Мерлин Маркелл – Никта (страница 22)
Стефан стоял в дверях с какими-то журналами в руке. Катрин принялась подыскивать подходящие извинения. Спина и правая лодыжка заныли — будут синяки.
Агент подошел к ней, подал руку, помог подняться. Катрин все так же не могла подобрать слов, тем более — на чужом языке, поэтому Стефан первым решил нарушить молчание.
— Вы тоже его видите?
— Что… Кого?
— Бледного мужика.
Мысли Катрин совсем перемешались.
— Если вы о том, кто напал на меня, то это была моя сестра. Точнее, я-то знаю, что это не сестра, но это Нечто переняло ее внешность.
Они помолчали, и Катрин продолжила.
— А вы, стало быть, видели мужчину?
— Сейчас — нет, не уверен. Я видел только бледную тень, и решил, что это тот самый тип, что зачастил ко мне в гости… Пойдемте в кабинет, я налью вам кофе.
Катрин ожидала ароматный напиток, столь же приятный, как и вся здешняя атмосфера (разумеется, до того, как она исказилась под властью кошмара), но Стефан подал ей обычную растворимую дешевку. Или очередной кошмар портит ей восприятие хорошего напитка?
— Этот «бледный мужик»… Вы его знали раньше?
— Нет, никогда не встречал.
Снова пауза. Катрин пригубила кофе, поморщилась и попросила сахар.
— Вообще, я был уверен, что это моя галлюцинация от переутомления… но…
— Но теперь вы не знаете, что и думать?
— Именно.
— Тогда, Стефан, мы с вами самые настоящие собратья по несчастью.
— Ради всех святых, расскажите, что знаете об этом! Я не хочу в сумасшедший дом!
Все же, Стефан выглядел скорее злым, чем испуганным или подавленным. «Вот она — мощь тестостерона», — подумала Катрин. Жаль, она не видела, как тот хлопнулся в обморок, столкнувшись с «глюком» в первый раз.
— Две недели назад я подрабатывала в — только не смейтесь! — гадальном салоне. Ко мне пришел один человек, жаловался на кошмары, прорвавшиеся из снов в реальную жизнь. Сначала я его не поняла… Потом и вовсе решила, что он подшучивает надо мной, у меня были причины так подумать.
Стефан был весь во внимании. К счастью Катрин, он и не думал требовать с нее оплату за разбитую статую.
— После его визита мне явилась сестра, — продолжила она. — Этого быть никак не могло, та умерла много лет назад… Сестра пыталась напугать меня, грозилась забрать в потусторонний мир. Приходила снова и снова. Потом я поняла, что ее угрозы пусты. Хотя, почему-то мне кажется, что она набирает силу… И вот еще одно, что я знаю: это точно не моя сестра. Какой-то демон в ее обличье. Он знает, что этот облик причинит мне больше боли.
— Думаете, у меня такой же демон? Но почему он не выглядит как… моя покойная мать, например?
— Быть может, воспоминания о ней не так сильно ранят вас, как меня — мысли о сестре. Признаюсь вам, я чувствую вину за ее гибель, — разоткровенничалась Катрин. — Но на ней все не закончилось. Постепенно я начала видеть призраков.
— В смысле? Как в «Охотниках за приведениями»?
— Они выглядят как обычные люди, но потом выясняется, что они мертвы. Однажды я наткнулась на некролог о докторе, с которым говорила несколько минут назад. Одна эта история уже позволяет мне не считать себя сумасшедшей. Но! И это еще не все. Весь мир вокруг меня — он искажается, превращается в кошмар. То буквы в журналах начинают перемешиваться или оборачиваться закорючками, то обои чернеют, меняются… кровоточат.
Стефан мрачно постукивал пальцами по ободу чашки. Узкие лучи из полуприкрытых жалюзи падали на его руки. Кофе в его чашке уже начал остывать, но он так и не прикоснулся к напитку.
— Думаете, у меня будет так же? — спросил Стефан.
— Я не знаю. Но… скорее всего. Тот человек, что приходил ко мне в гадальный салон, все так и описывал. Постепенное превращение жизни в кошмар. Его все больше и больше вокруг меня. Таким темпом меня скоро окончательно затянет.
— Вы слишком спокойны для человека в такой щекотливой ситуации.
— Поначалу я впадала в настоящую панику. Но человек так устроен… он привыкает к любому безумию. В конце концов, чем мне поможет то, если я начну истерить, плакать, дрожать от страха?
— Катрин, — вдруг сказал Стефан выразительно, отставив чашку. — Вы первая и, я подозреваю, единственная женщина на планете Земля, которая меня так или иначе не бесит. А остальные бесят меня так сильно, что я даже составил личный рейтинг их невыносимости.
Катрин рассмеялась. Ведь она сейчас практически цитировала Оникса, недавно так же отвечавшего на ее обвинение в бездушной реакции на ситуацию.
— Это лучший комплимент, что я когда-либо слышала, — ответила она. — В чем-то я беру пример с того человека, что приходил в салон… с того, что как-то поделился со мной своим зрением. Он тоже смирился.
— Что же это был за человек?
Катрин знала, что сейчас произведет впечатление.
— Он представился как Поль…
— Во Франции тысяча Полей. Я сам знаю не меньше десятка. Может, были особые приметы?
— …но потом я узнала, что он куда более известен, как Оникс.
Стефан пробормотал себе что-то под нос, что Катрин не разобрала.
— Логично. Из моих знакомых больше некому, — сказал он ей. — Мне надо это все обдумать, уложить в голове. После вашего рассказа в моем уме должна была сложиться четкая мозаика, которая многое бы мне объяснила… Но я сегодня слишком туг на размышления, так что мозаика не складывается.
— Сделайте стенд с наклеенными бумажками, как в фильмах, — произнесла Катрин. Стефан не понял, шутит она или говорит серьезно.
— Да и… вы сами понимаете, тяжело посреди такой круговерти не воспринимать себя как безумца. Надо думать над этим, много думать.
— Тогда я откланяюсь, — Катрин привстала со своего места и протянула руку к визиткам на столе. Стефан легко схватил ее за запястье.
— Нет, не уходите! Не хочу сейчас оставаться в одиночестве. Мне не по себе.
— Мне очень льстит, — отозвалась Катрин, и по ее лицу было понятно, что она и правда не против воспользоваться предложением провести время посреди скульптур, картин и ваз. — Но вы должны понимать, что я не могу быть вашей сиделкой бесконечно.
— Хоть самую малость. Потом я закрою «Интерьеры» и поеду в людное место.
— Хорошо, я останусь ненадолго. А у вас совсем не бывает посетителей?
— Сюда не заходят просто так с улицы. Обычно люди заказывают доставку по каталогу или с сайта, — ответил Стефан. — Кстати о доставке. Оформим?
Катрин согласилась, поставив закорючку под распечатанной таблицей из четырех строк — три кошки и одна картина, а затем купила медного слоника за наличные. Покончив с бумажками, они приступили к светской беседе. Катрин немного рассказала о кафе, и агент попросил у нее визитку. Такого богатства у нее не водилось, как и сайта, адрес которого Стефан спросил после визитки. Ограничились тем, что она показала ему кафе на Google Maps. Это оказалось не так-то просто, буквы на клавиатуре снова начали плясать перед Катрин, и название улицы и номер дома набирал Стефан под ее диктовку.
Беседа уже плавно перетекала в более личное русло. Катрин помянула Энск, из которого она была родом, и свою Alma Mater, когда зазвонил ее телефон. Это был Максим, которому она по какой-то причине понадобилась лично и вотпрямщас. Пришлось распрощаться.
— Предлагаю объединить наши усилия, — сказала она Стефану напоследок.
— В чем? В съезде с катушек?
— Нет, в их возврате на место, — Катрин захихикала, будто бы собеседник божественно сострил. Ах да, еще предстоит поведать ему, что по городу бегают статуи-убийцы. — Потом расскажу. Только пообещайте до следующей встречи не ездить в район… Как же его…
Не без помощи Стефана она вспомнила, как назывался тот пригород, где располагался салон Бонне, и где жил Оникс (хотя последнего факта она не знала), и агент пообещал обходить его границы за милю.
K.: Тунеядец!
M.: Никчемный лентяй!
K.: Вот же бездельник!
M.: Даже «спасибо» не скажет!
K.: Тяжелее стало, напустил дурак воды!
M.: Эй дурак, вынь затычку, чтоб вода вытекла.