Мэгги Бранто – Павшее Королевство (страница 2)

Девушки резко обернулись на тонкий противный скрип, который теперь издавали все петли оставшихся в замке дверей. На пороге замер тяжело дышавший Айзек в обнимку с двумя подушками, а на плечах его, словно рыцарский плащ, красовался тёплый вязаный плед. Не удержавшись, подруги звонко засмеялись, и мужчина невольно улыбнулся. Мейти засмеялась впервые за последние несколько месяцев, что безмерно порадовало её жениха.

– Дамы, почему вы до сих пор не поели? – Айзек прошёл к кровати и переложил на неё всё, что принёс с собой из заброшенных покоев, а затем присоединился к их небольшому пиршеству. – Остынет ведь.

Тихий ужин втроём стал уже традицией, хоть и с каждым днём он становился всё более скромным. После не самого сытного перекуса все трое стали укладываться спать: Мей и Мира на кровати, а Айзек на импровизированном ложе из кресел.

***

Тихий морской бриз приятно трепал непослушные локоны и обдувал кожу, даря свою лёгкость. Мей улыбнулась своим ощущениям и протёрла лицо руками, после чего приподняла пышную юбку любимого платья и откинула изящные туфли на каблучках. Её ножки погрузились в мягкий мелкий песочек, приятным теплом окутывающий стопы. Шаг за шагом она приблизилась к кромке воды и задумчиво взглянула на горизонт.

– Ну, здравствуй, – шепнула она и опустилась на песок. Удалось сесть так, что приподнятый подол оставался сухим, а солёные волны ласкали обнажённые ножки.

– Неужели соскучилась? – за спиной раздался бархатистый голос и Мей с довольной улыбкой закрыла глаза, поднимая лицо к небу и закатному солнышку. Она слышала улыбку в любимом голосе, но побоялась открыть глаза.

– Я люблю тебя! – почти неслышно произнесла Мейти, но прекрасно знала, что он её услышал. И в подтверждение тому её щеки коснулись тёплые мягкие губы, а затем задержались на шее, обжигая кожу сладостным ожиданием. Шумно выдохнув, девушка развернулась и прижалась к тем солоноватым губам своими и лишь спустя бесконечно быстро пролетевшие минуты, Мей открыла глаза. Мужчина в небрежно расстёгнутой рубашке с подвёрнутыми по колено брюками смотрел на неё терпким кофейным взглядом. – Ади.

На душе стало легко и тепло, даже захотелось танцевать и кричать от восторга так, чтобы весь мир слышал её, но Мейтин лишь повалила мужчину на песок и ловко забралась на него, услышав такой родной смех.

– Всё та же безбашенная принцесса, – улыбнулся Адриан, погладив горячими ладонями бёдра возлюбленной, чуть сильнее задирая юбки. – Я тоже скучал.

Они не отводили друг от друга внимательных влюблённых взглядов, будто от этого зависела жизнь обоих. Объятия становились всё крепче, прикосновения всё смелее, а поцелуи всё откровеннее и жарче. Окружающие звуки сплетались в единую мелодию страсти: шум кристально чистого моря, сбитое дыхание, бесконтрольно слетающие с нежных губ тихие стоны и шуршание песка.

– Моя королева, – шепнул Адриан, покрепче прижав к себе возлюбленную. – Мне пора.

– Нет! Нет-нет! Стой, не уходи, не бросай меня. – Мей заметалась. – Эти месяцы были кошмаром без тебя! Я думала, ты погиб!

– Погиб, – медленно повторил Ади, поглаживая пальцами лицо девушки и внимательно глядя ей в глаза. – Ты – моя погибель.

Мей вздрогнула и крепче обняла возлюбленного. Она заметила, как небо начали затягивать тучи, задул сильный ветер и поднялись волны.

– Нет! – последнее, что успела вымолвить девушка.

***

Пустой и безэмоциональный взгляд немигающих глаз был безотрывно прикован к тёмному потолку с потрескавшимся покрытием позолоты на гипсовых вензелях. Дыхание медленно и очень неохотно восстанавливалось, возвращая Мейтин в холодную суровую реальность, где её окутывало болезненное осознание потери. «Это был сон» – подумала она и ощутила, как по щеке скатилась горячая слеза. Новый статус не позволял девушке плакать при свете дня, когда её могли заметить. Она должна была быть сильной правительницей: бесстрастной и справедливой, несмотря на всю боль, поселившуюся в сердце. Да и будучи невестой короля Девора ей не подобало оплакивать погибшего возлюбленного.

Мей медленно и очень тихо поднялась с кровати, не желая разбудить своих соседей по комнате, мирно спавших этой наполненной прохладой ночью. Хоть и прекрасно знала, что Мира в последнее время спала чрезмерно чутко и просыпалась даже от того, что у неё под боком Мей ворочалась во сне. А Айзек, благодаря военной выучке, просыпался от каждого лишнего шороха. Это позволяло ему спать по ночам, но всё же оставаться на страже и оберегать девушек. Однако, Мей предпочитала думать, что друзья спят крепко и не слышат, как каждую ночь она скрывается за дверью потайного хода, который вел в лабиринты коридоров, и долго неспешно по ним бродит. Каждый раз ноги заносили её в одно и то же место. Она легко толкнула тяжёлую дверь, и та с пронзительным скрипом отворилась.

Всё те же серые исцарапанные камни, местами запачканные засохшей кровью. А вот все флаги, некогда украшавшие пространство под потолком, были сорваны и простирались на полу вместо ковров, которых там никогда не было. Толпа желающих зрелищ зевак здесь больше не появлялась, ставок и шумных выкриков больше не было слышно. В полной всепоглощающей тишине Мейтин подошла к перекосившемуся помосту, на котором некогда проходили бои. Именно здесь она однажды увидела возлюбленного и не смогла больше забыть того ужаса. В тот день она вернула себе память, вновь обрела любовь. И его – своего единственного.

Мей провела пальцами по треснувшим деревяшкам, позволяя себе утонуть в собственных эмоциях. Её сердце судорожно заметалось в груди, пропуская удары, забывая, как биться. Перед глазами поплыло от застилающих слёз и гнетущей острой боли, раскалённым свинцом растекающейся по венам. Она закричала. Громко, пронзительно, истошно. Кричала до тех пор, пока лёгкие не обожгло отсутствием воздуха. Мей и сама не заметила, как сползла на пол и обняла колени, даже не пытаясь стереть льющиеся ручьём слёзы. Её трясло. Воспоминания столь яркие и реалистичные, что девушка буквально чувствовала обжигающие поцелуи на нежной коже. Она видела лица родителей, тянулась к ним в мольбе о помощи, но и это видение развеялось перед ней, вновь оставляя в крепких объятиях одиночества. Мейтин сжала себя за плечи, впиваясь в кожу ногтями до боли, до новых ранок, тем самым желая заглушить эмоции. Короткий судорожный вдох. Ещё один чуть ровнее. С каждой новой попыткой Мей заставляла лёгкие вбирать больше воздуха, от чего сердце начало биться ровнее. Как уже стало привычным в моменты такой истерии боль начала отступать, наполняя душу сковывающей безысходностью. Прошлое не изменить. Осознание этого факта ледяной лавиной обрушивалось на голову и Мей неподвижно сидела, безотрывно глядя в пустоту. Это был тот самый взгляд, который устремлялся куда-то вперёд, но был обращён внутрь, на израненную душу.

Лишь ближе к рассвету Мейтин сумела подняться на ноги.

– Королева должна спасти свой народ. Чего бы это ни стоило, – шепнула Мей себе под нос и сделала глубокий медленный вдох и ещё более длинный выдох. Она спешно направилась в тронный зал, где скоро должна была начаться отчётная еженедельная аудиенция: назначенные ответственными придворные обязаны докладывать об обстановке в доверенных им делах.

Когда Мейтин добралась до полуразрушенного тронного зала пыльными коридорами, ничего, кроме чрезмерной бледности и синяков под глазами не выдавало её ночного состояния. Она вновь была гордой и статной королевой для своего народа.

Айзек уже ожидал её, разместившись на троне короля и как-то озадаченно сощурившись.

– Ты вовремя. Генерал доложил, что сегодня на отчёт прибыли лишь трое. До нас, наконец, добрался пограничный полководец. Также с новостями прибыли с кухни и от прислуги, – взгляд короля, устремлённый на Мей, наполнился тревогой. – Ты в порядке?

– В порядке, – коротко отмахнулась она, опускаясь на свой трон. – Приступим. Зовите повара и прислужника.

Мейтин упёрлась локтями в подлокотники и сплела пальцы в замок в ожидании не самых оптимистичных докладов.

– Морган Форс, ответственный повар, – провозгласил стражник и перед королём Девора и королевой Асмейна предстал высокий крупный мужчина, одетый в белую специальную кухонную форму: чистую, но уже несколько потрёпанную и местами надорванную. В руках он держал свой высокий колпак. Мужчина почтительно поклонился и лишь получив одобрительный кивок от Айзека, начал свой доклад:

– Ваше Величество, продовольственные запасы дворца заканчиваются. Кухня скоро не сможет прокормить всех жителей замка. Повара стараются экономно расходовать то, что ещё осталось. Нам даже пришлось немного уменьшить порции, чтобы как можно дольше мы смогли накормить всех, – Морган Фокс взволнованно сжимал свой колпак. Его поистине тревожила эта проблема. Мужчине с большим добрым сердцем хотелось, как и прежде, кормить всех сполна и баловать вкусными десертами. Он прекрасно знал, как дети и дамы любили разные сладости, а мужчины наслаждались сытными мясными блюдами.

– Благодарю, Морган, за отчёт. Мы организуем выезд вооружённого отряда за продуктами. Продержитесь ещё дня три, и мы пополним дворцовые запасы, – задумчиво произнёс Айзек, уже мысленно составляя отряд из десяти стражей с двумя большими повозками и решая, в какое направление им двинуться безопаснее.