Мэд Фоксович – Мышиные бега (страница 11)
Мэрл приложила ладони к узким плечам золотого мыша, на щеках Бридла выступил солнечный румянец, когда та подвинула его ближе к себе. Теплые розовые носы кукол случайно столкнулись, мыши вытянули смущенный улыбки и ослабили объятье, но до сих пор не разнимали теплых влюбленных взглядов.
Бридл и Мэрл были счастливы, каждый по своему, но оба и благодаря друг другу.
***
Тыл Бэд-Лэнда; клепанные металлические стены фабрики возвышались над сухой землей, завод отбрасывал огромную ромбовидную тень на плешивый рельеф шафрановой саванны.
Подтягивая ремни знакомых походных рюкзаков, Бридл и Мэрл сходили с платформы ведущей шхуны, караван приостановился у заброшенного парка всего на несколько минут, чтобы мыши успели попрощаться с новыми друзьями.
— Берегите себя. — Все таким же умиротворенным и тягучим голосом произнесла Теннесси, почтительно кивнув. Солнечная грива лошади развевалась на горячем ветру.
Бридл вытянул милую зубастую улыбку, махнул лапкой и уверенно замаршировал в сторону парка.
Мэрл протянула ладонь Шайр, и куклы пожали руки. На губах темной мыши появилась благодарная, но слегка меланхоличная улыбка.
— Я уверена, мы еще встретимся! — усмехнулась кобыла.
— Знаю. — Мэрл притупила улыбку и закрыла глаза.
Мышь медленно разжала пушистые пальцы, как вдруг ощутила легкое хрустящее прикосновение к своей ладони. Кукла разомкнула веки и поняла, что Шайр передала ее маленький бумажный конверт, прикрытый знакомым жестяным коробком.
Караван тронулся с места, скрипучие деревянные колеса подняли рыжую пыль. Повозки стали набирать скорость.
— Рада, что тебе понравились кузнечики! — прокричала Шайр издали. — Там еще немного осталось!
— Спасибо! — заливаясь смехом, крикнула мышь в ответ.
Вскоре последняя шхуна прерий скрылась за янтарным горизонтом. Мэрл опустила коробок кузнечиков в глубокий карман охотничьего камзола и распечатала таинственный конверт. Внутри оказался практически пустой мятый лист бумаги. Кукла заинтересованно прищурила взгляд, чтобы разобрать текст трех маленьких строчек в середине письма.
— Мэрл! — глухой вскрик Бридла отвлек мышь от чтения. — Ты скоро?! — мышонок помахал Мэрл издалека.
Кукла судорожно скомкала письмо в три сгиба и сунула его во внутренний карман.
Громыхая рюкзаком, мышь помчалась вдогонку.
— Предлагаю разделиться, чтобы не тратить много времени! — пыхнула Мэрл, когда наконец-то сровнялась с золотым мышем. — Пока ты будешь выбирать себе книги, я проверю монорельс!
— Договорились! — Бридл улыбнулся и поднял вверх большой палец.
***
Мэрл проникла на территорию парка сквозь огромную пробоину в бетонном заборе. Вероятно, бывшие рабы Бэдлада учинили столь титаническое разрушение в день грандиозного побега с помощью динамита или простых кирок.
Кукла пересекала опустевшие до жути глухие закоулки каскада пневматических аттракционов. Страшный шепчущий скрип доносился из-под ржавеющих шестерней, в бока так и норовили уткнуться обесточенные шпалы американских горок, облезлые пластмассовые лошади на каруселях и колючие лапы статичных аниматронных маскотов. От этого места буквально веяло смертью и механическим разложением, Мэрл стало не по себе…
Вскоре мышь наткнулась на маленькую грузовую станцию. Стартовая линия монорельса была выведена наружу, обнесена железными прутьями и соединена скругленными арками как с развлекательной, так и складской зоной. Одинокая железная дорога скользила по саванне и уходила за горизонт. Мэрл выдохнула с облегчением, когда обнаружила на станции рабочую, но изрядно запылившуюся дрезину.
Кукла чувствовала, как ее клыки стучали от одного нахождения в заброшенном Бэд-Лэнде, но кровь замерла в жилах темной мыши, когда та приблизилась к парадным воротам. На верхушке холма, прямо напротив парка развлечений, стояла машина… это был черный немецкий внедорожник Mercedes-Benz.
Мэрл поняла: некто бродил поблизости и, вероятно, даже следил за ней на протяжении очень долгого времени. Но ее не напугал факт возможного нападения, нет… ноги мыши подкосились, когда она подумала о том, что может случиться с Бридлом, если его найдут первым…
***
Бескрайние ряды книжных полок собирали пыль целый месяц, один из верхних этажей глухой складской башни оказался переполнен мануалами и энциклопедиями. Нераспроданный товар Бэд-Лэнда был обречен гнить в стенах собственного дома и гробницы долгие десятилетия, пока на территорию парка не заявились мыши.
Поджав колени, Бридл с интересом и трепетом листал старый толстый справочник, из рюкзака золотого мыша уже торчала высокая стопка книг. Было понятно: с того момента, как они с Мэрл решили разделиться, любознательный пушистик не терял времени зря.
Внезапно безупречную циркуляцию библиотечной идиллии разорвал звонкий хлопок! Мышонок взвизгнул от неожиданности и мгновенно вскочил на ноги! Бридл стал судорожно оглядываться по сторонам в поисках источника шума, то и дело пригибая голову и вставая на цыпочки, чтобы видеть параллельные ряды сквозь верхние и нижние полки!
Взгляд золотого мыша приковал к себе маленький том, лежавший на полу ближе к противоположному концу зала. Пыль, взмывшая в воздух в результате падения книги, все еще не успела осесть. Бридл вздохнул с облегчением и вытер со лба холодный пот, когда невинный ключ неожиданного хлопка наконец был обнаружен.
Мышонок уселся на пол и продолжил сортировку.
Наемный убийца, Бартоломью Румпель, скрипнул пугающей голодной улыбкой, темный треугольный силуэт охотника за головами вытянулся из-за поворота книжного шкафа в десятке метров от Бридла. Румпель радовался, ведь его звуковая приманка сработала с самого первого раза, но делал это максимально беззвучно, словно существовал и перемещался в вакууме.
Лицо киллера медленно погрузилось обратно в темноту спустя несколько мгновений. Конечно, Бридл ничего не заметил…
Глава 6. Электроовцы
Плотное кольцо жилых зданий строилось вокруг центральной площади Западного графства на протяжении последних месяцев. Фундаменты многоэтажных домов то и дело наезжали друг на друга, словно смещенные зубы. Огромное цилиндрическое здание парламента располагалось в самом сердце сквера; линии стыка фрагментов каменной кладки выходили из-под призмы государственного монолита и уползали глубоко в городские улицы, словно ветви деревьев или нейронная паутина.
Квадратный бампер черного Ford Torino, напоминавший широкую тупую морду акулы-молота, задребезжал о кривую кладку. Тэбор Фишер вылез из-за руля. С трудом переваливаясь с ноги на ногу, он вытянул вперед левое плечо. Шарнирно и неестественно, скованно, как краб, Западный граф поплелся в сторону парадной лестницы.
Большая часть тела тирана пропала из виду одновременно с тем, как тот пересек линию толстого козырька над дверьми здания парламента. Серебристый контур, подчеркивавший плечи и редеющую шевелюру Фишера, смахивавшую на дьявольские рога. Хмурые пустые глаза и галстук, такой белый, что едва ли не светился в темноте. Теперь только эти немногочисленные элементы напоминали о существовании физической оболочки темного существа. Графа.
Тэбор пересекал глухой высокий коридор. Как бы странно это ни звучало, создавалось впечатление, будто Западный граф передвигался куда быстрее и живее в темноте, чем при свете дня. Словно змея, переплывающая мутную реку замкнутым волновым движением, угрожающий силуэт Фишера скользил по слепой пустоте так быстро и уверенно, что за крадущимися движениями его ног с трудом можно было уследить.
А были ли движения вообще, или какая-то невидимая сила толкала его в спину?
Мигающее остаточное изображение, практически полностью утратившее людские черты, словно расплавившись в кипящей черноте, разинуло высокие двери в конце коридора с холодным пронзительным скрипом. Пугающе неподвижные ворсистые занавески вздымали к пятиметровому потолку. Колонии пыли, дрейфовавшие в атмосфере огромного зала, оказались подсвечены и обнажены невооруженному взгляду случайными иглами света, сумевшими пробиться сквозь щели в тяжелых шторах.
Тэбора Фишера встретили еще два силуэта; тени сверкнули пустыми глазами и повернули длинные шеи к дверям с мерзким и хлюпким щелчком.
Графский совет — теневое правительство Коловрата — собрался за столом переговоров…
— Я опоздал. — Проскрипел Фишер, макнув за длинный черный стол, словно бесформенная чернильная капля.
— Не беспокойся, — саркастично хрипнул Южный граф, Карл Бакер, — мы тебя прощаем.
— Если бы я беспокоился о тебе, Карл, — Тэбор сердито оскалил зубы, — я бы приехал сюда на катафалке. Знаешь… если тебя надо подкинуть до дома.
Графы делили нестабильную новорожденную страну годами. К этому времени любые нормальные люди давно нашли бы общий язык, но старики, Бакер и Фишер, являлись очень большим исключением из нормы и здравомыслия. Они прекрасно понимали, что были связаны одним канатом и, стоит одному исчезнуть, в бездну тут же потянется и другой, но, тем не менее, старались делать все, чтобы испортить друг другу жизни при любой возможности.
— Господа, не нужно ругаться! — загрохотал нервный тон Восточного графа, Джозефа Бернерса. — Ваши ссоры сокращают нашу продуктивность! Пора бы уже понять!
Графы обиженно сложили руки у груди и сгорбили спины. Старики молчали, но все еще продолжали злобно пялиться друг на друга с противоположных краев стола.