Мэтт Бролли – Перекресток (страница 43)
Только этого не произошло. Вместо того чтобы помочь жене, трусливый супруг попытался сбежать через задний сад. Джефф положил находившуюся без сознания миссис Форестер на бок и двинулся по коридору.
Мистер Форестер скребся в дверь оранжереи. Его руки так сильно дрожали, что он не мог повернуть ключ в замке.
– Чего тебе надо? – крикнул бывший директор.
– Теперь все кончено, мистер Форестер, – произнес Джефф и положил руку ему на плечо.
Глава тридцать четвертая
– Ты в порядке, Лу? – спросила Трейси и поставила кофе на стол.
– Ты слышала?
– О твоих разногласиях с Робертсоном? Я думаю, об этом слышал весь участок, если не весь город.
– Я не знаю, что делать, Трейси. Думаю, они собираются передать дело в MIT.
Трейси знала историю и то, насколько противоречивым было решение MIT против нее. После отъезда Луизы Финчу удалось перевести в другие отделы еще трех членов команды, которые заступились за нее.
– У нас все еще есть этот персонаж, отец Ланеган. Мы продолжаем делать свою работу, пытаемся найти его, и у нас все еще есть шанс.
– Спасибо, Трейси.
Трейси остановилась в дверях.
– Я дам тебе немного времени.
Луиза не была слабой, но не могла заставить себя продолжать работать, когда дело, скорее всего, отнимут у нее в ближайшие несколько часов.
Все смотрели на Блэкуэлл, когда она выходила из офиса. Внизу офицеры в форме и горстка гражданских этого района, казалось, смотрели на нее так, будто знали, что происходит. Снаружи она с радостью встретила порыв холодного воздуха, почувствовала отдаленный запах моря и услышала какофонию чаек, кружащих в небе над ней.
Было легко сдаться, уехать из города навсегда, но она не позволит им снова растоптать себя. Луиза продолжит работать над этим делом, пока ей не прикажут остановиться. На данный момент она хотела одного – найти Ричарда Ланегана.
Сначала инспектор собиралась вернуться в дом Форестеров. Мистер Форестер упомянул имя Ланегана, когда она расспрашивала их о пожаре. Тогда у инспектора было чувство, что они многое скрывали, и теперь хотела приехать без предупреждения и расспросить их подробнее.
Сейчас было так же темно, как и утром, когда Блэкуэлл только вышла из коттеджа. Вот такая зима в приморском городе, сезон безжалостной тьмы и теней. «Весело тут, ничего не скажешь», – пробормотала она себе под нос и остановила машину. В зеркале заднего вида на Луизу уставились мигающие огни скорой помощи, за которыми последовал вой сирены полицейской машины. Она позвонила и узнала, что совсем недалеко отсюда произошло ДТП.
Машина перед ней двинулась вперед, инспектор развернулась и направилась обратно тем же путем, каким и приехала, пока не нашла поворот, который привел к обратному маршруту в Уорлбери. У нее заурчало в животе, когда она проезжала мимо местного магазина рыбы и чипсов. Она ничего не ела с самого утра, если не считать черствого круассана, но сейчас на перекус не было времени. Звонок от Морли мог раздаться в любую секунду, и мысль о том, что Финч возьмет верх, сразу подавила ощущение голода.
Несколько водителей приняли такое же решение, поэтому она застряла еще на двадцать минут на вершине холма Уорлбери. Но вот движение начало восстанавливаться, и Блэкуэлл повернула к Форестерам.
Она не заметила свободных парковочных мест вдоль Форестерс-роуд и была вынуждена припарковаться через две улицы. Луиза вышла из машины ровно в ту секунду, когда облака разверзлись. Порывы ледяного ветра с дождем сбивали с ног, и зонтик был почти бесполезен. Она добралась до дома, промокнув насквозь уже на полпути к нему.
Блэкуэлл постучала во входную дверь и обнаружила, что та открыта.
Глава тридцать пятая
Джефф наблюдал, как женщина-полицейский приближается к дому под проливным дождем. Нападение лишило его сил. Он провел последние несколько минут в фургоне. Образы убитых им мистера и миссис Форестер отпечатались в памяти. Его кожа и одежда все еще были скользкими от их крови.
Он прокрутил в памяти, как сначала коснулся плеча бывшего директора, а тот начал сопротивляться и устроил настоящую драку. Конфликт вывел Джеффа из себя. Едва Симмонс усмирил мистера Форестера, как на глаза словно опустилась кровавая пелена. Даже сейчас воспоминания о следующих нескольких минутах затуманены. Он убивал пару с остервенением, которого никогда раньше не испытывал, но дело получилось дрянным и непрофессиональным. Разрезы на лодыжках он сделал поспешно и недостаточно точно. Он все еще слышал, как хрустнула кость миссис Форестер, когда гвоздь раздробил ей лодыжку. Ее крики сквозь кляп во рту тоже еще стояли в ушах.
В конце концов, Симмонс просто хотел покончить с этим делом. Он пока не мог заставить себя уйти. Женщина-полицейский разговаривала по телефону, пройдет несколько минут, и ее коллеги присоединятся к ней и узнают, что он для них оставил. Так почему же он не двигался с места?
Симмонс съежился на сиденье. Женщина осматривала улицу сквозь хлещущий дождь и не торопилась войти в дом.
Женщина будет безоружна, а на его стороне сила и внезапность.
Будет ли иметь значение одно лишнее тело? Эта женщина не заслуживала смерти, но она явно ему мешала. Да, он рискнул бы, но мог ли он рискнуть, оставив ее в живых?
Мысли Джеффа обратились к отцу и к тому, что он должен был для него сделать. Пленник все еще ждал на Крутом Холме, и Джефф не хотел поставить под угрозу шансы на возвращение.
Луиза протиснулась в дверь и почувствовала смрадную смесь запахов крови, экскрементов и пота. У Блэкуэлл вместо пистолета были только перцовый баллончик и выдвижная дубинка. Несколько секунд глаза инспектора привыкали к красной завесе, когда она вошла в гостиную. Свет в гостиной так падал на забрызганные кровью трупы Джанет и Натана Форестеров, что возникала иллюзия, будто они сами были источниками света. Веревки связывали пару вместе. Их выпученные безжизненные глаза смотрели на Луизу, словно в шоке.
Луиза больше не вторгалась на место преступления. Она осмотрела комнату и старалась не зацикливаться на искалеченных ногах пары. Справа от гостиной находилась кухня, и она пробралась туда вдоль стен. Инспектор на всякий случай держала перед собой перцовый баллончик.
Скорее всего, убийца давно ушел, но Блэкуэлл медленно вернулась в коридор и решила подняться по лестнице. Она все время напоминала себе, что это не фермерский дом Уолтонов.
Сладкий, тошнотворный запах, смесь ароматических добавок и дезинфицирующего средства ударил в нос Луизы, едва она открыла дверь ванной. Луиза отступила. Белые фарфоровые раковины и ванну испещряли следы крови. Неужели убийца был настолько спокоен, что у него хватило самообладания и времени смыть кровь перед тем, как покинуть дом?
Она проверила другие комнаты на верхнем этаже, остановилась на лестничной площадке и вдруг услышала, как со скрипом открылась входная дверь.
Джефф отъехал за несколько секунд до того, как на улице раздался вой сирен. О чем, черт возьми, он думает? Словно хочет, чтобы его поймали! Женщина-полицейский не была частью плана, одной из пяти жертв, и все же у него возникло желание повторить то же самое с ней. Какая-то его часть хотела снова насладиться ощущением металла, проходящего сквозь плоть и кости, и он не совсем понимал своего возбуждения, когда ехал к старому пирсу.
На парковке Джефф переоделся в задней части фургона. Он наслаждался запахом с металлическим привкусом, которым пропиталась снятая одежда. Теперь не имело значения, оставит ли он ее в фургоне. К тому времени, когда они обнаружат машину и проверят, что находится внутри, все будет кончено. Тем не менее рисковать не имело смысла, поэтому он завернул одежду в черный пакет для мусора, запихнул в рюкзак и направился к пирсу.
Дождь все еще шел, а маленький магазинчик у подножия пирса давно закрылся. Никто в здравом уме не вышел бы на улицу в такую погоду. Джеффу это пришлось на руку. Железные ворота, сверху обвитые пружинами колючей проволоки, преграждали вход на пирс, но существовал легкий путь – вокруг волнореза. До тех пор, пока он будет твердо стоять на ногах и крепко держаться за перила, все будет хорошо. Теперь он находился так близко к цели, что казалось несправедливым потерпеть сейчас неудачу.
У погоды было другое мнение. Ветер перерос в шторм, новый порыв едва не сорвал с него плащ, и руки соскользнули с перил.
– Не сейчас! – закричал Джефф Симмонс, но его слова затерялись в гуле штормового ветра. Левая нога маньяка подкосилась.
Фаррелл вошел первым. Он вытянул дубинку и объявил о своем присутствии. Луиза сдвинулась с верхней площадки лестницы.
– Не заходи дальше, Грег, – сказала она.
Сержант даже подпрыгнул.
– Господи, шеф, вы меня до смерти напугали. Все в порядке?
– Два тела вон там, – сказала инспектор и указала на дверь гостиной. – Запри входную дверь. Я не хочу, чтобы до прибытия криминалистов здесь наследил кто-то другой.
В течение нескольких минут район был закрыт, а аварийные службы выстроились вдоль улицы. Луиза не обращала внимания на дождь. Ее одежда уже промокла. Блэкуэлл была просто рада выйти из дома и оказаться на улице, на холодном свежем воздухе.