Мэри Мур – Серафима – сбежавшая графиня (страница 6)

– Спасибо, – ответила Серафима.

– У меня на посылках есть мальчишка, смышленый и шустрый возьми с собой, только денег много не давай, а то пропадет опять. – сказала хозяйка и направилась к выходу, остановилась, развернулась. – И вот еще, старайся идти ближе к краю дороги, не спорь, не конфликтуй, не требуй, а то еще и в каталажку могут кинуть, как врага революции. Поняла?

– Хорошо, спасибо. – хозяйка вышла за дверь.

– Серафима, сейчас пойдешь и найдешь Силантия.

Мальчишку звали Василием, на вид было около десяти лет, смешные веснушки на лице и копна белокурых, непослушных волос выбивающихся из под клетчатой не по размеру большой кепки. Первым делом отправились в ближайшую к месту происшествия лечебницу. Идти нужно было, по улице где был расположен наш особняк, аккурат по периметру забора, проходя мимо, на секунду замешкалась, пытаясь рассмотреть, что с ним стало. Красный флаг теперь развивался над главным входом, несколько больших деревьев было повалено и распилено, а статуя в парке, что так нравилась отцу, была одета в платье, что носили наши горничные.

– Что, разогнали всех графьев, – сказал Василий и Серафиме показалось даже с сожалением в голосе.

– А ты знал, тех кто тут жил?

– Ну как знал, кухарку знал, она подкармливала частенько, а я с рынка помогал носить, особенно после приемов, балов, когда еды море оставалось. Там пирожные и закуски разные. Фрукты заморские, как то давала такое трясется, как холодец, но сладкое. – сказал Вася задумчиво.

– Желе.

– Да, вот ты тоже пробовала?

– Да, мне тоже нравится. Вкусно. Особенно Варваре всегда удавалось.

– Да и там тоже кухарку Варварой звали. Вот же совпадение. – сказал Василий и потом внимательно посмотрев на Серафиму сказал. – Или это не совпадение, и мы говорим про одну и ту же Варвару? Подожди ка, ты там служила? Не может быть. Ты и есть графская дочка? – сказал Василий, практически воскликнув.

– Тихо. Не выдавай меня.

– Да, кому тебя выдам, а если так задуматься то на ваших харчах вырос, сколько себя помню у задней двери этого дома околачивался.

– А ты не знаешь, где сейчас Варвара?

– Знаю, тут недалеко столовую для рабочих открыли, она там кухаркой работает.

– Покажешь?

– Только давай сначала с твоим дедом разберемся.

Мы подошли к лечебнице, Василий, подошел к медсестре, что-то спросил и повел меня к другому входу, – Как фамилия у деда? – спросил, когда вошли.

– Фамилия? Я не знаю.

– Ладно, говори, что знаешь. – терпеливо спросил мальчишка, он был ниже меня ростом и казался маленьким, но жизненного опыта у него было больше, чем у меня в миллион раз.

– Зовут Силантий, работал дворецким, ему пятьдесят четыре года, рожден первого декабря.

– Вот когда рожден знаешь, а фамилию не знаешь. – удивился Василий.

– Папенька всех слуг лично поздравлял и делал подарки. Вот и запомнила, первый день зимы.

– Девица, – обратился Василий к проходящий мимо молоденькой девушке.

– Да.

– Подскажи, с вчерашнего взрыва люди где лежат?

– А кто вам нужен?

– Деда ищем, Силантий зовут, пятьдесят четыре года, крепкий, невысокого роста, седые волосы. Такие. – Василий показал на себе. – А и был вчера гладко выбрит.

– Вон в той палате лежит, только он плох совсем, а еще и рвется куда-то насилу уложили, после того как в себя пришел. Ну хоть теперь понятно куда рвется. – сказала девица и ушла.

Вошли в большую палату, где койки стояли плотно друг к другу. Так плотно, что даже пройти между ними было сложно. В одном помещении находилось больше двадцати человек.

– Какая барышня нас посетила, смотрите мужики, ты не меня красавица потеряла, – услышала Серафима сначала голос, а потом голос приблизился ближе.

– Иди отсюда заморыш, – сказал грозно Василий, словно из-под земли выросший между нами.

– Клоп, защитник. Смотрите. – проговорил другой и раздался дружный гогот.

– Смотри, где твой дед. – толкнув локтем проговорил Василий.

– Я его не вижу, – осмотревшись ответила Серафима.

– Мальцы, кого вы ищете, – раздался спокойный голос за спиной.

– Деда, – ответил Василий, зовут Силантий.

– Вон ваш дед, крикнул кто-то. – Серафима осмотрелась. – Девушка, дальний угол у окна. – Повернувшись, она увидела койку, но кто на ней лежит видно не было, Василий взял за руку и пробираясь через узкие проходы повел.

– Силантий, – сказала Серафима, подойдя к койке, старик повернулся, но кажется не видел ее, взгляд блуждал, потом Силантий резко сел.

– Серафима, я же вам сказал ни в коем случае не выходить из дома. – проговорил старик.

– Все хорошо Силантий, я не одна, с Василием. – мальчишка выглянул из-за спины.

– В обиду не дам. – сказал, Василий и вытер щеку тыльной стороной руки.

– Серафима, возвращайтесь в комнаты, там за все оплачено, и не выходите на улицу это опасно, меня через пару дней выпишут.

– Но… Сестричка сказала, что вы совсем плохи. – возразила Серафима, – Я буду приходить ухаживать и хозяйка сказала если в комнаты поменьше переехать, то на две недели хватит.

– Серафима, я живой, меня немного задело, видишь руки ноги целы. – сказал Силантий и в тот момент когда двигался неосознанно, скривился от боли.

– Вот, ляг, пожалуйста, – сказала Серафима укладывая старого дворецкого.

– Иди поближе, – девушка наклонилась, – На всякий случай, документы лежат в ящике, там же остаток денег и вот. Возьми в кармане, он указал на висевшую одежду, это письмо от тетки с адресом, забрать успел, за это можно сказать и пострадал. – тихо закончил он. – Серафима, напиши ей. Обязательно напиши. – Силантий сжал ее руку крепко. – А теперь иди и не смей сюда приходить. – приказал, старик Серафиме.

Слезы бесшумно текли по лицу, пока она выходила из палаты. Смешанные чувства бушевали внутри. Василий посадил ее на лавку и скрылся в длинном коридоре. Серафима, спрятала письмо во внутренний карман, решив, что это не место для чтения писем.

– Совсем плохо, дела? – услышала она вопрос, но не сразу поняла, что обращаются к ней. Посмотрела на мужчину, что сел рядом, перебинтованная голова и рука, что была закреплена на уровне груди. Пронзительные голубые глаза, смотрели на нее сейчас казались по меньшей мере нереальные. – Вы меня не узнаете?

Глава 6

– А должна? – ответила Серафима, отвернувшись от наглого, как показалось мужчины пыталась рассмотреть куда все таки подевался Василий.

– Замятин Павел Петрович, вы правда не помните, мы в детстве часто бывали у вас.

– Павел Петрович, вас же папенька сослал в Европу после того как вы чуть ли не взорвали дом? – сказала Серафима вслух свою догадку. – Ой.

Павел Петрович, рассмеялся. – Очень жаль Серафима Андреевна, что это единственное, что вы помните обо мне.

– Нет почему еще помню колючки в своих волосах и лягушку, что вы подбросили в комнату, со своим братом, его помнится звали Алексей Петрович?

– Да, но он погиб. – проговорил тихо, Павел Петрович.

– Но вы живы и сможете наслаждаться плодами своего труда, ну как совершили революцию? Я же помню, как вы рассуждали, про равенство. – сказала со злостью Серафима выплеснув всю, что скопилась за последние дни на Павла Петровича. – Нравится? Разруха эта, хаос. Нравится?

Под ее словами, казалось Павел Петрович, согнулся. – Мне очень жаль Серафима Андреевна, что так случилось, мы не этого хотели. Простите. – проговорил и встал. – Хотел предложить помощь, если чем-то смогу помочь, буду рад. Сейчас работаю при новом правительстве и за мной осталась наша старая квартира на набережной дом три, квартира семь. – он остановился и свободной рукой растер колено, словно раздумывал говорить дальше или нет. – Серафима Андреевна, извините если сможете, но Силантий вероятней всего не выживет. Вам нужно решить, как жить, понимаю, что для вас мое общество неприятно и не самый близкий вам человек, но хочу помочь.

– Как? – спросила Серафима, в одном точно был прав, у нее не было большого выбора кандидатов в помощники.

– Помочь с документами, выездом, если конечно есть куда и на что ехать. Крышу над головой и защиту. По крайней мере до тех пор, пока вы не определитесь, как жить дальше. – старательно выбирая слова проговорил Павел Петрович.

– Спасибо, подумаю. – сказала Серафима и несколько минут раздумывала, стоит ли спросить об отце, а с другой стороны, он сам предлагает помощь. – Павел Петрович, вы случайно не слышали, что произошло с папой?

– Нет, но могу попытаться узнать. Его когда забрали?

– Два дня назад из нашего имения.

– Хорошо, Серафима Андреевна, обещать ничего не могу, но постараюсь узнать все что возможно.