Мэтт Бролли – Перекресток (страница 24)
– Итак, мы ищем толстого высокого или невысокого мужчину, у которого могут быть или могут не быть сальные волосы до плеч, – заключил Фаррелл в начале полуденной встречи, созванной Луизой.
Даже Луиза подавила смешок. Запомнить приметы случайного человека трудно и в лучших обстоятельствах, но, когда вы даже не знали, что станете свидетелем преступления, воспроизвести их окажется и вовсе невозможным. Впрочем, такой результат не менял факта, что одинокий незнакомец по-прежнему был их самой многообещающей зацепкой.
– Нам нужно активизировать поиски. Снова пройдите от двери к двери и проверьте, не видел ли кто-то чего-нибудь подозрительного. Упомяните рост мужчины и его волосы, если это необходимо. Ему нужно было как-то добраться до церкви. Незнакомец был за рулем? Если да, то на чем он ехал? Где оставлял машину? Какой маршрут выбрал? Если нет, то как он туда попал?
У Луизы было чуть больше вопросов, чем она озвучила. Следователь проигнорировала коллективный стон аудитории и решила пока не делиться информацией о пожаре в церкви Святой Бернадетты. Затем она распределила задачи и напомнила всем, что теперь у них есть потенциальная связь. Две жертвы, два возможных мотива. Блэкуэлл провела красную линию на доске убийств между Вероникой Ллойд и отцом Маллиганом и поставила под ней знак вопроса.
– Давайте выясним, права ли я? – предложила она и отпустила команду.
Луизу Блэкуэлл беспокоило, что Робертсон оставался в кабинете во время брифинга, и она собиралась пойти к нему, но вдруг пришло текстовое сообщение. На этот раз писал не Томас и не Финч, а ее старая коллега Трейси Пью. Луиза и Пью не разговаривали с тех пор, как они пили недавней ночью в Бристоле, и ей было приятно услышать Трейси. Луиза прочитала сообщение, а потом перечитала во второй раз и попыталась понять, был ли там какой-то скрытый смысл, который она не заметила:
Старший инспектор Робертсон стоял у двери своего кабинета. Блэкуэлл оторвала взгляд от телефона и попробовала сдержать нарастающий гнев.
– Луиза, на пару слов, – позвал начальник и удалился в кабинет.
Луиза глубоко вздохнула, оглянулась по сторонам, чтобы оценить, был ли кто-нибудь еще замешан в этом деле, и медленно направилась в кабинет Робертсона.
– Присаживайтесь, – предложил он.
– Вы не думали, что следует сначала обсудить этот момент со мной, Йен? – поинтересовалась Луиза, держа свой телефон в руке.
– О, уже слышала! – ответил Робертсон, словно прочитал ее мысли. – Распоряжение только что подписали. Помощник главного констебля решил, что нам нужна помощь, и кто я такой, чтобы спорить?
– Прекрасно, Йен, но в чем именно будет заключаться помощь?
– Пришлют только одного офицера из главного офиса. Это ваша бывшая коллега, следователь-инспектор Трейси Пью. Старший инспектор Финч подумал, это будет хороший расклад, так как у вас были неплохие рабочие отношения. Верно?
Луиза знала – Трейси ни в чем не виновата, и если бы она могла выбрать кого-нибудь из старой команды для работы, то выбрала бы именно Пью. Что беспокоило Блэкуэлл, так это участие Финча.
– Трейси великолепный сотрудник, но ведь дело не в этом, да? – встревожилась следователь.
– Я не понимаю, в чем здесь проблема, Луиза. Наша команда на самом деле не создана для такого рода дел. Если бы не ваш опыт, дело давно бы уже передали в MIT. Я подумал, вы будете только рады возможности иметь в команде еще одного опытного офицера.
Следователь взглянула в окно и попыталась сдержать эмоции. Несмотря на их дружбу, Трейси обяжут сообщать Финчу обо всем, что она узнает. Само по себе это не должно было беспокоить Блэкуэлл, поскольку Тимоти мог довольно легко получить всю информацию, которую хотел, но все равно беспокоило. Финч буквально пробивался в расследование, и с Трейси у него уже появилась точка опоры. Тимоти Финч решил взять дело в свои руки. Луиза Блэкуэлл хотела рассказать Робертсону о своих страхах, но они только показали бы ее слабость, если не откровенную паранойю.
– Хорошо. Вы быстро сдались, – сказала Луиза.
– То есть?
– Я думала, вы захотите заняться этим делом, Йен. Теперь вы позволите, чтобы его у вас отняли.
Брови Робертсона сошлись в гневе. У Блэкуэлл за все время их совместной работы никогда не было причин сомневаться в его профессионализме, но теперь она задавалась вопросом, почему Робертсон не оказал большего сопротивления? Может, даже существует причина, по которой Робертсон столько лет находится в одном и том же звании?
– Вы явно расстроены. Я не знаю почему, но это факт, поэтому я оставлю ваш последний комментарий без внимания. Позвольте-ка мне внести ясность: ни у меня, ни у нас ничего не отняли. Мы здесь часть общей картины, Луиза. Может, это вам и следует обдумать.
Начальник подчеркнул «вы» с шотландским рычанием и вернулся к бумагам на столе.
Луиза встала. Она поняла, что ее отпустили. Он не ожидал извинений, поэтому она не стала их высказывать.
Блэкуэлл вернулась за рабочий стол и ответила Трейси. Она подтвердила, что с нетерпением ждет встречи с ней. Трейси была отличным следователем с особым вниманием к деталям, напомнила себе Луиза. Более того, у нее был способ воодушевить любую команду, частью которой она становилась. Луиза не встречала никого, с кем Трейси не могла бы поладить, и этим качеством Пью она восхищалась. Следователь надеялась, что Трейси поможет сплотить и ее команду.
Луиза назначила встречу на то время, когда должна была приехать Трейси. В настоящее время офис пустовал, за исключением Симоны и пары сотрудников администрации. Она обновила отчет. Изложение расследования в письменном виде высветило истинное положение, в котором они находились. Два тела, и самым близким к подозреваемому был неопознанный мужчина на церковной службе.
Имело ли значение расположение двух тел? Обе жертвы оставили в местах, где их легко могли обнаружить. Значили ли что-нибудь эти конкретные места? Имели ли какое-то значение пляж и церковь? Чем больше Луиза Блэкуэлл изучала улики, тем более хаотичными казались инциденты. Тело Вероники Ллойд перенесли, но отца Маллигана нашли на месте. Обе жертвы были явно связаны и, по-видимому, убиты предметом, воткнутым им в запястье, но у Ллойд это правое запястье, а у Маллигана – левое.
Следователь размышляла о бесконечных странностях, но позвонила Симона и сообщила, что на линии Стивен Демпси.
Луиза подняла трубку телефона:
– Стивен.
– Луиза. Мне удалось разобраться с делами, и я смог сосредоточиться на вскрытии отца Маллигана.
– Отлично. Есть новости? – спросила Луиза и в который раз удивилась, как Демпси может работать при скоплении мертвых тел.
– Мне еще предстоит кое-что проверить, но, полагаю, причиной смерти стала перерезанная лучевая артерия на левом запястье жертвы. Почти зеркальная копия убийства Вероники Ллойд. На самом деле я измерил рану на запястье отца Маллигана и теперь рискну предположить, что в его запястье был вставлен тот же предмет. Измерения идентичны, но на данный момент я лишь выдвигаю гипотезу.
– Есть идеи, что это за предмет?
– Трудно сказать наверняка. Сам разрез не такой уж большой, диаметром тринадцать миллиметров. Мы проведем перекрестную проверку с Вероникой Ллойд, чтобы выяснить, есть ли какие-либо совпадающие волокна в ране. А вот что очень интересно, я полагаю, так это расположение раны. Я уже сказал, оно идентично расположению, обнаруженному на теле Вероники Ллойд, точка входа проходит через кости предплечья, близко к запястью. Что касается тела миссис Ллойд, я подумал, это, возможно, и случайность, но убийце удалось загнать предмет, который он использовал, между восемью маленькими костями в обоих случаях.
– Звучит очень конкретно.
– Да. У меня есть кое-какие идеи, но мне нужно будет потом еще раз проверить.
– Спасибо, Стивен, держи меня в курсе, – поблагодарила его Луиза и повесила трубку, прежде чем Стивен Демпси успел завести с ней светскую беседу.
Теоретически Луиза Блэкуэлл должна удовлетвориться этими результатами, однако пока они вызывали больше вопросов, чем ответов. Похоже, нужно искать кого-то способного на такую искусную точность, и это беспокоило следователя. Если убийца уже был настолько опытен, вполне возможно, Вероника Ллойд не была его или ее первым убийством. Значит, отец Маллиган – тоже не последний в цепочке.
Трейси ждала ее в приемной. Луиза приветствовала коллегу объятиями и, хотя встречалась с ней только позавчера вечером, была очень рада снова видеть дружелюбное лицо Пью.
– Это и есть твое новое место работы? – спросила Трейси и оглядела унылый интерьер приемной.
– Ну да. Прошло восемнадцать месяцев.
– Угостишь меня кофе?
– Я принесу тебе кофе из столовой, но не могу гарантировать, что он тебе понравится.
– Показывай дорогу, – скомандовала Трейси.
Столовая представляла собой небольшую кухоньку в самом центре здания. Луиза налила им кофе из кофеварки, в которой, к счастью, использовался настоящий молотый кофе, и они сели на пластиковые стулья в главном обеденном зале.
– Это сюрприз для меня, – заметила Луиза Блэкуэлл.
– Нашла кому говорить – Финч сказал мне только сегодня утром. У вас что, нехватка сотрудников?
Луиза пожала плечами, но не стала вдаваться в подробности. Она не хотела вступать в дискуссию с Трейси о старшем инспекторе Финче. Трейси была верной подругой, но у нее за плечами не было токсичных отношений с этим мужчиной.