Мэри Соммер – Убийцы и те, кого так называют (страница 30)
После наступления полуночи, когда людям в принципе свойственно отправлять благоразумие и здравый смысл отдыхать вплоть до окончания похмелья, Тони всё-таки пришлось применить грубую (относительно) физическую силу. В новой перепалке ему так и не удалось одними лишь словесными доводами вразумить компанию из нескольких туго соображающих особей. Те рьяно утверждали, что принцесса Самира причастна к заговору против короля.
Да, он заработал синяк под глазом, но его всегда можно прокомментировать словами: «Видели бы вы тех других…» Окажись рядом Джек, расправа над обидчиками была бы короткой и беспощадной.
– Ты никого не видишь? – спросил Тони у Горка уже не в первый раз.
Великан вытянул шею в попытке лучше рассмотреть лица и затылки вокруг себя, но пока никого не узнавал.
Сегодня Тони пришёл на площадь вовсе не для того, чтобы послушать выступление. Вчерашняя разведка не восполнила прорехи в информационном решете, и он надеялся хотя бы здесь узнать что-нибудь о Самире. Может быть, увидеть её… Пока на призрачном мосту только стражники ожидали появления короля. Они стеной выстроились вдоль парапета, будто опасались новых смертоносных выстрелов.
– Сэми здесь нет, – сказала Грэйс.
– А где она? – быстро спросил Тони.
– Не здесь, – последовал не слишком полезный ответ.
Грэйс не вертелась по сторонам, а неотрывно смотрела на центральную, высшую точку моста. Она накинула на голову капюшон плаща, но, по мнению Тони, не становилась от этого менее узнаваемой. В любую секунду он ожидал увидеть чей-нибудь выпрямленный указательный палец и услышать возглас: «Смотрите, вот она!»
Неожиданно для самого себя Тони выяснил, что в компании рассказчика и принцессы именно Грэйс оказалась главной знаменитостью. О ней говорили с застенчивым почтением, подавив ненадолго естественную потребность в порицании.
Когда формируется общественное мнение, каждый бесспорно виновный объект должен уравниваться кем-нибудь, достойным сострадания. В противном случае нарушается равновесие. Максимально пострадавшим героем на этот раз была назначена Грэйс. Истории о ней трансформировались из заурядных в выдающиеся и обросли негаданными подробностями. Выяснилось, к примеру, что Грэйс спасла не меньше тысячи людей во время обвала в горах. А с помощью неподвластной никому больше магии невеста короля исцелила его от слепоты.
Тони сам слышал и даже запомнил песню о той, которая сумела растопить несуществующее сердце…
Саймак появился внезапно, хотя все только этого и ждали. Как по волшебству он возник на середине моста – величественный, печальный. Народ на площади встретил его аплодисментами и приветственными возгласами. Люди радовались новому королю, ведь им было позволено самим его выбрать.
Саймак поднял руки, и стало тихо, совсем как при торжественной речи его брата несколько дней назад.
– Жители Марилии, – начал он сперва глухо, но каждый последующий звук черпал силу из предыдущего и того внимания, с которым все прислушивались. – Тяжело осознавать, что поводом для нашей новой встречи стал не весёлый праздник, а ещё одно трагическое событие. Не успели мы оправиться после потери моего отца, как нашу семью и, я уверен, всех вас сокрушил новый удар.
Грэйс пробормотала что-то, понятное только ей. Она спрятала руки в карманы, будто опасалась, что сейчас начнёт ими размахивать. Тони же опасался чего-то другого, более глобального, но пока не совсем понимал, чего именно.
– Что бы кто ни говорил, мой брат был хорошим человеком и достойным королём, – провозгласил Саймак. – К величайшему сожалению, он оказался слишком доверчивым.
«Четыре, – машинально посчитал Тони, – четыре качественных прилагательных».
На этом Саймак не остановился: он знал много эпитетов.
– Тарквин опрометчиво подпустил к себе некоторых… гостей из другого мира. Чужих, далёких от нашего мировоззрения, совершенно непредсказуемых! – Саймак взмахнул руками и принялся ходить из стороны в сторону на небольшом, свободном от стражников участке моста. – К счастью, чужестранцы редко к нам наведываются, но фатальные последствия от их действий напомнили мне, что существуют и другие опасности. Вы доверились мне и тем самым возложили на мои плечи огромную ответственность. Поэтому отныне я не стану закрывать глаза на угрозы – очевидные или скрытые. Вы только вдумайтесь, где мы живём!
Саймак ненадолго замолчал, чтобы люди смогли вдуматься, но к однозначному ответу никто так и не пришёл. Тони схватил складку плаща Грэйс. На всякий случай.
– Когда-то мы были центром Северной звезды, а сейчас мы живём на тарелке, – пояснил Саймак громко, затушив появляющиеся кое-где очаги недоумённых возгласов. – Всем известно, что с тарелок принято брать любезно приготовленное и оставленное там угощение. Давайте посмотрим вокруг. На юге находится Норклиф. Мы никак не можем перебраться через бездонную пропасть, а вот у жителей летающего острова есть драконы, и при желании они запросто могут переправить в Марилию целую армию. Разве это справедливо? Разве наше бездействие разумно?
Раздались протестующие возгласы. Благодарный за поддержку, Саймак продолжил:
– А что на севере? Мы защищаем один узкий проход в Арадонских горах, но вздрагиваем от страха, лишь услышав имя королевы Грианы. Почему только в Цере умеют строить большие корабли? Сейчас через Зелёное море к нам приходят торговые суда, но ведь однажды вместо обычных матросов на берег могут высадиться воины. Да и в северном Корфе не всё стабильно. Королём стал шестнадцатилетний мальчик, и кто знает, что может взбрести ему в голову. Так я спрашиваю вас, жители Марилии, мы продолжим полагаться на милость судьбы? Или же начнём готовиться, начнём действовать?
Предложение вызвало однозначное одобрение. От кого-то оно прозвучало осторожно, другие подхватили идею одолеть всех врагов с яростной решимостью.
– Всё, с меня хватит.
К ужасу Тони, это произнесла Грэйс. Он не успел даже попытаться остановить её и почувствовал, как в руке бесформенным отрезом ткани повис маскирующий плащ. А Грэйс была уже на полпути к мосту. Люди узнавали её и расступались, давая пройти. Там, где Грэйс появлялась, от неё расходились удивлённые восклицания, как расходятся трещины после удара острым предметом в поверхность стекла.
– Ну вот, – обречённо пробурчал Тони.
– Пусть идёт, – ответил Горк, – наша девочка знает, что делает.
В этом Тони не сомневался. Но ведь только что действующий король причислил Грэйс к чужим, непредсказуемым и не заслуживающим доверия личностям, и ей было бы предусмотрительнее держаться от него подальше.
Стражники у моста встали стеной перед опасной преступницей. Грэйс подняла руки и покрутилась, демонстрируя безоружность. Угрозу во взгляде она скрывать не собиралась. Толпа загудела, и Саймаку пришлось задобрить народ. Короткий знак – стража расступились, и вот Грэйс уже стояла рядом с королём в центре моста, на самой высокой точке.
– Жители Марилии, – обратилась она, передразнив предыдущего оратора, – я ваша бывшая будущая королева. Смею надеяться, что вы меня помните и позволите тоже сказать несколько слов.
Саймак дёрнулся, но в поднявшемся гуле одобрения он и с абсолютной властью не мог помешать Грэйс высказаться.
– Пусть говорит! – громогласным басом прорычал Горк. Фразу тут же подхватили и понесли дальше.
Грэйс, вероятно, как-то особенно посмотрела на Саймака – ему пришлось отойти и полностью освободить сцену.
– Жители Марилии, вы правда верите, что человек может существовать без сердца? Тогда позвольте усомниться, есть ли у вас мозг! На всякий случай поясню: мозг – это такая штука, которая позволяет нам думать и анализировать. Если вы всё-таки подозреваете, что в ваших головах присутствует мозг, то советую иногда им пользоваться. Я не буду комментировать выступление нашего нового короля – достаточно навязанных мнений, пора учиться делать свои выводы. Я просто расскажу вам
По толпе прошёл тихий ропот. Одно короткое слово «секрет» куда сильнее впечатлило людей, чем подозрение в отсутствии у них мозга. Звонкий голос Грэйс подхватили сотни других голосов и эхом разнесли его по всем уголкам площади. Слова просачивались в щели закрытых окон, в замочные скважины, отражались от поверхности воды. Они поднимались в небо и ныряли, стелились по каменной брусчатке мостовой, где между прутьями решётки проникали даже в подземную тюрьму…
Грэйс подождала, пока станет тихо, и продолжила:
– Значит, вы слышали о секрете и всегда мечтали узнать, в чём же он заключается? Этот счастливый день настал! Квин бы не одобрил. Он считал, что историю нужно переписывать постепенно, ненавязчиво, чтобы люди успевали привыкнуть к новым открывшимся обстоятельствам. Ну, знаете ли, при ампутации руку не отрезают по частям, а Тарквина сейчас здесь нет, так что… – Она запнулась и быстро обменялась взглядами с Саймаком. Его осязаемое желание заставить Грэйс замолчать только подливало масло в огонь, над которым таяли последние колючие льдинки её нерешительности.
– Наш новый король говорил тут что-то о неизвестных потенциальных врагах. Хм. Вот каждый из вас находится сейчас здесь и чувствует одним плечом соседа справа, другим – соседа слева и видит затылок стоящего впереди. Но как быть с теми, кто стоит чуть поодаль или вообще на другом конце площади? Вы же не знаете их! Вдруг эти люди тоже враги, которые хотят силой или хитростью отобрать ваш дом со всеми богатствами. А ведь есть ещё жители другой части Элмура и других городов, далеко отсюда. Что делает их