Меган Тернер – Королева Аттолии (страница 42)

– Предательство! – воскликнул Нахусереш.

– Дипломатия, – поправила его Аттолия. – От моего имени. – Из травы позади капитана один за другим вставали солдаты ее гвардии.

Аттолийская армия завершила маневр. Королева объяснила послу, что разгрома еще можно избежать, если удалиться добровольно. Эддис и Аттолия позволят медийским солдатам вернуться в Рею, погрузиться на свои корабли и покинуть аттолийские воды. У обеих королев нет причины воевать с медийцем. Его всего лишь приглашают уйти.

Нахусереш, понимая, что битву не выиграть, нехотя сдался.

– Эддис наверняка захочет получить какой-либо залог в подтверждение сегодняшних договоренностей. Чем вы планируете завоевать ее доверие?

Аттолия не ответила, лишь посмотрела на него с непроницаемым лицом.

Нахусереш вспомнил послание, которое она отправила с эддисским военным министром, и побледнел от злости.

– Ты сделаешь королем того мальчишку? Вора?! – закричал он. – Хотя могла бы выйти замуж за меня?

Аттолия снисходительно улыбнулась.

– Прекрасная месть за потерянную руку. – Медиец едва не рычал.

– Зато я сохраню свою независимость, – заметила она.

– О да, из этого однорукого получится замечательный свадебный генерал, – бушевал Нахусереш. Потом ему вспомнилась недавняя лесть Аттолии. – Я что, оскорбил твоего любовника?

– Не любовника, Нахусереш, – возразила Аттолия. – А человека, которого я решила сделать королем.

Глава Девятнадцатая

Когда медийская армия перестроилась для отступления, а эддисийцы и аттолийцы сомкнули ряды для совместного противостояния врагу, Аттолия отослала медийского посла под охраной обратно в Эфрату. Он уже успел совладать с собой и на прощание поцеловал ей руку.

– Вы умны, – снизошел он. – Обвели меня вокруг пальца. Едва я начал узнавать вас как следует, как приходится уходить. Это разрывает мне сердце. Мое мнение о вас растет с каждой минутой.

– У него будет время вырасти еще выше, – ответила Аттолия. – Вы не уйдете далеко, пока ваш император не пришлет мне выкуп за вас.

– Вы берете на себя слишком много, – пригрозил Нахусереш.

– Вы, Нахусереш, даже сами не знаете себе цену. Вы нужны своему императору дома, живым и здоровым.

– Если вы считаете, что Великие державы Континента вас защитят, то сами не понимаете собственной слабости. Посмотрим, долго ли еще вам, ваше величество, удастся править своим захолустьем. Вы быстро обнаружите, что ваши возможности сильно ограничены.

– Неужели? По-моему, вы, Нахусереш, все еще меня недооцениваете. Раз уж мы с вами заговорили откровенно, признаюсь, что эта беседа меня утомила.

Аттолия распрощалась с ним и спустилась к берегу реки. Там ее ждала лодка для переправы через Сеперкию. Отсутствие моста было еще одной причиной, а может быть, и результатом того, что Эфрата не имела особого значения. Королева переправилась через бурные воды, и ее встретили собственные офицеры, а также офицеры, министры и сама королева Эддис.

Для высадки соорудили временную пристань, но настоящего причала здесь не было. Речная вода стояла намного ниже пристани, и королеву со всеми возможными почестями подняли из качающейся лодки на берег. Она расправила складки платья и с пылающими щеками подняла глаза на Эддис. Та терпеливо ждала. Одета она была в шаровары и невысокие сапоги, верхняя туника такая же, как у офицеров, но расшита золотом. Короны Эддис не носила. Она была невысока, но миниатюрной не назовешь – слишком широка для этого. Ее отец, вспомнилось Аттолии, тоже был широкоплеч и не очень высок. Лицо Эддис хранило серьезность, но, пока она ждала, чтобы гостья заговорила, ее глаза прищурились – как показалось Аттолии, в замешательстве.

Аттолия ответила ей надменным взором и спросила:

– Мы с вами сходимся во взглядах, ваше величество?

– Да, на удивление, – мрачно ответила Эддис. Она не столько пыталась закрепиться в своем мнении, сколько старалась его изменить. Она всегда считала, что хорошо знает королеву Аттолии, и недоумевала, что Эвгенидес в ней нашел. Она, конечно, красива, но при эддисском дворе много красивых женщин, и их очарование никогда прежде не трогало Гена.

Аттолия перевела взгляд на эддисского военного министра.

– Как ваша голова? – вежливо поинтересовалась она.

– Поседела, – загадочно ответил министр.

– От тревог? Вам не нравятся наши легкомысленные планы?

– Я полон восхищения ими, ваше величество. – Эддисский министр склонил голову. Аттолия отвесила королевский полупоклон.

Эддис с любопытством взглянула на своего министра.

– При чем тут голова?

Аттолия объяснила:

– Пришлось силой убеждать его не душить собственного сына.

– Нам тоже иногда приходится, – совершенно серьезно ответила Эддис.

Одна бровь Аттолии взметнулась в тщательно передаваемом удивлении. Эттис заметила это – наконец-то поняла, откуда Эвгенидес позаимствовал свой излюбленный взгляд. Она улыбнулась.

Аттолия неуверенно застыла, потом и сама улыбнулась – на краткий миг. В ее выражении Эддис заметила проблеск надежды для своего вора, и на душе полегчало.

– Вам повезло с вассалами, – сказала Аттолия.

– Ваша армия идеально выполнила маневр по разделению, – ответила Эддис. – Вам не меньше повезло с офицерами.

– Они наняты по контракту, – снисходительно пояснила Аттолия.

– Тем ценнее, что они хранят верность вам, хотя легко могли бы предложить свои услуги кому-нибудь на стороне. Куда еще мои бароны могли бы пойти и при этом остаться баронами?

Аттолия помолчала, обдумывая это.

– Должна вас поблагодарить. Мне не приходило в голову взглянуть на дело с этой стороны, – произнесла она.

– Ваше величество! – сказал эддисский военный министр и тут же поправился: – Ваши величества! За отступлением медийцев надо следить. Будет лучше, если ваши величества поедут вместе. Возможно, по дороге вам захочется что-нибудь обсудить.

Королева Эддис села верхом и повернулась к королеве Аттолии.

– Вы простите, если я буду говорить откровенно?

– Конечно.

– Какие договора вы заключили с Медией?

– Никаких.

– Никаких? Но я думала…

– Что мою войну финансирует император? Поначалу он так и делал, но исключительно по собственным соображениям.

– А ваш посол?

Аттолия неожиданно для себя ляпнула первое, что пришло в голову:

– Делит бороду на два острия, словно вилку. И мажет ее дешевым маслом.

– Весьма откровенный отзыв, – рассмеялась Эддис. – Мне казалось, вы от него в восторге.

– Ему тоже так казалось, – сухо откликнулась Аттолия.

К вечеру армия Медии дошла до Реи. Это был большой порт, окруженный плодородными землями, достаточными, чтобы питать процветающий город. Подобно Эфрате, он был обрамлен прибрежными холмами, но, в отличие от нее, в этих холмах имелся широкий проход, соединявший Рею с внутренними районами страны. По такому случаю здесь был даже построен мост через Сеперкию.

Аттолия и Эддис сидели бок о бок на холме, с которого открывался вид на город, и следили за тем, как медийцы грузятся на корабли.

– Не очень-то мне нравится отсылать императору его солдат, – вздохнула Эддис.

– По его меркам это совсем немного. Их потеря не нанесет ему вреда, лишь еще сильнее разозлит.

– Вы считаете, что он не станет больше нападать. Может быть, он думает, что мы хорошо защищены? – с надеждой спросила Эддис.

– Нахусереш говорил, женщина не может править в одиночку, – напрямую заявила Аттолия.

Эддис усмехнулась.

– Великие державы Континента не хотят, чтобы медийский император распространил свою власть на это побережье, – сказала Аттолия. – Он, без сомнения, будет отлавливать наши корабли в море, но, если он направит войска против нас, можем надеяться, что Континент пришлет нам помощь.