Мелинда Ли – Побереги силы (страница 62)
— Положи оружие, или я тебе пристрелю! — велела Морган.
Несколько секунд Ким стояла неподвижно. Неужели она не желала сдаваться? Даже если бы Морган не была метким стрелком (а она и не была!), промахнуться с такого расстояния было трудно. Неужели Ким страдала склонностью к суициду? Морган уже однажды застрелила человека в схожей ситуации. Она не отличалась жестокостью, если только тем, кого она любила, не угрожала опасность.
Но Ким, похоже, была отчаянной женщиной. Упав на землю, она развернула пистолет на 180 градусов и навела его на Морган.
А в следующий миг — почти одновременно — прозвучали два выстрела.
Морган отшатнулась назад, ее рука взметнулась к ребрам. Ким попала в нее?
Взгляд Ланса вернулся к Ким. Она поднялась на ноги и, покачиваясь, устремилась к лесу. А ее пистолет остался лежать на земле. Морган промахнулась?
— Ким! — слабым голосом закричал Стивен.
Но сестра даже не обернулась на взволнованный окрик брата.
Ланс снова посмотрел на Морган. С трудом дыша, она держалась за бок. У нее что — текла кровь? Ланс в панике вскочил на ноги и побежал к ней. Но прежде, чем он подскочил к любимой, она пришла в себя. И сделала то, что он меньше всего ожидал: пронеслась мимо него быстрее, чем могла бегать, как он думал.
— Я справлюсь со Стивеном, — крикнул Шарп, направившись к Хольгерсену и подобрав по пути пистолет Ким.
Чтобы оправиться от шока, Лансу потребовалась секунда. Он бросился вслед за Морган. Ким замедлила шаг, Морган догнала ее в несколько скачков. И толкнула в плечо. Качнувшись вперед, Ким рухнула наземь вниз лицом. Через секунду Морган уже сидела на литературном агенте верхом, упираясь коленом ей в спину.
Ланс подоспел в тот момент, когда Морган заломила Ким руки за спину.
— У тебя есть стяжки? — бросила она парню через плечо.
— Вот, — подал ей пару штук Ланс.
Связав руки Ким, Морган, тяжело дыша, села на землю.
Наклонившись, Ланс коснулся полы ее жакета:
— Ты ранена?
И вздохнул с облегчением, когда его пальцы нащупали бронежилет:
— Ты все-таки его надела!
— Ты же сам заставил меня это сделать, — Морган сняла жакет и бронежилет.
— Я и забыл, — запаниковал Ланс.
Морган приподняла подол своей рубашки:
— У меня такое ощущение, будто по мне стукнули молотком.
— У тебя будет большущий синяк, — Ланс был несказанно этому рад.
— Переживу как-нибудь, — опустила рубашку Морган.
Ланс перевернул Ким на спину. Из ее плеча сочилась кровь. Морган не промахнулась. Они обе попали в цель, но на Морган был бронежилет, а на Ким — нет. Раненая Ким под воздействием адреналина побежала в лес.
Ланс обыскал ее на предмет другого оружия и обнаружил в кармане куртки складной нож. Забрав его, Ланс покосился на Шарпа. Тот уже связал руки Стивена. Тот, похоже, уже был ни на что не способен. Разве что изрыгнуть рвоту. Но Шарп на всякий случай проверил его карманы и связал лодыжки. А затем вернулся к Оливии.
Ланс поставил Ким на ноги и повел обратно на поляну. А там усадил с собой рядом.
— Я истекаю кровью, — пожаловалась Ким.
Ланс со вздохом взял шарф Морган, которым она маскировала бледность лица, и обмотал им плечо Ким.
— Полиция уже в пути, — сказала Морган. — Как Оливия?
— Нехорошо, — обернулся к ней Шарп. Дыхание Оливии было напряженным. При каждом выдохе из ее груди вырывался свист. Шарп прикоснулся к ее лицу, и Оливия открыла глаза. Потом приподняла руку и протянула ее к Шарпу. Детектив сомкнул вокруг нее свои пальцы. А лес наполнился гулом приближавшихся сирен.
Вскоре на поляне возле озера припарковались четыре полицейские машины Редхейвена, «скорая» и бригада парамедиков. Шарп поднялся в скорую следом за Оливией. Медики тотчас же надели ей кислородную маску и принялись вводить ей внутривенно необходимые лекарства. Постепенно на лице Оливии заиграли краски.
Ланс приобнял Морган. А она положила ему на плечо свою голову. Поначалу они ничего не говорили. Физический контакт возвращал им спокойствие. Все было позади. Никто не погиб — даже Хольгерсены. Тело Ланса вдруг обмякло от слабости. Он был мокрым, озябшим, голодным и совершенно истощенным.
Но его сердце ликовало от радостного неверия в то, что они нашли Оливию живой.
— Я хочу поехать домой и проспать целую неделю, — вымолвила, наконец, Морган.
— Понимаю, — сжал ее руку Ланс. Они почти не спали с прошлого четверга. — Это были очень долгие четыре дня.
— И нам опять не удастся сегодня поспать? — спросила Морган.
— Скорее всего, нет, — им предстояла длинная и утомительная ночь дачи свидетельских показаний, но Ланса это волновало меньше всего. Все, за кого он волновался и переживал, были живы. И это было главное!
Глава сорок шестая
Оливия потянулась за стаканом с водой на прикроватном столике на колесиках.
Сидевшая на стуле рядом детектив Стелла Дейн записала что-то в маленький блокнот и предложила:
— Если вам нужен отдых, я могу прийти в другой раз.
— Нет-нет, — глотнула воды Оливия. — Я уже почти все рассказала. Я хочу с этим закончить, — ей очень хотелось оставить все происшедшее в прошлом. Но, будучи реалисткой, она понимала, что у нее все равно не получится. «Шрамы» от похищения будут преследовать ее всю жизнь.
Сможет ли она когда-нибудь находиться одна? Будет ли спать спокойно, без ночных кошмаров?
Оливия содрогнулась.
Оливия уже в деталях рассказала Стелле о событиях, случившихся с момента похищения до ее бегства и спасения:
— Я до сих пор не могу поверить, что мой литературный агент организовала мое похищение ради пиара. Я знала, что ей пришлось нелегко после развода, и ее сильно раздражало, что я тянула с книгой. И все-таки…
— Это ужасно, — согласилась Стелла. — Вы даже не подозревали, в каком отчаянии она пребывала?
— Нет, — Оливия прокрутила в голове несколько последних разговоров с Ким. — Она упомянула однажды, что боится потерять квартиру. Но мы сотрудничали с ней недолго. Я просто не успела узнать ее хорошо.
Оливия предполагала, что будет чувствовать себя обманутой и преданной. Но пока что она только радовалась тому, что осталась жива, и боялась оставаться одна. Может быть, со временем — после того, как она проведет за беседами с психологом сотни часов и придет более-менее в себя после такого сурового испытания — злость и нахлынет на нее. Но это будет нескоро…
— Мы думали, что один из убийц, чьи дела вы расследовали, был невиновен. А настоящий преступник не желал пересмотра дела, — сказала Стелла.
— А что, Клиффа Франклина ждет новое судебное разбирательство? — поинтересовалась Оливия.
— Сомневаюсь, — ответила Стелла. — Джой рассказал нам в мельчайших подробностях, как его брат убил еще пять женщин. Если поисковые группы обнаружат их тела, у нас будут все доказательства, подкрепляющие его показания. Джой не хотел свидетельствовать против брата, пока на кону стояла его личная свобода. Теперь он заливается соловьем. Даже если Клифф подаст апелляцию по делу об убийстве Брэнди Холмс, ему сразу же предъявят обвинения в пяти других убийствах.
— Для меня большое облегчение услышать это, — призналась Оливия. — Я понимала, что должна была обратить внимание правоохранительных органов на нарушение в цепочке хранения и передачи улик. И я уже почти закончила книгу… Но что-то внутри меня противилось этому… Наверное, мне больше не следует заниматься журналистикой.
— Вы слишком строги к себе. И слишком близко принимаете все к сердцу.
— Не мое дело — формировать общественное мнение или выступать в роли судьи и присяжных. Но я думала, что обязана раскрыть правду.
— Быть человечной и не желать, чтобы убийца вышел на свободу и покалечил жизни другим людям, — нормально, — заверила Оливию Стелла. И, наклонив голову, спросила: — А вы никогда не допускали мысли, что Эрик Оландер невиновен?
— Допускала, но только поначалу и ненадолго. Хотя его дело показалось мне интересным. Я подозревала, что родители помогли ему придумать сценарий ограбления, чтобы скрыть его причастность к убийству жены.
Стелла отложила ручку и блокнот:
— Вам все же следует отдохнуть. Да и Шарп, наверное, уже кружит по коридору за дверью.
Оливия представила себе такую картину и, несмотря на свое состояние, не удержалась от улыбки.
Стелла встала со стула:
— Как вам кажется, вы восстановитесь?