Мэтт Бролли – Перекресток (страница 33)
– А учителя думают, что им сейчас нелегко, – добавила Джанет.
– Значит, некоторые родители обижались на Веронику за то, что она не уделяла их детям достаточно внимания?
– Мы время от времени встречались с родителями, но, как я уже сказал, такое происходило в основном в последние годы. Я думаю, люди ощущают себя сейчас более правомочными. Это тревожно.
Луиза не была уверена, что родителя, желающего лучшего будущего для своего ребенка, можно назвать «правомочным», но она не стала заострять на этом внимание.
– Эти встречи в основном были связаны с Вероникой Ллойд?
– Нет, нет. Обычное дело. На самом деле я не помню большого числа родительских собраний, посвященных работе Вероники.
– Наверное, они слишком боялись, – задумчиво произнесла Джанет и тут же получила немой упрек от мужа.
– Боялись? – переспросила следователь. – Чего же?
Джанет нахмурилась, словно оправдываясь, что сказала то, чего не должна.
– Как отметил мой муж, Вероника могла быть довольно суровой женщиной.
– А как они ладили с отцом Маллиганом?
Натан пожал плечами.
– Это все происходило некоторое время назад, как вы понимаете. Насколько мне известно, у них были нормальные рабочие отношения. Вероника всегда отличалась крайней набожностью и посещала мессу по крайней мере раз в неделю.
– Значит, между этой парой не было вражды?
– Нет, конечно нет.
Луиза вздохнула и почувствовала, что разговор зашел в тупик.
– Я полагаю, когда вы были директором школы, в церкви был пожар, мистер Форестер?
Пара снова обменялась взглядами, и Луиза не могла определить, было ли это просто проявлением отношений мужа и жены или они что-то скрывали от нее.
– Да, там был пожар. Ужасная трагедия, – отметил Натан.
– А какое это имеет отношение к вашему расследованию? – спросила Джанет и кинула сердитый взгляд на Луизу.
– К сожалению, пожар больше не единственная трагедия в церкви Святой Бернадетты. Вероника Ллойд и отец Маллиган…
– Да, но я не понимаю, как… – не дав договорить, начала возмущаться миссис Форестер.
– Все в порядке, – отрезал Натан, прервав жену, и положил руку ей на колено. – Я понимаю, почему вы задаете этот вопрос, но между этими тремя трагическими событиями нет никакой связи. Пожар произошел случайно. Ужасный, трагический несчастный случай.
Луиза подумала о катализаторе, упомянутом редактором газеты Гарретом.
– Вы прямо-таки уверены, что это был несчастный случай?
– Какой странный вопрос, – заметила Джанет. – Пожар случился более тридцати пяти лет назад. Конечно, это был несчастный случай! Почему вы задаете эти вопросы?
– Я понимаю, это произошло давно, но вы должны видеть потенциальную связь. Вероника Ллойд работала учительницей в вашей школе, а отец Маллиган был приходским священником, и вот они, тридцать пять или около того лет спустя, убиты.
Джанет откинулась на спинку стула, покачала головой и посмотрела на мужа в поисках поддержки.
– Это был несчастный случай, – сказал Натан без особой уверенности.
– В то время пожар не казался подозрительным, – продолжала Луиза. – Вы можете вспомнить кого-нибудь, кто хотел бы поджечь церковь?
– Зачем кому-то могло понадобиться сжигать церковь? – ответил вопросом на вопрос Натан Форестер.
Луиза могла придумать много причин, но не стала настаивать. Атмосфера в комнате становилась напряженной, и в данный момент она не собиралась больше ничего узнавать от четы Форестеров. Она поблагодарила обоих и поднялась. Следователь снова задаст им вопросы и даст время обдумать последствия ответов.
Натан проводил Луизу Блэкуэлл до двери, а его жена осталась на диване.
– Спасибо, я буду на связи, – сказала Луиза и протянула ему визитку. – Пожалуйста, позвоните мне, если вспомните что-нибудь, что могло бы помочь делу.
– Да, конечно.
– И последний вопрос. Вы упомянули, что отец Маллиган был главным приходским священником.
– Да, – кивнул Натан, его глаза сузились.
– Значит, в то время у вас было несколько приходских священников?
– Верно. Тогда приход Святой Бернадетты был намного больше. Все изменилось после пожара.
– А как звали другого священника?
Следователь заметила, что Натан выдержал паузу и только потом ответил.
– Человек по имени Ричард Ланеган. Отец Ланеган был очень популярным священником, его все любили.
Информация вновь казалась неполной. Луиза Блэкуэлл была убеждена: Форестеры что-то недоговаривают. Может, они всего лишь не хотят публичности, но следователь была полна решимости выяснить, что именно они скрывали от нее. Луиза часто обнаруживала, что люди становятся более разговорчивыми, как только у них появляется возможность выспаться и успокоиться. Луиза не сводила глаз с Натана, когда тот отвернулся от нее.
– Отец Ланеган все еще здесь живет?
– Нет. Он оставил священнический сан в конце восьмидесятых. По-моему, он удалился на покой куда-то к морю.
Глава двадцать шестая
Эйлин не могла вспомнить, когда ей уделяли столько внимания. Во время первого визита в участок ее сразу же отослали назад. Сердитый на вид офицер за столом записал данные Эйлин, однако можно сказать, что сотрудник просто выполнял формальности. Поэтому-то пожилая женщина удивилась, когда молодой и симпатичный офицер позвонил сегодня утром в дверь и пригласил ее вновь посетить участок. До звонка в планы Эйлин на день входила легкая домашняя работа и послеобеденный отдых перед телевизором. Много лет назад сын подарил ей на Рождество какое-то приспособление для телевизора. Предположительно, через него можно было смотреть сотни дополнительных каналов, но она не могла понять, как эта штука работает, и довольствовалась четырьмя обычными каналами.
Прогулка в город стала чудесным событием. Был прекрасный день поздней осени. Солнце светило с ясного голубого неба, отражавшегося в море. В такие дни, как этот, Эйлин не могла представить, как кто-то может жить вдали от побережья. Она жалела местных жителей, по собственной воле попавших в ловушку границ, созданных ими самими. В настоящее время множество молодых людей, соблазненных большими городами, отчаянно хотели покинуть ее район. Эйлин увидела подтверждение своим словам даже в глазах молодого офицера, который в тот самый момент ставил перед ней чашку чая: в мужчине присутствовало беспокойство, словно он хотел быть где угодно, только не здесь. В отличие от него, у женщины, одетой в джинсы и толстый пуловер, которая представилась как сержант Джослин Меррик, был слабый корнуолльский акцент и лицо, годами испытывавшее влияние моря и солнца.
– Спасибо, что пришли, миссис Босуэлл. Могу я называть вас Эйлин? – спросила Джослин.
Эйлин кивком поблагодарила ее за вежливость.
– Можете, – подтвердила она.
– Большое вам спасибо, что пришли навестить нас сегодня, в выходные.
Эйлин заметила, как женщина посмотрела на молодого полицейского – будто с упреком.
– Прогулка была для меня удовольствием. Какой чудесный день!
– И правда замечательный. Приятно отдохнуть от недавней погоды.
– Так оно и есть. Чем могу вам помочь, сержант?
Женщина-полицейский улыбнулась, и Эйлин увидела: ей приятно, что больше не нужно тратить время на пустую болтовню.
– Прежде всего хотела бы поблагодарить вас, что сообщили нам о мистере Ланегане. Вчера мы ходили к нему домой и заметили сломанную задвижку на двери. Мы просмотрели адресную книгу мистера Ланегана, но в данный момент у нас возникли проблемы с определением его местонахождения. Я знаю, мы уже спрашивали вас, но все-таки интересно, есть ли у вас номер мобильного телефона мистера Ланегана?
– Нет. Я не пользуюсь всеми этими современными технологиями, у меня подключен стационарный телефон. Хотя мне по нему никто никогда не звонит…
Усталость промелькнула в глазах женщины-полицейского в момент ответа Эйлин, и она пожалела, что не может больше ничем помочь.
– Как долго вы работаете у мистера Ланегана?
– Уже больше двадцати лет. Он мой последний оставшийся в живых клиент.
– Очень долго. Как вы с ним познакомились?
Эйлин уже собиралась ответить, но вдруг что-то удержало ее. Воспоминание, о котором она забыла. Внезапно она почувствовала какую-то стесненность, будто оказалась запертой в глухой комнате.
– Можно мне немного воды? – попросила она.