Мэри Соммер – Последняя принцесса Белых Песков (страница 47)

– Лея! – Косолапо вскочив, он пригладил всклоченные после сна волосы. Едва не поддался искушению потрогать видение.

И правда Лея. Она скрестила руки на груди.

– Поздравляю с женитьбой?

Синхронно они посмотрели на спящую Эри.

– Да, спасибо, то есть… ты ведь знаешь, что это не… Как ты меня нашла?

– Я тебя не искала.

Действительно, чего это он. Джек растрепал волосы обратно. От неловких переминаний его спас возникший в оконном проёме Мильхор. В отличие от остальных он не просто был свежим, бодрым и готовым к любым неожиданностям: готовность свою Мильхор демонстрировал обнажённым мечом.

– Кто ты? – потребовал он незамедлительного ответа.

На Лею оружие не произвело впечатления.

– Я искала его, – доверительно сообщила она Джеку. – А вот вас двоих тут быть не должно… Опусти уже свой меч, принц, я Свирель.

Утро началось внезапно и продолжилось стремительно. Снаружи, на берегу озера, был организован внеурочный совет, на котором Джеку, его притихшей жене и друзьям из другого мира выделили роль молчаливых зрителей. Мысленно Джек всё повторял: свирель, свирель… иногда напевно.

– Назад нам нельзя, там уже вовсю отряды стражников рыщут. – Лея щёлкнула пальцами. – Вперёд по намеченному пути мы идти не можем. Там ждут другие, почитатели старого порядка – те, кто сеет смуту в городах и медленно подтачивает ножки трона под нынешней властью. Они ждут тебя, названый король, а вот ей не обрадуются.

Щёлкнув пальцами второй раз, Лея указала на Эрисфею.

– Ты о странниках? Если они замышляют что-то против моего дяди, то я ведь на их стороне скорее, а не наоборот, – пискнула Эри. – Мы сразу скажем им об этом.

Лея коротко улыбнулась ей, а ответила уже Джеку.

– Она у тебя милая.

Прозвучало без всякой насмешки… жаль. Чувство тревожности, с которым Джек засыпал и просыпался вот уже много ночей, усилилось.

– Да, – сказал он, – я знаю.

– Эрисфея под моей защитой! – Мильхор весь расправился и положил ладонь на эфес меча. Выпендрёжник.

– Вот и женился бы на ней! – бросила Лея с досадой. – А теперь принцесса в этой борьбе не союзник, а противник.

– Не то чтобы я не пытался.

– Хм, простите, – снова вмешалась Эри, на этот раз звонче. – Я не хочу участвовать ни в какой борьбе – ни в какой роли. Назначайте новых судей, возвращайте старых королей… как вам хочется и кажется правильным. А мне просто позвольте уйти далеко в северную страну, уйти и жить.

Она замолчала, эхо развеялось, но никто не шевелился.

– Мне кажется, это хороший довод. – Джек посмотрел сначала на Мильхора, который продолжал считать свой авторитет лучшим доводом в любом споре, затем на Лею.

– Хороший, – согласилась та. Договорившись сама с собой, она в третий раз щёлкнула пальцами и заключила: – Но дальше мы пойдём другой дорогой.

15. Враг моего врага

Есть что-то угрожающе правдивое во фразе «бойся своих желаний».

На Джека давили стены и потолок? Простора ему не хватало? Вот, пожалуйста. Простор начинался непосредственно за носком его ботинка и обрушивался вниз.

– Ты уверена, что мы не заблудились? – спросил Мильхор. С девушками он привык вести себя вежливо, однако всем своим видом демонстрировал: «Вот когда я выбирал маршрут, он пролегал приятнее».

– Уверена, – ответила Лея уже не в первый раз. Верховный судья, который направо и налево выносил приговоры с высоты своего пьедестала, мог бы позавидовать безаппеляционности её тона. – Я веду вас по самому краю паутины.

Послышался чей-то сокрушённый вздох.

– Что бы ты ни называла паутиной, мне о ней ничего не известно. – Мысленно Мильхор наверняка добавил: «А ведь мне известно всё».

Джек, в свою очередь, надеялся обойти как само место, так и подробности о нём. Желательно – заложив большой крюк. Воображение уже рисовало ему липкие белые нити, пропитанные ядовитой слюной, жалящие волоски… Джек подозвал к себе круглый летающий фонарик, который за несколько часов до этого выпорхнул из сумки Леи и освещал им путь. Такой знакомый, родной кусочек магии из Марилии, он отважно нырнул в пропасть, чтобы разведать глубину. Фонарик удалялся, пока не превратился в светящуюся точку, и вернулся, не достигнув дна.

– Та сторона не так уж и далеко, – заметила Фред оптимистично. – Всего пять… – она задумалась, – ну, или семь прыжков.

– Вниз?

– По воздуху.

– Я пойду первая, – сообщила Лея.

Снова этот тон, не оставляющий манёвра для возражений. Джек всё же дёрнулся, но поздно: Лея подошла к отвесной стене, которая подпирала свод пещеры и уходила глубоко в темноту. Вдоль стены – от этого края пропасти и до противоположного – тянулся выступ. Он казался достаточно широким, чтобы встать двумя ногами, но в то же время таким узким, что всякий раз, когда Лея делала шаг, у Джека приостанавливалось сердце. Ей нужно было назваться лисой: быстрая, вёрткая… и Джек помнил, как ореол костра плеснул рыжего на её волосы.

Не так уж далеко, действительно. Минута, серия микроинфарктов – и Лея была на другой стороне. Проводивший её фонарик прилетел назад и вернул Мильхору бразды правления.

– Распределим вещи, – скомандовал он, снова взвалил на спину рюкзак Джека, а вдобавок отобрал ещё и лук с колчаном.

– Я сам могу… – запротестовал Джек.

– Ты неуклюжий как бревно, северянин. Себя дотащи в целости, уже хорошо будет. – Присудив себе победу в коротком споре, Мильхор обратился к Кларку: – Ты следующий.

Призыв возымел обратный эффект: Кларк с кряхтением опустился на землю.

– Я не могу! – Насупившись, он потёр повреждённую ногу. – Мы идём с самого утра, можно хотя бы передохнуть?

– Хочешь остаться один и сбежать?

Мильхор угрожающе сощурился, а Кларк закатил глаза.

– Ты разгадал мой коварный план, – буркнул он, – я собираюсь ковылять тут по темноте, пока не умру от истощения и голода.

Джек присел рядом и отодвинул повязку, которую сам же вчера и наложил. Царапина побледнела, синяк на лодыжке, наоборот, проступил ярче, но в размере не увеличился.

– Отёчности так и нет, – сказал он, заглянув Кларку в глаза. – Кость в порядке.

Кларк ответить не успел – вмешалась Фред. Опустившись на колени, она погладила его по щеке. Что-то изменилось между ними. Из искорки смеха, общих воспоминаний, после ночи без охраны, только вдвоём, вспыхнул огонёк.

– Как чувствуешь, сможешь?

– Смогу. – Кларк уверенно кивнул. – Сейчас соберу все силы и всё сделаю правильно…

Быстрый поцелуй в уголок губ. Фред поднялась.

– Я тоже смогу, только… – она смутилась немного, – будет здорово, если кто-нибудь подержит меня за руку.

Кем-нибудь, пусть и без особого удовольствия, пришлось выступить Мильхору. Фред вызывала у него смятение, близкое к страху, и всё же из них получилась ловкая, сплочённая и хорошо скоординированная команда. Один последний суровый взгляд для Кларка, полторы волнительные минуты – и вот уже половина отряда была на другой стороне.

Вернулся фонарик.

– Тебе достаётся моя рука, – сказал Джек с вполне естественной улыбкой. Боковым зрением он видел, как Мильхор нервно топчется. Едва ли тот готов был доверить Эрисфею неуклюжему бревну, но правила приличия не позволили ему дальше подрывать авторитет мужа в глазах жены.

– Самая крепкая для меня, – звонко ответила Эри.

Правда она так считала или хотела сделать приятное, Джек не понял, но благодарность почувствовал искренне. Он обернулся к Кларку.

– Я сразу вернусь за тобой.

Тот внезапно рассмеялся.

– Что?

– Да так. – Кларк расправил штанину. – Вспомнил загадку про волка, козу и капусту.

– У нас пока никто не пытался сожрать другого, – возразил Джек. – А ты себя волком представляешь?

Приступ веселья прошёл как по щелчку.