняшней встречи с Форестерами. Вы можете изложить нам свою версию?

В вопросе не было скрытого обвинительного тона, и Робертсон опустил глаза, как только закончил, словно давал понять, что находится под давлением.

Луиза помолчала. Морли и Финч хотели отстранить ее от дела, и проявление любого гнева или неподчинения только ускорило бы этот процесс. Она спокойно рассказала им о расследовании от начала до конца, будто читала лекцию классу стажеров. Морли остановил инспектора, когда она рассказывала о поездке в Корнуолл.

– Вы проделали весь путь до Сент-Айвза? – спросил он с неохотой, но под впечатлением.

– Я не смогла получить никаких конкретных ответов от их участка, поэтому взяла дело в свои руки.

Инспектор рассказала о Ланегане и о связи Форестеров с ним.

– Получается, вы уже говорили с Форестерами? – спросил Финч и наклонил голову, словно удивленный собственным откровением.

– Да.

– Так зачем вам нужно было снова с ними увидеться?

Луиза выдержала взгляд Финча. Она удивлялась, как можно ненавидеть человека так сильно, как она ненавидела его в этот момент.

– Форестеры фактически привели меня к Ланегану. Я была уверена, что во время моего первого визита они что-то скрывали, и после разговора с Эйлин Босуэлл мне захотелось бросить этой паре вызов.

– Если бы вы только пришла на час раньше, – отметил Морли.

– Сэр! – только и произнесла Луиза. Она не могла скрыть презрения к заявлению помощника главного констебля.

Морли и Финч ходили туда-сюда. Они обсуждали проблемы и то, как она вела дело.

– Похоже, утверждение монсеньора Эшли о пяти ранах верное, – заметила Луиза. – Значит, будет еще одна жертва.

– Нам нужно поговорить с этим Эшли, – резюмировал Финч, будто теперь он был главным.

Луиза проигнорировала реплику Тимоти.

– Я поговорю с ним еще раз, но на данный момент Ланеган остается нашим приоритетом. Если мы найдем его, то обретем либо убийцу, либо пятую жертву.

Последовала естественная пауза. Морли жестом показал, что собирается заговорить.

– Я обсудил этот вопрос со старшим инспектором Робертсоном и посчитал разумным оставить вас старшим следователем по этому делу, инспектор Блэкуэлл.

Луиза никак не отреагировала, а только заметила, как на лице Робертсона появилась едва заметная улыбка. Было бы преступлением отобрать у нее это дело, но она опасалась, что помощник главного констебля поддерживает ее исключительно на словах.

– Однако, – продолжил Морли, – у меня нет другого выбора, кроме как привлечь старшего инспектора Финча и MIT. Это дело слишком громкое, и нужно использовать наш опыт. Две команды приступят к совместной работе незамедлительно, – добавил он, словно этого еще не произошло.

– Вы уверены, что сможете продолжать дело, Луиза? – спросил Финч.

Он хотел в невыгодном свете представить ее перед начальством, и Луиза прекрасно это видела.

– Что вы имеете в виду?

– Это ужасный случай, и, как вы признали, если бы вы пришли туда на час или даже чуть раньше…